Дверь в детство

Блинов Юрий Николаевич

Как он вскоре смог понять, его положение было горизонтальным. Чувствовалась какая-то непреодолимая усталость или слабость, однако пошевелить занемевшей шеей было можно. Егор поочерёдно подвигал своими конечностями, и вскоре обнаружил, что его левая рука забинтована в гипс, однако все остальные части тела были, кажется, целыми. Некоторую тревогу вызвали нескольких небольших повязок на обеих ногах и правой руке, правда, никакой ощутимой боли в этих местах не ощущалось.

Кровать, на которой лежал Егор, стояла в небольшой комнате (судя по всему, в медицинской палате, так как всё вокруг - мебель, стены и постельное бельё - были ослепительно

белыми, а в воздухе витал запах каких-то лекарств). Больше в палате кроме него никого не находилось, хотя еще несколько таких же кроватей стояли вдоль противоположных стен больничного помещения.

Окно, которое оказалось в поле зрения Егора в самый первый момент после его пробуждения, было едва прикрыто шторами. На улице был день или, может быть, утро, так как общий уровень света за окном был довольно ярким.

Егор попытался встать, но отчего-то не смог этого сделать. Слабость, ощущаемая им с самого первого момента после того, как он пришёл в сознание, нахлынула вдруг с удвоенной силой, и сердце отчего-то внезапно заколотилось в ускоренном ритме.

Он снова плюхнулся на подушку, и тяжело задышал, словно только что перетащил какую-нибудь огромную тяжесть, и от этого вымотался, выбившись из сил.

"Нет, так дело не пойдет - подумалось Егору - надо чуть-чуть отлежаться, а затем попробовать встать. Меня ведь не трактор переехал, а всего лишь..."

Егор нахмурил брови, прокрутив в голове подробности происшествия на перекрестке, затем напряг память и перед его глазами стали проявляться события, случившиеся с ним накануне. Еще через миг он вспомнил всё в мельчайших подробностях, и его мгновенно обуял ужас.

Волна мурашек заструилась от макушки головы, вниз по телу Егора. Как ни странно, именно ощущение тревоги словно бы прогнало прочь тягучую усталость, добавив сил. Одним рывком он откинул в сторону одеяло, затем свесил ноги вниз и выпрямился, усевшись на краю кровати и перебарывая при этом чувство легкого головокружения. Сердце уже не колотилось так яростно, однако слабость в теле пока сохранялась.

Всё, чего ему сейчас бы очень хотелось, это постараться убедить себя в том, что недавние приключения в пространствах между мирами - всего лишь тяжёлый и нелепый сон. Однако совершить подобное оказалось выше его сил, и тогда Егор просто собрал волю в кулак, приготовившись к ещё одному рывку, чтобы подняться. Нужно было что-то срочно предпринимать, а для начала выяснить - в какой конкретно реальности он в данный момент находится.

Отчего-то возникло острое желание выглянуть из окна наружу. По какой-то, не до конца осознанной причине, Егор был уверен, что сделать сейчас это крайне необходимо. Он словно бы решил для себя, что если сможет увидеть то, что находится там, по другую сторону больничного окна, это сыграет важную роль для облегчения его теперешнего положения и даже предотвратит ту волну страха, которая внезапно накатила на его разум.

Первые неуверенные шаги дались с трудом. Как только Егор встал на ноги, его замутило, и он чуть было не "поехал" вниз по ближайшей стенке. Обойдя с невероятным трудом одну из пустых кроватей, он медленно двинулся по направлению к подоконнику, намереваясь сразу, как только сможет до него дотянуться, моментально об него опереться, чтобы тогда уже передохнуть.

То и дело, останавливаясь по пути, и удерживая равновесие благодаря неизменно возникающим у него на пути спинкам кроватей, Егор упорно стремился вперед. Маленькие передышки сопровождались

очередными приливами слабости, и в эти моменты он начинал учащенно дышать, ожидая, пока громкие удары сердца перестанут отдавать болезненной пульсацией в голове. До окна он добрался только несколько минут спустя.

Когда Егор вцепился пальцами в долгожданный подоконник и посмотрел наружу, то далеко не сразу сообразил, что именно там находится. За окном не было ничего, за что мог бы ухватиться взгляд, и, наверное, по причине именно такого невероятного открытия, голова Егора закружилась с удвоенной силой.

Он стоял и хлопал глазами, стараясь прогнать с них некую пелену, которая мешала ему видеть мир вокруг, однако сделать это отчего-то не получалось.

Егор взглянул вверх. То, что виднелось там, только отчасти походило на небо, однако ничего внизу, там, где обычно находится земля, не было и в помине. Вокруг, куда ни кинь взгляд, простирался непроглядный белый туман.

Егор стоял, пошатываясь, опираясь руками о край подоконника, и пробыл бы там неизвестно которое время, но спокойный и ровный голос, внезапно донёсшийся откуда-то сзади, вывел его из состояния оцепенения.

– Это просто имитация, нечто вроде голограммы.

Егор обернулся на голос и увидел в дверном проеме палаты фигуру человека. Это был мужчина в такой же белой одежде, как всё вокруг.

– Где я нахожусь? Что... там?
– Егор вытянул указательный палец в сторону окна, не сводя своего взгляда с вошедшего в комнату незнакомца.

– В данный момент вы в полной безопасности.
– так же спокойно и негромко ответил мужчина в белом - Насчет второго вашего вопроса могу лишь сказать то, что за пределами этой комнаты нет привычного вам пространства, так как та часть Вселенной, в котором мы сейчас с вами находимся, расположена вне пределов стандартной вневременной зоны. Насколько мне известно - вошедший слабо улыбнулся - вы осведомлены о существовании подобного места, а, значит, при дальнейшем разговоре у нас с вами будет больше взаимопонимания, чем в случае, когда мне пришлось бы всё объяснять с нуля.

Затем человек в белой одежде подошел к Егору, выудил откуда-то, словно из небытия, нечто вроде миниатюрного пистолета-шприца и прислонил к его руке. Раздался короткий писк, и мгновенно пистолет-шприц бесследно исчез, точно так же как и появился. Затем человек в белой униформе аккуратно помог пациенту добраться до своей кровати, и когда тот уселся на её край, внимательно посмотрел ему прямо в глаза.

– Сейчас станет легче - заботливым тоном произнес он - Вы довольно здорово пострадали, хотя раны и ушибы не были смертельными.

Егор и в самом деле почувствовал, что после инъекции боль в висках постепенно улетучивается, голова заработала яснее, а слабость начала исчезать.

– Вы врач?
– решился спросить он, осматривая с любопытством место на плече, куда человек в белых одеждах буквально только что ввел дозу какого-то препарата.

– Скажем так, я - Смотритель. Можете обращаться ко мне именно так. В данный момент мне поручено следить за вашим здоровьем.

– Ну и как вам мое состояние?
– усмехнулся Егор, осматривая себя со всех сторон и покачивая перед собой зафиксированной в гипсе сломанной рукой. Он пока не мог понять, стоит ли ему тревожиться из-за своего существующего положения, но настроение, похоже, стало возвращаться к нему после того, как начали исчезать слабость и боль. Затем, словно опомнившись, он спросил: