Двенадцать
Шрифт:
– Совсем обалдел? Это моя невеста! Друг, блин, называется! Что ты несешь?!
– Я не собираюсь с тобой ее делить, потому что свое я не делю ни с кем. Ты не в ту влюбился, Савельев, – Сергей тона не повышал, в отличие от Алексея.
Гости, казалось, ничего не понимали, продолжая молчать, но наблюдали с интересом. Родители, что мои, что Сергея, не вмешивались.
– Если бы Мария была твоей, ты бы ее не отпустил! – выпалил Алексей.
– Если бы ты был умнее, то не собирался бы жениться на женщине, которая
Алексей не нашелся с ответом. Повернул голову ко мне и прямо спросил:
– Так вот кого ты любишь, Мария?..
По моей щеке покатилась одинокая слезинка. Мне не хотелось делать ему больно, но и не ответить я тоже не могла:
– Люблю.
Алексей горько улыбнулся, а потом посмотрел в глаза Сергею, закусил нижнюю губу – и молча направился к двери.
***
Сергей догнал Алексея уже на крыльце дома. Ему не хотелось вот так расставаться с другом, но и вину за собой он не чувствовал. Сейчас, как никогда нужна была честность.
– Подожди! – крикнул ему вслед Орлов.
Савельев остановился, обернулся. Сергей схватил его за плечи, сжал:
– Да выслушай ты!
– Почему ты мне сразу все не рассказал, твою мать? – Савельев оттолкнул от себя друга.
– Не было подходящего момента.
– Конечно, – усмехнулся Алексей. – Зато сейчас появился! И какой! Сука! – Он ударил Сергея под дых и тот согнулся пополам. Ответить ему, Сергей не спешил. Знал, отчасти заслужил.
– Я знаю, что сука, – глотая холодный воздух, он выпрямился. – Я люблю ее и тебе не отдам. Никому не отдам!
– Что же ты так поздно понял, любитель чужих невест?
– Глупый был раньше, – Сергей посмотрел в сторону. – Да осознал поздно.
– Маша не заслуживает тебя, Орлов. Ты хоть знаешь, как она страдала?
Повисло молчание, которое вновь нарушил Алексей:
– Я не могу бороться за женщину, которой я безразличен. Но если она, хотя бы была в меня влюблена, клянусь, я тебе ее не отдал бы.
– Если бы у нее к тебе были чувства, я бы предоставил выбор ей.
Оба мужчин достали по сигарете из кармана пиджака и закурили, отвернувшись друг от друга. Ни Сергей, ни Алексей не проронили ни слова. Докурив, Савельев повернулся к Орлову.
– Мне пора. – Он глянул в сторону входной двери, у которой стояла Мария и обнимала себя за плечи. На ней была коротенькая шубка, тогда как мужчины вышли на улицу в костюмах.
Савельев направился к машине, а потом остановился и снова повернулся к Орлову.
– Да, чуть не забыл, – и с этими словами, он ударил Сергея в челюсть. – Это тебе за Марию.
Сергей дотронулся пальцами до разбитой губы, усмехнувшись, и в следующий момент, точно также ударил Алексея.
– А это тебе за то, что прикасался к моей женщине.
Его нагнала Мария и, дотронувшись до плеча, развернула к себе.
– Леша… прости меня.
Тот молчал, а потом погладил ее по волосам и улыбнулся.
– Ты все равно не смогла бы полюбить меня. Пока, Мария.
– Пока…
Мария проводила взглядом отъезжающую машину Алексея и медленным шагом побрела домой, где ее ждала дочка, за которой приглядывала бабушка.
Уже у ворот дома, располагавшегося напротив дома Орловых, Сергей догнал Марию и взял за руку.
Они молчали. Сергей поднес ее ладонь к своим губам и поцеловал.
– Иди в дом. На улице холодно. Я скоро приду и мы поговорим.
Мария ничего не ответила, а послушно вошла в дом.
***
Вот и закончился очередной этап моей жизни. Я была в преддверии нового, и мне хотелось верить, что на сей раз, он не закончится, и я в нем буду по-настоящему счастлива.
Глава 29
Трудно сказать, сколько прошло времени после того, как Сергей сказал, что придет ко мне. Я лежала на диване в гостиной и не могла пошевелиться. Боязно, даже шелохнуться. Странное ощущение… Его невозможно передать словами, когда внутри тебя калейдоскоп чувств. Я испытывала блаженство; счастье, которое боялась спугнуть даже самой скромной улыбкой; и в тоже время обиду за Алексея.
Сергей пришел, как и обещал. Словно в тумане я открыла дверь, пропуская его и одновременно – холод с улицы. Началась метель. Все казалось каким-то волшебным. Не верилось, что вот сейчас, он стоит передо мной, весь такой продрогший с мороза, а внутри – горячий. От него исходил жар, магнетизм и безудержная энергетика. На лице – румянец, дубленка в снегу, а на руках нет перчаток. Я так и застыла глядя на него. Он ласково улыбнулся, прикрыв за собой дверь, и подошел ко мне ближе. Я заметила, как на кончиках его ресниц грациозно «сидевшие» снежинки, начинали медленно таять, точно так же, как и кристаллики на волосах.
Подарив ему такую же теплую улыбку, я взяла его за руку и повела вглубь дома. Он шел молча, чуть опустив голову, а когда мы остановились у дивана, я начала снимать с него верхнюю одежду. Потом усадила на диван и легла рядом, положив ему на колени голову. Его пальцы тут же коснулись моих волос, которые он пропускал сквозь них. Наверно, мы пробыли в такой убаюкивающей тишине целый час, которую нарушил Сергей.
– Помнишь, как ты провожала меня в армию? – Он прикрыл глаза и облокотился головой о спинку дивана, продолжая гладить мои волосы. – А как встречала?