Две стороны стекла
Шрифт:
Медленно стираю кровь с разбитых губ, вот угораздило же, чёрт возьми! Да, Сеня, десять раз подумай, прежде чем скажешь слово.
– Как твоё имя?
Ладонью закрываю губы, чёрт, они распухли уже, и больно, блин, отвечаю, он же стоит и ждёт ответа, замешкаюсь – врежет ещё раз. Имя так имя…
– Арс… ений…
Барон хмурится, конечно, такие имена здесь он вряд ли встречал когда-нибудь, переглядывается с рыцарем, тот тоже жмёт плечами невпонятках. Тодор, тот, что вязал меня, говорит вдруг:
– Милорд,
Барон выслушал его и перевёл взгляд на меня, вопросительно приподнял брови. Какой, на фиг, Энион, откуда он это взял? Чертовщина какая-то! Они все тут какие-то ненормальные, что ли…
– Арс из Эниона, значит? – спросил барон.
А-а, вот в чём дело! Это они моё имя так поняли! Вот же блин. Ну да, ладно, так, значит, так. Как хотите, пусть будет Арс из Эниона. Вот бы ребята в группе узнали – поржали бы. Арс из Эниона… Ага.
– Кто твой отец? – опять спрашивает.
– Отец? – А кто мой отец, собственно? Какой-то венгр с фестиваля театра и кино. Я только имя его и знаю, и то мать как-то случайно проболталась. – Я рос без отца, он рано умер…
– Но имя-то у него было?
– Бернат… Его звали Бернат… И что даёт вам его имя?
При звуках имени моего отца барон ещё больше нахмурился и принялся пристальнее рассматривать меня. Спросил:
– Бернат из Эниона? Как ты говоришь? Он уже умер?
– Конечно. – Киваю головой для пущей убедительности.
– Странно. А мне кажется, что ты больше похож на Берната из Лоранда. Может, ты мне врёшь, парень, а?
– Какого Лоранда? Я вообще ни разу не был в Лоранде! Я даже не знаю, где это! Да и почему бы это вдруг?
Барон подумал над моими словами.
– Действительно, почему бы? Да и вряд ли его сын разгуливал бы здесь один среди ночи и по нашим землям.
– Вот именно! – соглашаюсь.
Интересно, и на какого такого Берната из Лоранда я могу быть похожим? Какая-то ерунда! Ей-богу, ерунда…
– Тогда, кто ты такой? – спрашивает меня барон, но вопрос риторический. Если б я ещё знал, что ему ответить? Студент Университета, сын актрисы… Что ещё добавить? Да ничего! Отпустите меня!
Я многозначительно жму плечами.
– Отпустите меня. Я ничего не знаю…
– Кто твоя мать? – перебивает меня барон. – Чем она занимается?
– Актриса… – лучшего я не придумал, что сказать.
– Актриса? – переспросил, скривившись. Да, наверное, для этого мира профессия совсем неуважаемая, а у нас, так, ничего, конкурсы во всякие театральные училища каждый год, ещё поступи попробуй. – Ты тоже актёр?
– Нет, я студент.
– Студент?
Пожимаю плечами и ничего не говорю, может,
– Разве в Энионе есть Университет?
Опять жму плечами. Что уж тут говорить, про этот Энион я знаю даже меньше его самого. Ну, хоть Университеты у них тут есть, и то, слава Богу, а то что-то совсем как-то мрачно всё.
– Ты точно не свидетель?
– Нет. – Смотрю ему честно в глаза.
– Что ты тогда тут делаешь? Почему ходишь по этим землям? Да ещё ночью…
– Я заблудился, я же говорил вам…
Барон ещё раз смерил меня глазами сверху вниз.
– Что это за странная одежда на тебе? Тебе не холодно?
– Да ничего, нормально…
– Ну-ка сними! – приказал, протягивая руку.
Я подчинился, хотя без одежды оставаться очень уж не хотелось. Я их точно удивил, расстёгивая «молнию» толстовки. Снял и подал барону, сам остался в футболке. Блин, а у них тут прохладно. Барон долго крутил мою одежду, удивлялся, что нет пуговиц или шнуровки, что она лёгкая, что рукава как-то пришиты. Спросил вдруг:
– И что, ты не мёрзнешь в этом? Он же лёгкий…
– Ну, – Я снова пожал плечами. Как объяснить ему, что это полиэстер сто процентов? Да. – Если не сильно холодно, то нормально…
Он бросил толстовку мне в руки, и я тут же опять надел её, застегнул «молнию» под внимательными взглядами присутствующих.
– Странный ты какой-то, Арс из Эниона.
Да, знал бы ты насколько, ты бы ещё больше удивился. Я расправил толстовку и спрятал руки в карманах.
– Ну что, разобрались? Я могу идти?
– Куда?
– Домой.
– Прямиком в лагерь графа Лоранд? Ну уж нет, никуда ты не пойдёшь. Мы ещё не всё выяснили. Ты ещё никак не доказал нам, что ты не лазутчик графа и его баронов…
– Что? Я – лазутчик? Конечно же, нет! Я даже не знаю, где их лагерь, я этого графа в глаза не видел ни разу. Я же говорил вам уже это и им говорил тоже… – Я дёрнул подбородком за спину на стоявших в дверях рыцарей ночного дозора. – Я ничего не знаю. Мне всё равно! Я не воюю! Я не солдат, я – студент Университета… – Я забылся и снова начал повышать голос, и барон опять влепил мне свою тяжёлую пощёчину.
Проклятье! Я заткнулся поневоле. Ну что за руки! Сколько можно? Да что б тебя… Как же больно! Как больно! Что у них за манеры, чуть что, сразу – раз! – и по морде! Ну и мир треклятый…
Я вытирал кровь ладонью и глядел на этого проклятого барона.
– Может, ты и не знаешь, где их лагерь, но ты хорошо знаешь теперь, где наш. Никуда ты не пойдёшь. Я тебя покажу ещё графу Сандору. Он лучше знает графа Берната Лорандского в лицо, он разберётся, что к чему, чей ты сын. Может, и Агнес опознает тебя, как своего брата…