Две силы

Солоневич Иван Лукьянович

– Это я понимаю, – сказал шофёр.

Еремей змеёй пополз от куста к кусту. Неизвестный человек, оставшись с шофёром, всё-таки вытащил из кармана пистолет.

– Брось, – сказал шофёр, – я же говорил, не подведу.

Еремей дополз до куста, от которого до дорожки часового было шагов с десяток. Когда часовой прошёл мимо куста, Еремей бесшумно и быстро, как огромная кошка, скользнул к нему. Какой-то шорох часовой всё-таки услыхал. Он повернулся, но перед его лицом возникла чья то борода, и какие-то стальные тиски сжали ему горло, больше часовой не помнил ничего.

– Ну, вот, – сказал Еремей, вернувшись назад и кладя связанное и бесчувственное тело на землю. – Теперь ему

какой-нибудь кляп в рот, и пусть себе лежит, найдут, волки не съедят. Накрыть его только чем- нибудь, а то застудится парень.

Когда дело с часовым было окончательно урегулировано, группа подползла к забору. Еремей испытующе потряс столб.

Столб стоял прочно. Еремей накинул цепь на его верхушку. В конец цепи вцепились оба, и Еремей, и шофёр. После нескольких рывков столб зашатался и свалился на землю.

– Теперь по нём можно перейти, как по мостику, – сказал Еремей, – айда!

Он взял на руки неизвестного человека, и все трое очутились на территории аэродрома. Вдали стояли ангары.

– Вот там две скоростные машины, – сказал шофёр. – Однако, нужно поскорее, как бы кто-нибудь не увидал.

Неизвестный человек уже не имел сил подняться на машину. Еремей поднял его, как котёнка и посадил на место.

– Ну, теперь, ребята, такое дело, как только вы заведёте мотор, команда выскочит сейчас же, пропали тогда мои бомбовозы. Вы малость погодите, минуту или две, и я это всё устрою культурно. Ну, давай вам Бог. Больше не попадайтесь.

Еремей протянул ему руку.

– Ну, ты только не сломай, – шофёр потряс Еремеевскую лапу, – может, где и когда ещё повстречаемся, мало-ли что бывает на этом свете. Когда я свистну – пускайте самолёт.

Еремей уселся в машину.

– А куда лететь? – спросил неизвестный человек.

– Я по звезде покажу.

– Далеко?

Это, как сказать… Пёхом недели две-три. А по воздуху я не ходок. Думаю, что по карте вёрст с полтысячи.

Неизвестный человек покачал головой.

– Постараюсь выдержать. А каков спуск?

– На озерко.

– Машина на колесах, – утопим машину, да и сами, вероятно, утонем.

– Машина – чёрт с ней. А чтобы мы утонули, так этого не бывает. Выплывем.

Недалеко раздался тихий свист. Мотор загудел, и машина рванулась вперёд. Уплыла земля, стал уплывать аэродром, верхушки сосен плыли назад. Минуты через три-четыре снизу донёсся взрыв. Потом другой. Потом весь аэродром вспыхнул, как куча целлулоида, и тяжкие взрывы покатились над тайгой. Неизвестный человек со смертельно бледным лицом вёл самолёт в направлении звезды, на которую ему указал Еремей.

Конец первой части.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Издание журнала

“СВОБОДНОЕ СЛОВО КАРПАТСКОЙ РУСИ” С.Ш.А., Нью-Йорк, 1968.

ОГЛАВЛЕНИЕ

КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ АВТОРАПОСЛЕДСТВИЯ ПОБЕГА ЕРЕМЕЯ

ЧЕЛОВЕК ИЛИ ОРГАНИЗАЦИЯ?

ВОЗВРАЩЕНИЕ

ВСТРЕЧА

ПОЯВЛЕНИЕ ГЕНЕРАЛА БУЛАНИНА

РАЗМЫШЛЕНИЯ ГЕН. БУЛАНИНА

СТЁПКА НА ОТДЫХЕ

ОПЯТЬ ОКУРКИ

ПОРТСИГАР

СВЕТСКАЯ

БЕСЕДА

НА ПЕРЕКРЁСТКЕ

ДРУЖЕСКАЯ БЕСЕДА

СТЁПКИНЫ ВСТРЕЧИ

СУДЕБНОЕ ЗАСЕДАНИЕ

ТРИ НАЧАЛЬСТВА

В МАЛИНЕ

СЕЙСМОГРАФ СУДЬБЫ

ЯСНЫЙ ПРИЦЕЛ

ПОЧТИ СОН

ВОЛОС ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ

МОЛОДЕЖЬ – ВПЕРЕД!

ПЕРЕД РЕШАЮЩЕЙ АТАКОЙ ИЗОЛЯЦИЯ

АТАКА НАЧИНАЕТСЯ

ОСАДА ИЗОЛЯТОРА

ЗАОЧНЫЕ ШАХМАТЫ

НАКАНУНЕ СОБЫТИИ

СТРЕЛА

СТРАННАЯ БОЛЕЗНЬ

ЕЩЁ ПИЛЮЛЯ

К ВЕЧЕРУ

ЭПИДЕМИЯ

ВЕРОНИКА

ЧТО ДЕЛАТЬ?

В НЕЁЛОВО

ТАКТИКА МАЙОРА ИВАНОВА

ПОВОРОТ НА 90 ГРАДУСОВ!

НА ЗАИМКЕ

БЫВШИЙ ТОВАРИЩ ИВАНОВ ОБРИСОВЫВАЕТСЯ

ЗАПИСКА БЕРМАНА

ВАНЬКА – ВАСЬКА

ВПЕРЕДИ – ШИРОКАЯ ЧЕСТНАЯ ДОРОГА

СТЁПКА ПЕРЕД РЕШЕНИЕМ

“НЫНЕ ОТПУЩАЕШИ, ВЛАДЫКО”

КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ АВТОРА

Автор этого романа, Иван Лукьянович Солоневич, родился 1 ноября 1891 года в глухой деревне Гродненской губернии – сердце Белорусии. Его отец, Лукьян Михайлович, из крестьянской семьи, напряжённой учебой добился звания народного учителя. И из деревни стал писать статьи и заметки в газеты города Гродно. Губернатор Гродно, П. А. Столыпин, заметил способности скромного деревенского учителя, помог ему перебраться в город, основать там “Белоруское Общество” и газету “Белоруская Жизнь” для борьбы против ополячивания и окатоличивания белорусов. Впоследствии Лукьян Михайлович был кандидатом в Гос. Думу.