Две розы
Шрифт:
– Эти четверо добрых мальчиков, которые не по своей воле оказались под открытым небом, вовсе не были головорезами, – с нажимом повторила Мэри Роуз.
– Да, – согласился лорд Эллиот и, потрепав дочь по руке, разжал пальцы. – Оставим это. Ты вернулась домой, и это главное.
Однако Мэри Роуз не хотела менять тему.
– Значит, все это спланировала и организовала няня? – снова обратилась она к Макферсону.
Прежде чем ответить, тот взглянул на босса. Макферсону сразу же стало ясно, что беседа причиняет лорду Эллиоту душевную
– Вы не возражаете, если я отвечу, сэр? – спросил Макферсон. – Нет, конечно. Любопытство моей дочери вполне естественно.
– Поначалу мы думали, что в этом деле должны быть замешаны еще один или два человека. Однако со временем мы убедились, что няня действовала в одиночку. Я был бы рад рассказать вам больше, леди Виктория, но мы до сих пор не располагаем полной информацией. Если бы Лидия была жива, возможно, нам бы удалось вывести ее на чистую воду.
– У этой женщины были безукоризненные рекомендации, – вставил лорд Эллиот и еще больше помрачнел.
– Теперь нам известно, что она избавилась от вас, миледи. Похоже, в последнюю минуту у нее сдали нервы. У нее не было других источников дохода, помимо жалованья. Полиция обнаружила ее в квартире, которую она снимала в доходном доме. Она была задушена. Скорее всего, придя домой, она наткнулась на воров, которые орудовали в ее комнатах.
Внезапно Эллиот резко встал.
– Ну хватит о прошлом. Джордж, я подпишу эти бумаги завтра.
Мэри Роуз видела, что он сильно расстроен.
– Ты не хочешь покататься верхом, отец? – спросила она, стараясь отвлечь его от неприятных мыслей.
Лорд Эллиот с радостью согласился. Мэри Роуз, извинившись, поднялась к себе в спальню, чтобы переодеться в костюм для верховой езды, и увидела, что Харрисон, сгорбившись, сидит за столом и по-прежнему листает какие-то старые бумаги.
– Я познакомилась с Макферсоном, – сказала она, закрыв за собой дверь. – Ты уверен, что столь утонченный и застенчивый человек может организовать похищение?
Харрисон потер затекшую шею, потянулся и встал.
– Черт побери, я теперь ни в чем не уверен. Дуглас говорил, что он видел человека в вечернем костюме, а Макферсон в тот вечер как раз собирался с друзьями в театр.
– Вечером все так одеваются.
– Только не наемные сотрудники.
Мэри Роуз вздохнула.
– Ты ищешь какие-то несоответствия в документах на пожертвования, верно? – осведомилась она. – Ну и как, нашел что-нибудь?
– Здесь упоминается почти дюжина организаций, о которых я никогда не слышал. Надо будет проверить, действительно ли они существуют.
– Разве это так важно?
– Ты это серьезно?
– Но это уже становится навязчивой идеей, Харрисон. Полиция не смогла обнаружить никакой ниточки, связывающей Макферсона с няней, почему же ты считаешь, что это удастся тебе?
– Потому что никто из полицейских не говорил с Дугласом, – последовал ответ.
– На свете тысячи похожих друг на друга людей. Взгляни в зеркало. Ты же просто
Харрисон не знал, как объяснить, чтобы жена поняла его.
– Я должен покончить с этим раз и навсегда, – в конце концов коротко сказал он.
В его голосе чувствовалось раздражение, и Мэри Роуз решила не обижаться, зная, что всему виной его усталость.
– Завтра ты уезжаешь? – спросила она.
– Да.
– А сейчас ты куда? – поинтересовалась она, когда муж потянулся за пиджаком.
– В контору, дорогая. Не волнуйся.
– Я хотела поговорить с тобой о нашем будущем. У тебя найдется время сегодня вечером?
– Постараюсь выкроить, – пообещал он.
Мэри Роуз невольно пришло в голову, что Харрисон становится таким же нетерпеливым и нервным, как ее отец, когда она начинает интересоваться событиями давно минувших лет.
Харрисон, поцеловав ее на прощание, удалился. Он должен раскрыть тайну до конца. Это его долг перед Эллиотом. Ведь лорд был так добр к его отцу!
На следующий день Мэри Роуз случайно оказалась поблизости от входной двери в тот самый миг, когда прибыла почта. Ей так хотелось выяснить, нет ли в ней писем от ее братьев, что она чуть не выхватила всю корреспонденцию из рук дворецкого. Разумеется, она сразу узнала на одном из конвертов почерк Адама и вскрикнула от радости. Затем она заперлась в своей комнате, чтобы без помех прочитать письмо.
Адам удивлялся по поводу того, что она не пишет. Неужели она не в состоянии выкроить минутку, чтобы черкнуть им несколько строк?
Мэри Роуз пришла в ужас, узнав, что братья не получали ее весточек. Интересно, почему? Неужели их перехватывали прямо здесь? Нет, конечно же, нет. Ее родственники не способны на такую жестокость.
Мэри Роуз тут же написала ответ, запечатала конверт и сунула его в карман. В это время в комнату вошла Анна-Мария.
– Куда вы собрались, миледи? Разве вы забыли, что сейчас начнутся уроки?
– Думаю, если я разок не послушаю, как надо вести домашнее хозяйство, моя тетушка не слишком расстроится, верно? – с улыбкой ответила Мэри Роуз. – Вы не могли бы прислать ко мне Элеонору?
– Она помогает леди Лилиан с приглашениями. Но если вы настаиваете…
– Не нужно, – ответила Мэри Роуз.
Элеонора явно собиралась стать незаменимым человеком для тетушки Лилиан. Мэри Роуз была рада, что ее подруга так хорошо ладит с теткой, поскольку та волей-неволей ослабляла свой контроль за племянницей.
– Неплохо бы немного прогуляться. Пойдешь со мной?
Анна-Мария с готовностью кивнула. Мэри Роуз пригласила ее с собой не без умысла – она задумала отправить братьям телеграмму, что с ней все в порядке, и хотела, чтобы Анна-Мария помогла ей найти телеграф. Кроме того, она решила попросить девушку еще об одном одолжении.