Две правды
Шрифт:
— Да, мы весьма постарались, — произнесла профессор Стебль, передавая мне очередную чашечку чаю.
— Безусловно так, Помона. Мы молодцы, — улыбаясь ответила ей директор. — Да и Министерство очень вовремя включилось в работу. Если бы не их помощь, мы бы ни за что не успели.
От слов директора внутри стало теплее, и я улыбнулась. Поставив чашку чая на столик возле профессора Флитвика, я подняла глаза и наткнулась на взгляд профессора Снейпа. Он так буравил меня глазами, а потом его взгляд спустился ниже и остановился
Я слегка потянула край платья и отвернулась, хмыкнув: «Старый извращенец!»
Он только усмехнулся.
— Еще и мысли читает, скотина! — стараясь поставить блок, уже прошептала я.
Минерва Макгонагалл в этот момент поставила чашку и обратилась ко мне:
— Анри, как декан Гриффиндора вам придется встретить первокурсников и проводить их в Большой зал, где произойдет распределение, — она смотрела на меня поверх своих очков.
— Да, директор, — спокойно ответила я.
— Вот и отлично. Да, и кстати, у нас на седьмой год обучения возвращаются несколько учеников.
— Точнее, почти все, кто не окончил его в том году, — очень хрипло и язвительно прошептал Снейп.
Наконец он дал понять, что все еще находится в кабинете.
— О, я знаю, Северус, как ты к этому относишься, — она посмотрела на него. — Но им нужно окончить школу.
Профессор зельеварения только фыркнул, быстро пролетел, как летучая мышь, передо мной и вышел из кабинета директора.
Я пожала печами и недоуменно посмотрела на директора.
— Директор, — я встала и подошла к Минерве Макгонагалл. — Я бы хотела у вас попросить разрешения…
Я замялась. Когда я подходила с таким вопросом к отцу или начальнику Департамента, то они уже знали, что я что-то задумала.
— Внимательно слушаю вас, Анри.
— Понимаете, мы с ребятами решили устроить сегодня посиделки у костра, — начала я. — И я хотела узнать, не будете ли вы против этого?
— Это было бы замечательно! — на удивление с этузиазмом ответила она. — Они очень устали за это лето, и им бы не помешало немого развлечься.
— Большое спасибо, директор, — счастливо улыбаясь, поблагодарила я ее.
Я уже направилась к выходу кабинета, но обернулась, услышав голос директора:
— Но Анри, я думаю, что не следует переходить грань между преподавателем и учениками.
— Конечно, директор, я вас поняла. Всем хорошего вечера, — кивнув на прощание всем преподавателям, я вышла.
Спустившись по винтовой лестнице, я направилась к главному входу Хогвартс, по пути зайдя в свои апартаменты и взяв свою кружку с уже приготовленным Винки глинтвейном. Выйдя из школы, я встретилась с ребятами, которые точно уже заждались, и мы все вместе отправились к озеру, по пути собирая сухие ветки для костра. Добравшись до озера, мы расстелили пледы и разожгли костер. Мальчишки соорудили мангал и теперь жарили сосиски. Девочки бегали вокруг и пели песни, шутили.
— Вот в этом и заключается детская непосредственность, — протягивая глинтвейн, тихо рассуждала я.
Мы долго сидели возле костра и общались; пели песни и шутили, играли в игры. Разошлись только под утро, убрав за собой все улики вечера.
Проснулась я ближе к обеду, потянулась на кровати и почувствовала на коже еще не выветрившийся запах костра. Сходив в душ, я собрала свой саквояж и аппарировала в свой дом в Праге. У меня была пара дней, чтобы все подготовить для отъезда в школу.
Передав все чемоданы в Хогвартс, я отправилась в магловский район, чтобы закупить все необходимое на предстоящий год. Пройдясь по всем бутикам, я потратила кучу денег и времени. Конечно, не пройдя мимо салона красоты.
Вернулась домой я уставшей, но счастливой.
========== Глава III. Начало преподавательской деятельности ==========
Утром первого сентября я направилась на платформу 9 3/4 вокзала Кингс-Кросс, за день до этого отправив оставшиеся чемоданы с купленной одеждой в Хогвартс и оставив себе только свой саквояж.
Я вошла в поезд и села в свободном купе для преподавателей. Было определённо необходимо изучить учебный план предстоящего года, чем я и занялась, достав программу, присланную Министерством. Надев очки скорее для солидности, я стала отмечать, с чем не согласна, и, переставляя темы с лекциями, вписывать практические уроки.
— Надо будет отправить письмо Кингсли, — подумала я. — Ставить в программу истории только что закончившуюся войну как-то несправедливо. Дети только-только ее пережили!
Перекинув темы с войной на конец года, я задумалась:
— И вообще, хорошо бы убрать все вопросы о войне с годовых экзаменов.
Из раздумий меня вернула девушка, откашлявшаяся, чтобы обратить на себя внимание.
— Кхм… здесь не занято? — как-то неуверенно спросила она.
— Нет, располагайтесь, — улыбаясь, я показала ей на место напротив меня.
Девушка села, и я ее смогла получше рассмотреть. Девушка была брюнеткой с очень острыми чертами лица, лет тридцати-тридцати пяти. Она была одета, как истинный преподаватель, что не сказать обо мне в потертых джинсах и рубашке.
— Меня зовут Анриэта Персиваль, — представилась я ей и кивнула.
— Аврора Синистра, — тихо ответила она.
— А что вы преподаете в Хогвартсе? — сразу же спросила я. У меня всегда включается это гадкое высокомерие, когда я вижу волшебника слабее себя.
Аврора посмотрела на меня, быстро заморгала и ответила гордо:
— Я преподаватель астрономии.
— М-м-м… Очень впечатляет, — с язвительной ноткой в голосе протянула я, но меня перебили, не дав закончить: в купе зашел мужчина средних лет.