Две полоски
Шрифт:
А потом подошел Вадим и отправил меня к Мирону. Уже выходя из двери я чувствовала тошноту. Когда Мирон заговорил со мной командным голосом, тошнота усилилась. Я стояла, боясь пошевелиться, мне казалось, что от любого движения содержимое моего желудка может расплескаться. Хоть там из содержимого было одно яблоко, съеденное по дороге, оно рвалось наружу.
В общем, я сказала, что приду, и рванула в туалет.
***
Мирон
– Мирон Александрович, не хотите ли кофе?
– пропела Вика.
– Давай.
Вика упорхала, а я занялся делами. Я, конечно, озабоченный котяра, но работа на первом месте. Надо было сделать несколько важных звонков.
Во время разговора по телефону она и появилась. Моя скромница Аленка.
Вошла, вернее, заглянула. Увидела меня. Застыла на пороге. Я указал ей на стул возле себя, продолжая говорить.
Она робко перешагнула границу моего кабинета. Покосилась на открытую дверь. Мне очень хотелось сказать: “Закрой ее. На ключ”. Но я сдержался.
Вот она уже рядом. Села на стул. Сложила ручки на коленях, глаза в пол. Милая скромница! Если бы я не знал, какая она на самом деле, легко бы в это поверил.
Сегодня на ней снова блузка с пуговицами. Верхняя расстегнута, видно хрупкие ключицы, а ниже можно угадать манящую ложбинку между грудей. О, как она меня манит! А эта ее закушенная нижняя губа… у меня от ее вида сейчас будет атомный взрыв в штанах!
Все. Я заканчиваю разговор. Сейчас встану и закрою дверь на ключ.
И наглядно напомню Аленке, где и при каких обстоятельствах мы встречались месяц назад.
Я положил трубку и выдвинул нижний ящик стола. Там лежал тот самый лифчик, который она забыла у меня дома месяц назад. Моя рука зависла над ящиком. Что сделать сначала: встать и закрыть дверь или достать лифчик и небрежно бросить его на стол?
И наслаждаться ее изумлением.
Интересно, какое у нее будет лицо, когда она поймет, что я - тот самый Бог секса, которому она говорила, что умирает от удовольствия? И который воскрешал ее снова и снова...
Глава 7
***
Мирон
Да, я хотел сыграть с ней в игру. Завоевать заново, не раскрывая инкогнито. До поры до времени.
Но она играет не по правилам! Жульничает, лишая меня заботы личной помощницы. Я умираю от желания наказать ее за это. И наказание начнется прямо сейчас…
Я положил трубку, поднялся. Алена тоже вскочила.
– Сиди, сиди, - успокаивающе сказал я и направился к двери.
– Мирон Александрович, - начала она.
Ах, значит так! По имени-отчеству. Лично мне больше нравится, когда она зовет меня Бог секса. И пусть это было лишь раз, я уверен, что заставлю ее произнести эти слова снова.
Снова и снова…
– Как ты думаешь, - спросил я, приближаясь к двери, -
Аленка упрямо задрала подбородок.
– Вы можете меня уволить, - выдала она.
– А больше ничего сделать не можете.
Ошибаешься. Ох, как ты ошибаешься!
Я положил ладонь на ручку двери, нажал на нее и толкнул. В глазах Аленки мелькнул испуг.
– Мирон Александрович!
Вика. Черти бы ее драли!
Распахнула почти закрывшуюся дверь, вошла с кофе и запечатанным роллом в руках.
– Ты быстро, - произнес я сквозь зубы.
Я специально отослал ее в “Старбакс”, потому что он далеко. Надеялся, что она провозится как минимум полчаса.
– Так в соседнем здании новый “Старбакс” открыли. А вы не знали?
Не знал! Иначе послал бы тебя… гораздо дальше.
Вика водрузила на мой стол стаканчик с кофе и ролл, окинула взглядом Алену и вышла.
Я все же закрыл дверь. Но теперь устраивать экзекуцию будет сложнее. Когда за дверью любопытная секретарша, можно использовать далеко не все виды наказания…
Алена больше на меня не смотрела. Она уставилась на ролл. Так как я закрыл дверь и в кабинете стало тихо, мне показалось, что я услышал легкое урчание в ее животе.
– Ты что, голодная?
– спросил я.
Она виновато кивнула. И снова закусила губу.
– Так бери, ешь, не стесняйся.
Я вернулся за свой стол.
– Он с лососем?
– спросила Алена, с вожделением глядя на ролл.
Она что, три дня не ела? Давно я не видел такого голодного взгляда.
– Ага, - кивнул я, с удивлением наблюдая за ней.
– И с маринованными огурчиками, - то ли спросила, то ли сообщила она.
И облизнулась.
Когда я увидел кончик ее языка, мой железный дровосек напрягся. А когда она взяла в руки ролл, он стал стальным.
***
Алена
Неужели все девять месяцев меня будет так колбасить? Я на это не подписывалась! Мне пришлось убежать от Мирона в туалет и избавиться от съеденного яблока. Это было отвратительно.
И у меня не было с собой зубной щетки. Надо теперь с ней не расставаться. Я прополоскала рот, попыталась почистить зубы жидким мылом. Фу, мерзость. Как бы снова не затошнило.
Но нет. Тошноты больше не было. Меня настигла новая напасть - адское чувство голода. Все, что я сегодня съела, из меня изверглось. И я снова хочу есть. Так сильно, что в животе урчит.
Но блин, какой в этом смысл? Бесполезный перевод продуктов. К тому же это очень неприятно. Нет, есть я точно не буду. Тогда и тошнить будет нечем.
Когда я оказалась в кабинете своего строгого начальника и увидела ролл с лососем из “Старбакса”, я сразу забыла об этом решении. И о том, что Мирон только что чуть не рычал на меня и говорил о наказании.