Две недели дождя

Алексенцева Екатерина Вадимовна

– Не говори глупостей, Крис. Вряд ли Лай смог бы притворяться так хорошо. А на счёт фотографии... я просто вернулся в их школу, нашёл её там.
– Признался Мик неохотно. Он не мог понять, почему ему так сильно не хочется говорить об этом. Словно он сделал что-то плохое.

– Зачем ты вернулся?
– Крис усмехнулся и хитро посмотрел на Мика. Он изо всех сил старался отогнать мрачные параноидальные мысли на счёт Нэванов, но взамен появлялись ещё более странные.
– Ты сделал там что-то плохое? Какое-то преступление?

– О чём ты?
–

Мик взял фотографию из рук патологоанатома и засунул в карман.

– Преступники обычно возвращаются на место своего преступления без всякой видимой причины.
– Крис пожал плечами. Действительно, немного странно. Хотя что Дэвис мог сделать в той школе?

– Разве что узнал слишком много личного о Лае.
– Мик вздохнул. И правда - зачем он только туда полез, да ещё и среди ночи? И зачем показал Крису фотографию? Никаких особых причин у него не было. Разве что, оттянуть ненадолго неизбежное.
– Пошли уже.

Они поднялись на нужный этаж, Крис постучал в дверь. Ждать пришлось достаточно долго, но Крис молчал и ничего не предпринимал - значит, всё шло как обычно. Наконец, Эйчер открыл им дверь и пропустил внутрь.

– Ты обещал нам ответы на наши вопросы.
– Мик не хотел давить, но и ждать дольше не мог.

Эйчер ничего не ответил, прошёл на кухню и сел за стол. На недоумённый взгляд Мика Крис ответил точно таким же. Он не понимал, что должен делать или говорить. Никогда толком не понимал, как должен вести себя с Эйчером. Молчали они минут пять.

– Тридцать две.
– Эйчер оторвал взгляд от часов и повернулся к гостям.
– Я ждал, пока будет ровно тридцать две минуты.

– Но зачем, почему именно тридцать две?
– Мик непонимающе смотрел на Эйчера. Что такого в этой цифре или в этом времени?

– Тридцать две. Теперь пошли. Вы хотите увидеть преступника?
– Эйчер встал и пошёл обратно в коридор.
– Вы уже нашли место?

– Нет, там нет ничего подходящего.
– Прозвучало слишком беспомощно и слабо. Полицейский должен был иметь хотя бы одну гипотезу.

– Дамба. - Эйчер натянул свитер поверх рубашки, он стоял спиной к Мику и Крису.
– Дамба. Всё там.

– Хорошо, значит, на дамбу.
– Мик неуверенно кивнул. Это место совершенно не походило на предыдущие.
– Но почему именно дамба, а не проходная какого-нибудь завода?

– Мы там гуляли в детстве. Я хорошо помню эту дамбу.
– Эйчер открыл дверь и вышел в коридор, нервно поёжился. Ему было неуютно не на своей территории.

– Это единственная причина?
– Мик вышел вслед за Крисом и захлопнул за собой дверь.
– То, что ты помнишь это место?

Мик едва сдержался, чтобы не выругаться. С другой стороны, выбора у него всё равно не было. Дамба была не самым плохим вариантом - по крайней мере, она отличалась, выделялась в общем списке мест на окружности.

В автобусе Эйчер старался держаться ближе к Крису и вздрагивал от каждого мимолётного, едва ощутимого прикосновения. Мику хотелось защитить его, спрятать где-нибудь.

На секунду он понял, почему Лай практически запер его дома. Но сейчас Лая рядом нет, Эйчеру пока что придётся полагаться только на себя. Ехать пришлось через полгорода к мутной реке, перегороженной невысокой дамбой. На ней сверху были сделаны пешеходные дорожки и ограждения, но она не пользовалась популярностью - слишком много несчастных случаев, особенно с детьми. Течение было несильным, но находили всё равно не всех.

От остановки они поднялись по насыпи к самой реке и пошли в сторону дамбы. Часть фонарей не горела, а сама дамба казалась огромным дохлым китом, выброшенным на берег. За городом полыхнуло молнией, ярко высветив реку, плывущий по ней мусор, дома и брошенные у реки машины. Пахло сыростью и тиной, вода внизу шелестела и бугрилась под падающими каплями дождя.

– Ответ на любой вопрос - как туман.
– Эйчер остановился, опёрся спиной о фонарный столб. Старая краска отслаивалась вместе с ржавчиной, пачкая его свитер, но он, казалось, не обращал на это внимания.
– Все знают, что такое туман. И тот, кто спрашивает, знает ответ. Но туман всё равно прячет то, что считается правдой.

– Эйчер, ты это к чему?
– Мик остановился, с непониманием глядя на Нэвана. Странное, непредсказуемое поведение этого человека пугало его. Он не знал, как реагировать, и надо ли вообще было как-то реагировать.
– Что ты хочешь этим сказать?

– Ты знаешь то, что хочешь знать. Но правды не хочешь.
– Эйчер закрыл глаза и повернулся лицом к столбу, уткнулся в него лбом.
– Люди сами создают чудовищ, которых боятся. Создают их из людей. Лепят, рисуют. Нет зла, есть причины. Всегда есть причины. У всех. Зла не бывает.

– А я в детстве верил в сказки.
– Слегка смущённо сказал Мик. Он пытался как-то безболезненно растормошить Эйчера, если они задержатся, могут опоздать.

– В сказках ложь.
– Устало выдохнул Эйчер. Он шагнул назад, но пальцы его всё ещё скользили по столбу, сдирая краску пополам с ржавчиной.
– Ложь. Ложь.

– Эйчер, успокойся. Пошли уже.
– Крис старался говорить как можно мягче, спокойней, хотя внутри его всего колотило от непонятного возбуждения и предвкушения.

– Пошли уже.
– Эхом отозвался Эйчер. Время падало камешками на асфальт под ногами. Ещё секунда, другая. Всё, пора. Ровно тридцать две.

До дамбы оставалось ещё минут пять по мокрой насыпи, потом скользкая, поблёскивающая в свете тусклых фонарей лестница с шатающимися поручнями и шлагбаум, который опускают здесь на ночь.

Очередная вспышка высветила человеческий силуэт у каменного ограждения на середине дамбы. Ветер взметнул полы его плаща, осыпал волосы серебристой крошкой дождя. Человек придерживал одной рукой лежащий на каменном ограждении труп.

Мик замер на несколько секунд, потом сорвался с места, перепрыгнул через шлагбаум. Дождь усилился и теперь хлестал по лицу ледяными струями, заливал глаза.