Две девочки в голубом
Шрифт:
— Стиви, — прошептала Кэти.
— Отлично. Пошли.
Новые сандалии тоже было больно носить, хоть и не так, как предыдущие. Те жали. В этих нога скользила, а сами сандалии так и норовили соскочить. Но Энджи тащила ее за собой так быстро, что Кэти боялась даже заикнуться о своих трудностях.
Она почувствовала, как одна сандалия соскочила.
У дверей «Макдоналдса» Энджи остановилась и купила в автомате газету. Потом они вошли внутрь и встали в очередь. Когда еда была куплена, они уселись за столик в таком месте, откуда Энджи
— Никогда не думала, что придется беспокоиться, как бы не угнали эту развалюху, — произнесла она. — Но с моим везением, да когда там чемодан с добычей, на мою голову вполне может принести желающего поживиться.
Кэти не хотелось сэндвича с яйцом и апельсинового сока, которые Энджи заказала для нее. Она не была голодна и больше всего хотела спать. Но, опасаясь рассердить Энджи, стала жевать сэндвич. — Пожалуй, сначала вернемся в мотель, а потом поищем, где можно купить подержанную машину, — разглагольствовала Энджи. — Главная проблема в том, что расплачиваться придется пачкой пятидесяти– и двадцатидолларовых купюр. А это привлекает внимание.
Кэти чувствовала, что Энджи становится все злее. Девочка смотрела, как та разворачивает газету. Вдруг Энджи отрывисто пробормотала себе под нос что-то непонятное и накинула капюшон на голову Кэти.
— Боже всемогущий, газеты пестрят твоими фотографиями, — произнесла она. — Если бы не волосы, тебя узнал бы первый встречный. Пошли отсюда.
Кэти не хотела, чтобы Энджи опять на нее разозлилась. Тихонько соскользнув со стула, она взяла Энджи за руку.
— Где твой второй сандалик, малыш? — дружелюбно спросила женщина, которая убирала соседний столик.
— Ее второй сандалик? — Произнеся «ее», Энджи тут же прикусила язык, нагнулась и увидела, что на Кэти только одна сандалия. — Ох, — сказала она, — ты опять расстегнул ремешки, пока мы ехали?
— Нет, — шепнула Кэти. — Она соскочила. Она слишком большая.
— Вторая тоже слишком большая, — сказала женщина. — Как тебя зовут, малыш?
Кэти, как ни напрягалась, никак не могла вспомнить, что Энджи велела ей говорить.
— Ну же, как тебя зовут? — настаивала женщина.
— Кэти, — шепнула девочка, но тут же ощутила, как Энджи сильно сжимает ей руку, и неожиданно вспомнила. — Стиви, — поправилась она. — Меня зовут Стиви.
— О, наверное, это твою выдуманную подружку зовут Кэти, — улыбнулась женщина. — У моей внучки тоже есть выдуманная подружка.
— Ага, — поспешила согласиться Энджи. — Ну, нам пора.
Оглянувшись, Кэти увидела, как женщина берет со стула забытую газету. Даже на таком расстоянии девочка разглядела в газете свою фотографию. Келли тоже была на фотографии. Это оказалось выше ее сил. Она завела с Келли «близнецовый разговор» и говорила до тех пор, пока не почувствовала, что Энджи очень больно сжимает ей руку.
— Шевелись!
Энджи рывком протащила девочку на целый метр вперед.
Вторая сандалия из новой пары лежала на том месте, где соскочила.
— Залезай, — злобно произнесла она, швыряя сандалию внутрь.
Кэти вскарабкалась в салон и, не дожидаясь приказаний, легла на подушку и потянулась за одеялом. Вдруг мужской голос произнес:
— Где у вас детское сиденье безопасности, мэм?
Полицейский.
— Как раз едем его покупать, — нашлась Энджи. — Мы вчера ночевали в мотеле, и я не заперла фургон, а наутро оказалось, что сиденье украли.
— В каком мотеле вы останавливались?
— В «Саундвью».
— Вы сообщили в полицию о краже?
— Нет, — отвечала Энджи. — Сиденье все равно было старое.
— Если в Хайянисе случаются кражи, мы должны об этом знать. Можно ваши права?
— Конечно. Вот.
Кэти смотрела, как Энджи достает из кошелька бумаги.
— Мисс Хейген, чей это фургон? — спросил полицейский.
— Моего друга.
— Понятно. Что ж, вам придется сделать перерыв. Необходимо пойти в магазин и купить детское сиденье. Я не доверю вам машину с ребенком, пока у вас нет специального кресла.
— Благодарю вас, офицер. Отправляюсь немедленно. Пошли, Стиви.
Наклонившись, Энджи взяла Кэти на руки, прижимая девочку лицом к своей куртке. Заперев фургон, она двинулась в сторону галереи магазинов.
— Коп за нами наблюдает, — прошипела она. — Не знаю, разумно ли было показывать ему права Линды Хейген. Он на меня странно посмотрел. С другой стороны, в мотеле я зарегистрировалась под ее именем. Господи, ну и вляпалась.
Как только они оказались внутри торгового центра, она опустила Кэти на пол.
— Давай-ка наденем этот башмак. Я туда затолкаю носовой платок. Тебе придется ходить самой. Я не могу таскать тебя по всему городу. Теперь еще надо искать, где продают эти сиденья.
Кэти казалось, что их хождению не будет конца. Наконец они разыскали магазин, в котором торговали сиденьями. Там Энджи опять разозлилась, на этот раз на продавца.
— Распакуйте и разложите его, — потребовала она. — Я понесу его на руке.
— От этого сработает сигнализация, — возразил продавец. — Я могу открыть коробку, но доставать сиденье из коробки нельзя до тех пор, пока вы не выйдете из магазина.
Кэти чувствовала, как в Энджи нарастает злоба. Поэтому она не решилась сказать ей, что сандалия, несмотря на засунутый внутрь носовой платок, слетела опять. Но на обратном пути к машине какая-то женщина остановила Энджи.
— Ваш мальчик потерял сандалию, — сказала она.
Энджи сгребла Кэти в охапку.
— Бестолковый продавец завернул не ее размер, — затараторила она. — В смысле, не его. Придется купить ему другую пару.
Резко развернувшись, она быстро зашагала прочь от женщины, но вдруг остановилась, одной рукой держа за руку Кэти, а другой волоча по земле злополучное сиденье.