Дважды Шутт

Асприн Роберт Линн

– Погодите расстраиваться, капитан. Может быть, еще сработает мой запасной план, – задумчиво проговорил Суши, глядя в ту сторону, где исчез беглец.

– Запасной план? – Шутт обернулся и укоризненно посмотрел на Суши. – Ты ничего не говорил ни о каком запасном плане!

Суши смущенно ответил:

– Не говорил, потому что, если бы он не понадобился, о нем никому и знать не надо было. Особенно – полицейским.

Шутт с видом оскорбленного достоинства выпрямился и расправил плечи.

– Не твое дело, Суши, решать, что я должен знать, а что не должен. Я – твой командир.

– А я – глава межпланетной… организации, –

парировал Суши. – Организации, к которой я решил обратиться от имени владельца ресторана, господина Такамине. Вот теперь и посмотрим, что из этого получится.

– я…

– Нет, я, – оборвал его Суши и прижал палец к губам. – Не стоит уточнять названий, – прошептал он и кивком указал на офицера Данстэбля.

– Какого черта? О чем это вы болтаете? – нахмурившись, поинтересовался полисмен, но тут послышался крик со стороны колючих кустов, откуда полицейские пытались вызволить своего собрата. – Будь я проклят! Он возвращается! – воскликнул Данстэбль, обернувшись.

И точно: подозреваемый медленно шагал к дому с виноватой физиономией. Его осанка и походка яснее всяких слов говорили о готовности сдаться в руки правосудия. А за ним следом – как бы совершенно случайно – шел приземистый пожилой японец и вел на поводке маленькую, но весьма злобного вида собачонку.

– Вот видите? – торжествующе провозгласил Суши. – Говорил я вам, что созданное мной предприятие в один прекрасный день заработает! – Он развернулся к Данстэблю. – Думаю, теперь у вас больше не будет никаких хлопот с задержанием подозреваемого.

И стоило ему произнести эти слова, как один из полисменов схватил подозреваемого за руку, и тот сдался без малейшего сопротивления. Пожилой японец прошел мимо, негромко уговаривая свою собачонку, и вежливо поклонился полисменам.

Лишь тот, кто знал, куда смотреть, заметил бы на запястье пожилого господина мудреную татуировку, означавшую, что он – член Якудзы.

Дневник, запись № 526

С поимкой грабителя последнее важное дело роты «Омега» на Ландуре было практически завершено. Мой босс сосредоточил свои усилия на окончательной подготовке роты к переброске к новому месту назначения. К тому моменту, когда капитан наконец получил от правительства разрешение сообщить своим подчиненным, куда именно перебрасывают роту, любопытство легионеров достигло апогея.

Но естественно, слухи тут же приняли иной характер.

Клыканини поморщился от яркого солнца, лучи которого отражались от купола здания ландурского космопорта, сунул лапу в карман, извлек оттуда темные очки и водрузил на нос. На его свинячьей физиономии темные очки смотрелись очень комично, но сослуживцы Клыканини к этому зрелищу давно привыкли, как привыкли и к тому, что видом напоминавший гигантского кабана-бородавочника волтрон – один из самых подкованных в интеллектуальном отношении легионеров.

– Малявка, скажи мне, зачем зенобианцы хотеть иметь военные советники? – осведомился волтрон у своей напарницы. – Я так думать, они и сами быть бойцы хоть куда.

Супермалявка сняла ранец с плеча, поставила на землю и глянула на напарника.

– Честно говоря, я и сама этого понять не могу, – призналась она. – Если летный лейтенант Квел – типичный

представитель зенобианской военщины, то просто страшно представить, кто же им такой угрожает, что им понадобилась помощь.

– Хотеть не хотеть, а скоро мы сами это будем узнать, – угрюмо пробурчал Клыканини. – Зачем бы еще они нас звать?

– А затем, чтобы мы показали всем, что мы – самые крутые, – заявил Спартак – один из двух легионеров-синтианцев, служивших в роте «Омега». Его ранец плыл за ним по воздуху на глайдборде. – И еще затем, чтобы мы показали, что все расы в галактике могут действовать дружно, дабы отражать угрозы врагов.

– Да, но кто враги зенобианцев? – задумчиво проговорила Супермалявка. – Наверняка это кто-то жутко свирепый, если уж они были вынуждены попросить о помощи.

Клыканини проворчал:

– Угу. И кто бы они ни быть, почему они быть наши враги? Клыканини они ничего плохой не делать. Почему мы должны быть сражаться с они?

– Никто не говорил, что мы будем с кем-то сражаться, – заявила Бренди, положив свой ранец рядом с другими на землю неподалеку от посадочной площадки. – Мы – советники, не забывайте об этом. И нам не придется вступать в бой до тех пор, пока кто-то не нападет на нас. Кроме того, никто не говорил и о том, что на зенобианцев кто-то нападает.

– Как скажете, Бренди, – отозвалась Супермалявка, но ее мордашка сохранила скептическое выражение.

– Вот и правильно, надо слушать сержанта, – подхватил Преп, по обыкновению криво ухмыляясь. – Мы тут все – просто солдаты. Нам положено исполнять приказы и ждать возможности прославиться.

– Мы – легионеры, а не солдаты, – автоматически поправила капеллана Бренди.

– Само собой, серж, – кивнул Преп и сопроводил свои слова усмешкой, которая говорила о том, что, на его взгляд, различие между солдатами и легионерами значения не имело. Двое-трое легионеров из числа тех, кто подвергся пластической операции и изменил внешность, дабы уподобиться Королю, захихикали.

Бренди угрожающе сдвинула брови, но далее обсуждать этот вопрос не стала. Она все еще не слишком одобрительно относилась к тому влиянию, какое капеллан оказывал на ее подчиненных. Особенно ее не устраивали моменты, когда капеллан выставлял себя в роли друга легионеров, а ей при этом отводилась какая-то иная роль. Ей как старшему сержанту порой приходилось воздействовать на подчиненных, прибегая к их унижению, но в то же время в других случаях Бренди становилась для них когда исповедницей, а когда – старшей сестрой. Преп изо всех сил старался лишить ее возможности играть две последние роли. Иногда Бренди раздумывала о том, что работа капеллана отчасти состоит в том, чтобы изо всех сил осложнять жизнь сержантов. Но это вовсе не означало, что такое положение дел обязано сержантам нравиться.

– А вот я слыхал, будто бы зенобианские ящерицы решили скинуть своего императора и тамошнее правительство хочет, чтобы мы усмирили мятежников, – сообщил Дубль-Икс, еще один синтианец, порхающий сбоку от группы легионеров. – Так что там, считай, ящеры с ящерами дерутся, отсюда и все проблемы.

– А что, в этом есть смысл, – признал Спартак, его сородич. – А мы должны стоять на стороне народа, а не на стороне тиранов, – Правительство Галактического Альянса не послало бы нас поддерживать чью-то сторону в гражданской войне, – возразила Супермалявка. – Это опасно.