Два солнца

Le Ri

– Растяжка очень важна, никогда не забрасывайте эти занятия, чтобы не выглядеть на выступлениях брёвнами. Сона, пока займись Ианом, он, видимо, загорать сюда пришёл.

Не подчиниться приказу невозможно. Почувствовав свободу, я попыталась собрать свои конечности и подняться на ноги.

– Ей-богу, дряхлая старушка. Да моя бабушка быстрее двигается, – было брошено мне вслед.

Бедный Иан первый раз в жизни пришёл раньше всех на репетицию. На свою беду. Он ошарашенно наблюдал за открывшейся картиной, и она явно не располагала к занятиям.

–

Расслабься, – попросила его, едва подошла поближе, чтобы начать движения в паре. – Давай просто попробуем сделать те сложные для тебя комбинации, на которых мы остановились в прошлый раз.

Мужчина молчал, я начала первой. И заодно вела счёт, чтобы легче было двигаться. Едва мы оказались в непосредственной близости, призрак даже скривился и напрягся всеми фибрами души.

– Иан, расслабься.

– Тебе обязательно быть так близко? – мучительно выдавил он. Для него наши движения казались какими-то неоднозначными. А для меня…Я даже не обратила бы внимание, если бы не его реакция, ведь просто стояла впереди него, пытаясь положить руки на плечи.

Сам факт тренировки исключал что-либо романтичное во всём этом. Но фраза вызвала у меня смятение.

– Воспринимай это как дополнительную тренировку, – шепнула твёрдо я. – Тебе нужно подпускать к себе партнёра, иначе вы постоянно будете смотреться чужими.

– Я сделаю всё, что нужно на сцене, необязательно постоянно работать над этим.

– Как сделаешь, если не знаешь толком, чего от тебя хотят?

– Этого хочешь от меня ты, – не сдержался Иан. – Зрителям всё равно, им понравится любое моё движение.

– Да, этого хочу от тебя я. Твой режиссёр. Мне не всё равно, – я придвинулась ещё ближе, от чего у него сбилось дыхание. – Дыши ровнее, глубокий вздох, а потом выдох. Молодец. Зрители видят картинку, но создаю её я.

– Звучит отвратительно, – последовала реплика, после чего Иан снова сделал вздох и длинный медленный выдох.

Он хотя бы не убегал, не отодвигал меня. Это успокаивало. Просто бледнел, сцепив губы в тонкую линию. И стоически терпел. Это бесило.

– Не могу я уже! – раздалось в зале. Видимо, кто-то не выдержал издевательств Ники.

– Ладно, вам можно сделать перерыв на десять минут, – сдалась она. – Но не Соне. Продолжаем!

Иан облегченно выскочил из зала, судя по всему, на перекур. Только пятки сверкали. Я отчаянно посмотрела уходящим вслед, а затем на Нику. Но никакой пощады.

С растяжкой у меня всегда были проблемы, не дано мне это от природы, поэтому чтобы сесть на шпагат, приходилось долго заниматься. А едва я бросала на какое-то время тренировки, мышцы снова деревенели и не тянулись. И Ника это знала, пощады не давала никогда.

– Вставай возле стены и поднимай ногу, – донеслись до меня её слова. – Ты что уснула там, Сона?

– Нет, не уснула, – опять грустный вздох. Ведь предстоит новый вид издевательства.

Едва я пришпилила спину и одну ногу к стене, а затем подняла вторую ногу, Ника тут же подхватила

её за лодыжку, заставив выровнять. Она придавила заднюю поверхность бедра своим плечом. И ощутился новый поток боли. Нога не хотела выравниваться и подниматься так высоко, как того требовала Ника. Боль была почти невыносимой, потому что хореограф и тренер по совместительству никогда не действовала нежно и медленно, как того хотелось мне.

Я отвернулась от Ники, зажмурилась и прикусила губу. Сколько так стояла не знаю, но уже пришли все четыре дракона, бросая в нашу сторону изумлённые взгляды.

– Меняй ногу, – в этот момент произнёс мой мучитель и включил музыку, – а вы разогревайтесь, сейчас начнём репетицию. – Растяжка ужасная, когда в песне «Огонь» в паре с Ианом ты поднимаешь ногу, то смотришься отвратительно.

Не смогла ничего выдавить ей в ответ. Да и толку? Она не оставит меня в покое, даже зная, что я не буду выступать с Ианом под ту самую песню, которая сейчас играла.

Когда мои минуты мучения закончились, я снова побрела в сторону Иана, не намереваясь отступаться от задуманного. Сейчас буду его партнёром всего в третий раз, ещё немного, и добьюсь раскрепощённости и эмоций от него.

– Касайся меня, а не воздух, – пробормотала я замечание, когда мы начали повторять то, что уже выучили. – В этой песне нужно взаимодействовать.

Движение, предусматривающее наше недолгое объятие, давалось Иану нелегко. Он должен был схватить меня сзади, прижать к себе двумя руками, перевернуть, а после я выскальзывала. Следом шёл и тот самый злосчастный мах ногой, который раскритиковала Ника. Из-за тренировки нога поднялась выше, движение сделалось чуть более плавным, хоть в чём-то прогресс.

– Иан, не бросай её так, это женщина, а не предмет мебели, – раздался комментарий Ники, после чего Ши прыснул от смеха и остальные заулыбались. – Она старается показывать тебе, как взаимодействовать, а ты продолжаешь просто делать заученные движения. Следи за её выражением лица, смотри только на неё, представь, что это девушка твоей мечты и вы только вдвоём.

– Это будет сложно, – фыркнул Ши.

Я вздохнула, осознавая, что его колкости уже не так цепляют, как раньше.

Видно было, что Иана нервирует эта ситуация, поэтому я снова вскинула ладонь перед ним и потребовала, чтобы он к ней прикоснулся.

Как приручают диких животных?

Сравнение, конечно, не очень. Но всё ведь должно происходить постепенно. Нужно дать время, чтобы привыкнуть к себе, чтобы каждое движение было естественным, а не вынужденным. Обычные прикосновения могут и повлиять на привыкание.

Только вот этим должна заниматься его партнёрша, а не я. Если Иану сложно в принципе с любым человеком, то хотя бы нужно наловчиться взаимодействовать с одним. Нужно заканчивать наши тренировки и тренировать их обоих, раз за длительное время сотрудничества танцевального коллектива с «Драконами» девушка не расположила к себе Иана.