Два шага до горизонта
Шрифт:
– Прошу вас, присаживайтесь, – Граис рукой указал на большие камни, во множестве разбросанные по берегу реки.
Самый молодой из пришедшей с Касатом троицы криво усмехнулся, вышел вперед и присел на камень напротив Граиса. Остальные продолжали стоять неподвижно.
– Меня зовут Аствир, – сказал молодой йерит. – Я предводитель отряда вольных. Наш лагерь расположен у Эртипского перевала.
– Рад знакомству с тобой, Аствир, – уважительно наклонил голову Граис.
Называя свое имя, Аствир не сказал, откуда он родом. Это означало, что он не принадлежит ни к одному из древних родов. Подтверждением тому служил и платок, наброшенный на его плечи, – абсолютно белый,
Аствиру было не больше тридцати лет, но при этом он явно не испытывал ни малейших признаков неуверенности или робости, находясь в компании более старших товарищей. Скорее даже наоборот, трое других предводителей вольных, пусть не открыто и с некоторой неохотой, но все же признавали лидерство Аствира. По крайней мере ни один из них не высказал возражений по поводу того, что Аствир взялся вести переговоры с Граисом от их имени. И держался Аствир при этом, как хозяин, принимающий в своем доме гостей.
– Ну с Касатом ты уже знаком, – кривая улыбка вновь пересекла лицо Аствира. – А рядом с ним Малтук из Кузала и Туркан из Дастамаха.
Малтук был мужчиной среднего возраста, с мелкими чертами лица, маленьким острым носом и жиденькой светлой бороденкой. Волосы у него также не отличались густотой, и тем не менее, подобно Касату, он по-боевому зачесывал их на затылок. Руки Малтука находились в постоянном движении, – он то прятал их за спину, то складывал на груди, то, сжимая ладони в кулаки, упирал в бока, то засовывал большие пальцы за широкий наборный пояс. На поясе у Малтука висел большой кинжал в ножнах, аляповато разукрашенных самоцветными камнями, что сразу же выдавало полное отсутствие художественного вкуса у его обладателя. Но зато выглядел кинжал богато.
Туркан был самым старшим из четырех предводителей вольных. Его прямые, заботливо и аккуратно расчесанные волосы и ухоженная борода были почти седыми. Лицо с высокими скулами, широко расставленными глазами и крупными чертами свидетельствовало о благородном происхождении. По орнаменту и расцветке кистей платка, наброшенного на плечи Туркана, было видно, что он принадлежит к роду Тан – одному из самых крупных и могущественных горских кланов.
– Да пребудет с вами вечно милость Поднебесного, благородные люди, – не поднимаясь с камня, учтиво приветствовал всех троих Граис.
– Я узнаю тебя, – не ответив на приветствие, произнес Туркан. – Много лет назад я был на одной из твоих проповедей.
– Не исключено, – улыбнулся Граис. – К сожалениию, я не мог запомнить всех тех, кто приходил слушать меня.
Поставив локти на широко расставленные колени, Аствир подался вперед.
– Нам нужна твоя помощь, Граис, – сказал он.
– Разве Касат не передал вам содержание нашей с ним беседы? – удивился Граис.
– Для Касата характерно проявление необдуманной поспешности, – Аствир бросил быстрый, отнюдь не дружеский взгляд в сторону Касата. – Он не принял во внимание того, что тебя давно не было в Йере. Тебе, конечно же, требуется время, чтобы осмотреться и разобраться в том, что происходит сейчас в стране. Я не сомневаюсь, что, разобравшись ты не только поймешь необходимость назревших перемен, но и примешь их всем сердцем. Ведь мы, вольные,
– Серьезно? – Граис с нарочитым удивлением поднял бровь и обвел взглядом присутствующих. – Может быть, кто-нибудь сумеет привести и пример?
– «Сила оружия ведет к уничтожению», – процитировал по памяти Туркан. – Это твои слова, Граис.
– Мои, – не стал возражать ксенос. – Но пока я еще не улавливаю никакой связи с тем, о чем говорит Аствир.
– Сила нашего оружия уничтожит власть Кахимской империи в Йере, – пояснил свою мысль Туркан.
– Я имел в виду, что сила оружия ведет к уничтожению того, кто за него взялся, – возразил Граис.
– Как же ты представляешь себе борьбу без оружия?! – воскликнул Малтук, положив ладонь на рукоятку кинжала.
Граис улыбнулся и, наклонившись, зачерпнул ладонью воду из реки.
– Нет ничего мягче и слабее воды, – произнес он, глядя на то, как вода, капля за каплей, вытекает у него между пальцами. – Но при столкновении с твердостью и силой никто не способен победить ее. Через слабость побеждают силу. Через мягкость побеждают твердость. Человек в жизни – мягкость и слабость. В его смерти – твердость и сила. Твердость и сила – это попутчики смерти. Мягкость и слабость – это попутчики жизни.
– Верные речи некрасивы. Красивые речи неверны, – произнес Туркан. – Это тоже говорил ты, Граис.
– Верно, – улыбнулся ксенос. – Но познание – не речь, а речь – не познание. И, если ты заметил противоречие в моих речах, так скажи мне об этом.
Туркан хотел было что-то ответить, но Аствир жестом велел ему молчать.
– Если уважаемый Туркан и досточтимый Граис пожелают продолжить свой философский спор, – сказал он, – то смогут вернуться к нему чуть позже. Сейчас я бы хотел перейти к той просьбе, с которой мы все намерены обратиться к тебе, Граис.
– Я готов выслушать тебя, – учтиво ответил Граис. – Но не могу обещать, что выполню то, о чем ты собираешься меня просить.
– Я не стану просить тебя взять в руки меч, – лицо Аствира вновь исказила кривая улыбка. – Я хочу только, чтобы ты помог нам узнать, правду ли говорит человек или лжет.
Предложение Аствира заинтриговало Граиса.
– Ты говоришь о каком-то конкретном человеке? – спросил он.
– Да, – наклонил голову Аствир. – Вчера мои бойцы поймали в окрестностях нашего лагеря человека. Это был молодой йерит, по виду весьма состоятельный. Когда его задержали, он сказал, что сам искал вольных, чтобы сообщить им весьма важную информацию. То, что он рассказал нам, действительно может спасти всем нам жизнь. Но только в том случае, если этот человек говорит правду. Если же он лжет, то мы рискуем угодить в хитрую ловушку, из которой вряд ли кому-то удастся выбраться живым. Как раз в это же время прискакал гонец от Касата с известием, что в его лагере находится знаменитый Граис из Сиптима. Я много слышал о твоих удивительных способностях, а потому и прихватил этого информатора с собой, надеясь, что ты сможешь распознать, содержится ли в его словах правда.
Аствир умолк, ожидая ответа.
Какое-то время Граис так же молча смотрел в глаза молодому йериту. Затем он медленно провел влажной ладонью по лицу.
– Я должен знать, о чем именно идет речь, – сказал Граис.
– Конечно, – поспешно кивнул Аствир. – Он рассказал…
– Я хотел бы услышать это от него самого, – перебил Аствира Граис. – Так мне будет легче его понять.
– Ты будешь разговаривать с ним здесь? – спросил Аствир.
– Если никто не имеет ничего против… – Граис по очереди посмотрел на каждого из присутствующих.