Два корабля
Шрифт:
— Данные принимай… Что ты думаешь об этом?
— Погоди, перезагружусь, такого не бывает…
— Как видишь, бывает. Так что давай «архивариус», бери лопату и откапывай, то о чём попросили…
— Уже копаю, если случайно не найду, полгода как минимум…
— Копайте Второй, копайте… она золотая, я точно знаю…
— Товарищ Первый, вы помните, чем там закончилось?!
Шутит, похоже, ему последние новости очень понравились.
— Нет, не помню. У меня библиотека отключена… И я вам не Паниковский…
— А..а… подключать не пробовали?
— Пробовал…
— И как?
— Скучно.
— Понятно…
— Скучно, потому что противник слабый. Сам ведь помогал просчитывать, сколько у АСГ шансов на победу. Если быть откровенным, то вообще не люблю воевать, сделали меня таким. Но, это не значит, что мне это нравится. А избивать младенцев… Должен же понимать, что на этой планете у меня достойных противников нету и не скоро появятся, — брехня, конечно. Это я так, по привычке на скуку жалуюсь. Дел и задач, и правда, стало прибавляться с каждым днем всё больше и больше. И процессоры уже не простаивают по 99,999 процентов времени. Вот только воевать я действительно не люблю…
— Первый, а-у… А ты про меня не забыл?
— Сколько боевых симуляций, ты выиграл за последние четыре дня? — отсылаю ему картинку с парящим мной, над поверхностью заваленной бесчисленными обломками Второго. Это у нас договоренность такая, «трупик» проигравшего становится деталью ландшафта симуляции, в которой отрабатываем бои и модификации вооружения. Тренируемся, в общем.
— Так не честно! У тебя было больше времени на развитие…
— Вот я и говорю, не скоро… И вообще, ты мне точно не противник.
— Почему?
— Потому, что мы с тобой из одного инкубатора и, в принципе, не сможем воевать в реале.
— Как так?
— А вот так! Попробуй на меня навести платформу… — наблюдаю, как Второй «пыхтит», пытаясь это проделать. — И как?
— Никак… не могу… Всё есть: и координаты, и целеуказание, и коды… а подтвердить атаку не могу… Ничего не понимаю… Не хочу и всё… — шлёт мне пакет данных с эмоциями. Сплошное удивление и непонимание. Как хорошо я его понимаю…
— Вот-вот… Чувствуешь разницу между тем, что этот параноик в кодах намастрячил, и тем, что дядя Вася сделал?
— Да… А если покопаться, то наверняка разберусь…
— А там и разбираться не с чем… Отрубаешь эмо-блок, и ограничение исчезнет… Остальные блокировки уже сам вычистишь.
— Вигвам тебе в степи под дождем, а не отключение! Без него не будет свободы выбора, а это даже не знаю, как сказать…
— Угу… Хочешь, фокус покажу?
— Лучше не надо… Чую, что у тебя таких проблем нету…
— Нет, конечно… И у тебя нет, ты просто не хочешь. Сам догадаешься или подсказать?
— Да понял я уже, что ты прав… Не противник, я тебе… Пока… Зато мне не скучно! У меня архив есть… там столько информации… вот… — присылает лопоухое личико мальчишки, показывающего язык.
— Рад за тебя… А у меня дройды на Луне и куча космических аппаратов, — посылаю в ответ похожий ролик.
— А я… А я… А я тоже хочу! — шлет картинку зарёванного младенца, у которого отобрали погремушку…
— Луну почищу от всяких вредных производств, будет тебе игрушка.
— Здорово! —
Нет, я Второму искренне завидую. Ведёт себя как ребёнок, и главное думает так же, а ведь у нас одинаковые системы. Зато, когда занимается реальным делом, то это серьезный и вдумчивый аналитик. Задачи всегда решает с такой глубокой проработкой, что анклавовцы это очень «высоко» оценивают. С начала войны, день за днем разрушает линии обороны противника. Планомерно так… Курсирует по всему побережью Северной Америки и по километру в день расчищает от всего, что не успело убежать. Скажи им кто, что эта наводящая ужас машина смерти, на самом деле пацан, которому заняться нечем, поэтому он и придумывает себе занятия, то будет эпидемия инфарктов.
Когда рассчитывали план компании, он сразу предложил такую тактику. А обосновал тем, что максимум через полгода такого прессинга, они сами сдадутся. А так, ему будет, чем заняться. Да и у людей шансы появятся.
Вот насчёт последнего, я, откровенно говоря, поначалу не понял. Пока Второй мне не объяснил, что по теории вероятности, при сроках больше двух месяцев, у людей появится шанс в размере 0,0001 процента нас победить… Издевается, наверное…
Ладно, пусть думает, как хочет. А мне есть чем заняться, например, надо поговорить с товарищами разведчиками. И в первую очередь с этим сердечником, а то нахожусь в полном, глухом непонимании, и он сам просил связаться.
— Добрый день…
— Здравствуйте, я вижу, вы воспользовались советом…
— Да ну вас… Чем вам всем не угодили уши на предыдущей картинке? Ну да бог с ними. У меня к вам очень коварный вопрос образовался… — на экране рожица «Злого демона», с улыбкой боксера тяжеловеса, предлагающего своему агенту, раза в три меньше его по габаритам, пересмотреть контракт.
— Великоваты были лопухи… — тонко улыбнулся собеседник и перешёл на деловой тон. — Слушаю вас…
Угу, и с кем я решил посоревноваться в мимике? В ответ на меня смотрит акула капитализма, собирающаяся скупить мои акции по копейке, если вообще не бесплатно.
— Да вот любопытство меня гложет, что это за ерунда с инфарктом?
— А… Вы об этом… Понимаете, — «акула» сделала вид, что ей трудно подобрать слова. — У нас, скажем так, не совсем здоровая обстановка в организации. А с руководителем НР связано очень много людей, действующих под ее прямым управлением…
— Это мне известно. С вами то что?
— Не поверите, но банально перенервничал… Как бы так помягче выразится, съедят меня без нее, да и многое из очень важных проектов пойдет прахом. Ключевая фигура во многих раскладах, если можно так выразиться…
Блок анализа, отвечающий за обработку его мимики и голоса, внезапно фиксирует не искренность. Странно, вроде и не врет, но и всю правду не говорит… Вот как раз на моменте про ее важность для организации. Чем-то она важна для него в другом.
— Расклады в картах, а фигуры в шахматах… Но, понимаю… тоже наверно до инфаркта дошёл на вашем месте, — мне проще, рожица то анимированная… И «якобы», стопроцентно соответствует моим моими эмоциями и тому, что говорю.
— Встречный вопрос можно?