Два кинжала
Шрифт:
— Очень интересно, откуда же ты обо мне наслышан в таком количестве, что постоянно об этом вспоминаешь? — удивилась я.
— Оттуда, отсюда… слухами земля полнится.
Мне не понравилась такая осведомленность Сыча. Это значит, что наблюдать он будет за мной серьезно, и использовать фактор неожиданности уже не удастся. Поэтому я просто закрыла глаза и задремала. Томигост пару раз меня окликал, но потом удобно улегся и заснул.
Я обдумала идею с прыжком из кареты, но быстро от нее отказалась. Зарезать Сыча у меня бы тоже не получилось — не могла дотянуться
Закрыв глаза, я постаралась выбросить из головы все мысли о Ярославе и о своем бедственном положении. Завтра мне понадобятся силы, много сил, и крепкие нервы. Что бы ни задумал Томигост, я не собиралась ему помогать. Он говорит, что наслышан обо мне? Ничего. Думаю, еще смогу его удивить.
Утром мы уже въехали в столицу, и остановились на каком-то постоялом дворе. Меня под конвоем двух девиц из свиты Томигоста отправили в домик уединения. Конечно, можно было использовать это как возможность к бегству, но Сыч все предусмотрел. Одна из девиц держала у моей шеи свой кинжал, а вторая в руках — веревку, которой были связаны мои руки.
— Ты очень ценна мне, — сказал серьезно Томигост, когда я вернулась в карету, кипя от ярости и унижения. Делать свои интимные дела в то время, когда связаны руки, очень сложно. А чего мне стоило присутствие девиц, не смущающихся обсуждать мое потрепанное нижнее белье!
— Зачем? — буркнула я, стараясь взять себя в руки. Моя нестабильная магия пыталась вырваться на свободу и разнести все вокруг. Если бы у меня была уверенность, что я при этом не пострадаю, то бы уже что-то сделала. Но боялась. После того, как я во время ссоры с Ярославом едва не разнесла по бревнышку здание постоялого двора, рисковать еще раз не хотелось.
— Ты Сиятельная, к тому же из приграничного домена. Ты очень сильная. Не в моих правилах разбрасываться таким богатством.
Я пожала плечами и уставилась в окно, созерцая столичные улочки. По ним торопились по своим делам люди, чинно прохаживались эльфы, около входа в какой-то кабак ожесточенно дрались два тролля, а еще несколько активно болели. Никому не было дела до меня и моих несчастий.
Внезапно Томигост со всей силы ударил по сидению рукой. Я вздрогнула и посмотрела на своего пленителя.
— Почему? — закричал он. — Почему ты даже не спросишь у меня, что я задумал? Или не начнешь умолять, чтобы я пощадил твою жизнь? Или…
— Успокойся, Томигост, — я нацепила на лицо презрительную маску. — Хорошо, если ты так этого хочешь… Какие у тебя планы?
— А вот не скажу! — внезапно успокоился Сыч. — Мучайся теперь от неведения!
Своими переходами из одного настроения в другое он меня пугал, но Томигост всегда был таким. Когда он с матерью приезжал к нам, то отец серьезно посоветовал мне никогда не связываться с неуравновешенной личностью. Жаль, что он не смог заглянуть в будущее и дать мне совет, как стоит поступать, когда все же приходится столкнуться с подобным!
— Сейчас мы едем во дворец, — сказал Томигост. — Я уже давно послал
Он зажмурился от удовольствия и цокнул языком, как будто вкусил блюдо от королевского шеф-повара.
— Там? — переспросила я.
— Там все получат по заслугам.
— Послушай, Томигост, — решилась я. — Понимаю, ты очень обижен на Ярослава, но если твои люди его убили, то, мне кажется, месть уже свершена. Мне, признаться, и самой Волк не очень нравился, так что я не возражаю против такого радикального способа смыть обиду. Но, Томигост, я теперь снова девица Ясноцвета Крюк. Зачем тебе тащить меня во дворец, подвергать унижениям…Крюки не сделали тебе ничего плохого! Хочешь, я вернусь к отцу и вышлю тебе в качестве компенсации за потраченные усилия золото? Тебе ведь оно пригодится! Домен восстанавливать, искать себе следующую женщину…
— Нет, — равнодушно сказал Сыч. — Ты, Ясноцвета, просто дар богов! Подумать только, мы могли не встретиться, и тогда пришлось бы выкручиваться как-то… Еще кого-то искать… А так мы можем направиться прямо во дворец!
Кого-то искать…Что задумал Томигост? В какой роли я ему нужна?
Мое предположение, что Сыч задумал меня унизить, возможно, было близко к истине, но задумал он явно не только это!
Карета остановилась, Томигост накинул мне на плечи плащ, скрывая связанные руки. Я не успела удивиться этой заботе, как дверца приоткрылась, и к нам заглянул воин в форме королевской стражи.
— Сиятельные Томигост Сыч и Ясноцвета Волк со свитой на аудиенцию к королю! — высокопарно проговорил Сыч.
— Ваши кинжалы, Сиятельные, — попросил стражник.
Томигост подал ему свой кинжал и наклонился надо мной.
— Дорогая, не стоит делать лишних движений, ты и так нездорова, боюсь твое здоровье может ухудшиться. Фатально! — ласково проговорил он, вытаскивая мой кинжал.
Я намек поняла, и молча кивнула стражнику, не пытаясь кричать или бежать. Умирать прямо сейчас я была не готова.
— Можете проезжать, — стражник вернул кинжалы и почтительно поклонился.
— Пусть пока побудет у меня, не возражаешь? — спросил Сыч, рассматривая кинжал с волчьей головой.
— Очень даже возражаю! — негодующе воскликнула я.
— Тебе он больше не пригодится, — сказал Томигост. — Прости, Ясноцвета, как я уже сказал — ничего личного. Зная вашу хитрую породу, хочу предупредить: будешь вопить во дворце, умрешь сразу же. Будешь паинькой — возможно, у тебя появится шанс выжить.
Он криво ухмыльнулся.
— Ты боишься, — сказала я проницательно. — Ты не уверен, что твой задум удастся, ты не веришь своей свите, которая может предать тебя в любой момент… Бедняжка!
— Прекрати! — рявкнул Сыч. — Что ты понимаешь!
Я рассмеялась.
— Многое. Не забывай, кто мой отец! Так интриги не планируют, малыш Томик! Ты обречен на провал!
Он влепил мне такую оплеуху, что, казалось, из глаз посыпались звезды, а перед глазами поплыли круги.
— Заткнись! — тяжело дыша, закричал он, и принялся трясти меня за плечи. — Заткнись, заткнись, заткнись!