Два кинжала

Руда Александра

— Сиятельный, — сказал Драниш, — я доложил королю обо всем, что произошло. И о том, что Сиятельный Волк остался помочь Сиятельному Томигосту в войне против нечисти, направив свою супругу под моей охраной к вам.

Спасибо, Драниш! Я теперь знаю, какую версию событий ты рассказал Волку-старшему.

Гранислав поморщился:

— Не нужно мне пересказывать все заново, Драниш! Отправляйся к моему сыну.

Драниш снова поклонился и ушел, чеканя шаг.

— Я должен извиниться за своего сына? — внезапно сказал Волк-старший.

«Еще

как», — подумалось мне.

— Он отправил вас в путешествие через половину страны с этим неотесанным троллем! Конечно, мы старались привить ему хоть какую-то культуру поведения, однако…Ясноцвета, теперь вы вошли в наш род, и, знайте, мы будем должно заботиться о вас. Никакой тролль больше не оскорбит вашего взгляда.

У меня были свои мысли о том, как Волки заботятся о своих, но я решила об этом промолчать.

— Драниша мне назначил охранником ваш сын, — заметила я.

— У него не было выхода, — резко ответил Гранислав. — Теперь я буду беречь вас.

Замечательные новости! Я укрепилась в решении быть милой и недалекой балованной аристократкой до тех пор, пока не разберусь в происходящем.

Мое внимание привлекло огромное, на всю стену зеркало, и я замерла, уставившись на свое изображение. Если бы я не знала, кто стоит рядом с Граниславом, то, наверное, не сразу бы и догадалась что это я.

Последний раз я смотрелась в такое большое зеркало еще будучи замужней за Жадимиром. Тогда я была обычной благородной молодой девушкой — с пышными формами и круглыми щечками, влюбленным взглядом и ласковой улыбкой. Кинжал висел на поясе, словно игрушка.

Теперь в зеркале отражалась худая до неприличия женщина с жестким выражением лица. Серебристые глаза настороженно прищурились, а около рта уже залегли складки. Кинжал с волчьей головой висел так, чтобы его было удобно выхватить, и кожаный пояс с ножнами очень не шел к пышному придворному платью, однако снимать его я отказалась.

Горничной пришлось приложить множество усилий, чтобы создать из моих достаточно коротких волос пышную прическу аристократки. Без обычной косы, щекотавшей шею, я чувствовала себя непривычно.

Мне мешала пышная многослойная юбка и узкие туфельки на каблучке. Мое тело уже привыкло к свободе, которая дарилась легкой и простой одеждой.

Теперь понятно, почему Драниша так сильно удивил мой внешний вид. Тролль никогда не видел меня такой… аристократичной.

Но все же среди придворных я выглядела чужеродной. Слишком худой. Слишком низкой. Слишком потрепанной жизнью. Да и чего таить — слишком неискушенной в интригах.

— Вы достаточно хорошо выглядите, — нетерпеливо сказал Гранислав. — Нас ожидает король.

Волк-старший пригласил меня войти в совершенно неприметные двери, рядом с которыми не было стражи. Моя татуировка зачесалась, и я поняла, что мы прошли через магический заслон. Какова была его функция, я не знала. Может быть, он пропускал только чистокровных благородных, а может быть, отсекал тех,

кто пришел с недобрыми мыслями.

Мы оказались в рабочем кабинете короля Вышеслава Пятого. Его величество сидел за огромным столом, заваленным бумагами и свитками. За его спиной висело древо родов благородных — точная копия той, что находилась в тронном зале.

Каждый аристократ знал об этом древе, на котором отображались все взаимосвязи между родами более-менее чистокровных аристократов. Стоило заключить официальный брак или же показать младенца родовому магу — на огромном гобелене происходили изменения. Вот почему отец настоял, чтобы мы с Жадимиром не заключали брак с помощью магов. Таким образом, этот мезальянс удалось скрыть в тайне и, нужно сказать, теперь я об этом совершенно не жалела.

Я отыскала свою фамилию. О, так у брата родился мальчик! Дядя Вел говорил о младенце исключительно «ребенок». После того, как он признался, что отец думал о том, чтобы отправить мою невестку с ребенком обратно к родителям, передав власть над вторым доменом тоже мне, я думала, что у брата девочка. Но планировать лишить домена законного наследника! Я не могла понять отца.

Мое имя теперь было связано золотой нитью с именем Ярослава.

Неожиданно я ощутила, как с плеч упала тяжесть. Муж был жив, иначе его имя бы погасло. После того, как мой (его) кинжал передал видение о том, что Ярослав сражается, я в глубине души волновалась о судьбе Волка. Был бы здесь Даезаэль, он наверняка бы заметил, что это только потому, что я надеюсь отомстить Ярославу за предательство лично. Что ж, это могло быть и так.

Кроме короля, немолодого мужчины с очень уставшим лицом, в кабинете были два мага неопределенного возраста в длинных серебристых мантиях и несколько пожилых благородных, вероятно советников.

— Ваше величество, — Гранислав поклонился, — позвольте представить вам мою невестку, Ясноцвету Волк, в девичестве Крюк.

Я присела в реверансе, склонив перед королем голову. Отец не очень одобрительно отзывался о Вышеславе и о политике, которую он проводил, но, в свете того, что я недавно узнала, король был мне необходим. Я хотела иметь полные права на свой домен. Очень хотелось припасти несколько сюрпризов для разлюбезного супруга, если он объявится на моей территории.

— Встаньте, дитя мое, — велел король. — Что привело вас ко мне?

— Я хочу присягнуть вам на верность, ваше величество, — сказала я.

— Что ж, это очень похвально, — кивнул король, — особенно сейчас.

— Крюки всегда были верны короне, ваше величество.

— Да. — Король встал из-за стола и прошелся по кабинету, потом повернулся к древу благородных. — Но вы теперь не Крюк, Сиятельная.

— Я плоть от плоти Крюков, ваше величество, — сказала я не без намека свекру.

— Хорошо, — Вышеслав одарил меня легкой улыбкой. — Вы с Ярославом удостоены величайшей чести — основать новую династию благородных.