Два дня до солнца

Комарова Марина

Одет просто: синие джинсы, такая же футболка, накинута кожанка с джинсовыми вставками. А вот туфли щегольские такие, с вытянутыми носами и пряжками в виде черепа с перекрещенными костями. Как интересно.

Поезд трогается ровно в тот момент, когда попутчик опускается на полку напротив. Догадываюсь, что меня точно так же рассмотрели за считанные секунды. Невольно улыбаюсь, в ответ ловлю такую же улыбку правым уголком губ.

– До Львова?
– интересуется он.

Я киваю.

– До конечной. А вы?

–

Тоже. Должен был выезжать из Херсона, уже успел расслабиться, что в запасе куча времени, но с утра по работе сорвали в Николаев. Не поверите, никогда не думал, что буду мчаться по городу на спринтерской скорости, - говорит он, качая головой.

– Суровая задача стояла по работе?
– любопытствую я.

– Постоянная клиентка, - отвечает он.
– «Володенька, без вас никак. Я выхожу замуж, мне надо выглядеть на все сто».

В купе заглядывает проводница.

– Кофе, пожалуйста, - тут же просит он.

– И мне, - успеваю сказать я. Она кивает и исчезает. И тут же продолжаю: - Замуж - это серьёзно.

– Но не четвертый раз за два года, - мрачно говорит он, убирая за ухо длинную прядь.

В следующую секунду мы синхронно взрываемся хохотом. Потому что тут… пожалуй, и правда, всё серьезно. Нельзя отказать постоянной клиентке, но… когда она слишком часто устраивает «самый важный день в жизни», сложно оставаться терпеливым и невозмутимым.

Нам приносят кофе, и беседа как-то течет сама собой. Каково моё удивление, когда он говорит, что трудится в сфере косметологии. По внешнему виду его скорее назовешь свободным художником, фрилансером или кем-то подобным. А оно вот как.

У косметолога Володи оказывается под рукой масса интересных историй. Про Одессу и шторм на море, когда решили покататься на кораблике. Про Ужгород, где заблудились, когда пытались отыскать кофейню, а она оказалась под самым носом. Про клиентку из Днепра, которая назначила встречу в одном месте, а пришла совершенно в другое.

А потом… А ещё…

Поезд стучит колесами по рельсам, набирает скорость. Время за интересной беседой пролетает незаметно. Бывает, когда попадается интересный попутчик, ты чувствуешь себя свободно и легко. Ты так смеешься, словно это твой давний знакомый. Старый друг, с которым просто недавно познакомились.

В такие моменты на столе появляется та еда, которую ты взял с собой. Бумажные стаканчики или кружка из нержавейки, в которые сначала льется чай, а потом коньяк. И, конечно же, это невероятное: «А вот попробуйте, это мне привезли из Казахстана, настоящая конина» и «Берите фрукты, из собственного сада». И не только.

Степи за окном сменяются оврагами, потом - лесами. Верхушки деревьев тянутся к небу, закрывают его белыми и розовыми лепестками, обнимают темной зеленью. Солнце клонится к закату, заливает красным золотом горизонт.

Временами приходится вставать, потому что как бы

ни нравилась поездка, сидеть в одном положении - задачка ещё та. Я прекрасно знаю, что потом, выйдя на вокзале, ощущу всё на себе. Мышцы заноют, кости намекнут, что полка им не особо нравилась, а подушка была жёсткой.

– Прогуляюсь в тамбур, - заявляет Володя, - нужен перекур. Вы?

Я мотаю головой. Нет, не хочу. Уж лучше отдохну тут, поваляюсь на полке. Благо, этим можно сейчас заниматься с чистой совестью.

Он кивает и выходит из купе, прихватив куртку.

Тут же воцаряется тишина, разбавляемая только стуком колёс. Я ложусь поудобнее, достаю из рюкзака электронную читалку и включаю. Что у нас тут хорошего? Ага, Дан Ярасланов «Чудовища умрут сегодня». Почитаем.

Сам не знаю, почему купил эту книгу. Что хочу увидеть в тексте человека, который сказал, что хочет меня убить?

Не представляю. Но, возможно, получится хоть со стороны посмотреть на него, разобраться, как мыслит и дышит. Писатели - великие лгуны и самые честные люди на свете. Мы прямо говорим правду, но прячем в тысячу вуалей, сквозь которые ее еще надо суметь рассмотреть.

Текст Ярасланова завораживает. Странный, необычный: то насмешливый и ироничный, то рваный и отрывистый, такой, что аж застревает в горле. Но читаешь - и невозможно оторваться. Тебя затягивает в омут, в котором нет шанса дышать. И в то же время ты вынырнуть не можешь.

Исчезает реальность, растворяется лес за окном, нет больше неба и земли. Есть только история, в которой ты живешь.

Поезд останавливается. Я вздрагиваю, моргаю, провожу ладонью по лицу, понимая, что и правда выпал из реальности. Надо же. За окном практически стемнело. Поднимаю руку и щелкаю выключателем лампы. Так, а где Володя?

– Да, всё порядке, - слышится его голос и звук приближающихся шагов.
– Едем. Нормально. Нет, не надоедает. Всё под контролем. Приеду - сама увидишь.

Потом он смеется. Мягко, немного глуховато, совершенно искренне. Интересно, с кем это? Я тут же себя одергиваю, какое вообще дело?

Володя входит в купе, прижимая телефон плечом к уху. И улыбается. Улыбается так, что почему-то и самому становится светлее на душе.

– Да, хорошо. Целую.

Он кладет трубку и садится на полку, одним движением сбрасывает куртку.

– Жена?
– само слетает с губ.

И тут же хочу прикусить язык. Да что такое? Почему слова опережают мысли? Веду себя прямо как ребенок, которому надо все знать.

Володя откидывается на стенку, упираясь затылком в мягкую спинку.

– Нет. Не хочет. Говорит, не сейчас. Уже голову сломал, как забрать её к себе.

По глазам видно: это - любимая. Потому что он хоть говорит со мной, взгляд не отводит, но сам смотрит куда-то внутрь. И видит лицо своей женщины, а не Антона Шуткача.