Два царя
Шрифт:
– Арцруни, – царь повернулся в сторону Меружана, – позаботься об этом и сопровождай войско царя царей до самых границ. Ты головой отвечаешь за его безопасность.
– Но царь,– нахмурившись и несколько растерявшись от неожиданности, проборматал Зарзан, – у меня нет приказа возвращаться.
– Он у тебя уже есть. – Тигран тяжело посмотрел на командующего. – Отнесешь от меня своему царю дары в знак моей преданности, а также письмо, которое передаст тебе Арцруни на границе.
Отпустив Зарзана небрежным взмахом руки, царь Тигран вновь обратился
– Отправь “диких” к крепости Олор, что у границ Цопка, но в саму крепость не впускай. Ограничь их дальнейшее передвижение и контакты с населением, но обеспечь их всем, кроме вина.
– Будет исполнено, повелитель!
Отпустив Меружана Арцруни, Тигран приказал послать за понтийским послом, который просился на прием.
– Останься, Багарат, – задумавшись о чем-то, велел царь.
Чтобы не мешать его думам, тот подошел снова к карте и начал что-то записывать. Вскоре царь присоединился к нему, и они вместе начали подсчитывать предстоящие для строительства дорог расходы.
Доложили о приходе посла. Тигран вернулся на свое место, Багарат встал по его левую руку.
– Приветствую тебя, великий царь, и от имени моего владыки Митридата Понтийского желаю тебе долгих лет царствования, а стране твоей – благоденствия, – низко поклонившись, ровным голосом произнес Фарнак Коменский.
– Приветствую великий Понт в твоем лице и желаю вам того же, – ответил Тигран.
– Дозволь нижайше преподнести тебе письмо от моего господина, – поцеловав печать, посол двумя руками протянул свиток, перевязанный золотистой лентой.
Багарат выступил вперед, принял письмо, передал царю и встал на свое место.
– Письмо я прочту позднее и дам тебе знать, – сказал царь, внимательно рассматривая посла. – А пока перескажи вкратце о желании твоего государя.
– Великий царь Митридат Понтийский заинтересован в добрососедстве и дружбе наших стран, великий царь.
– Наши интересы совпадают в этом, мудрый Фарнак. Скажи мне, чем мы можем быть полезны нашему великому соседу?
– С запада надвигается большая угроза, государь, и имя тому – Рим. Он подчинил себе Пергам, Галатию, Фригию, возвел на каппадокийский престол Ариобарзана, который получил прозвище “Римолюбец“. Мой царь в состоянии противостоять их дальнейшему продвижению на Восток, но он должен быть уверен в твоей дружбе и лояльности.
– В чем мы можем заверить его хоть сейчас. Передай своему царю о моем неизменном желании жить с ним в мире. После ознакомления с письмом, я вызову тебя.
Посол поклонился и уже собирался покинуть зал, когда Тигран остановил его вопросом:
– Скажи мне, Фарнак Команский, каковы отношения царя твоего Митридата с цопским царем Артанесом?
Посол посмотрел в глаза Тиграну, затем отчетливо произнес:
– Мой великий государь предпочитает первенство царя Армении и признает его верховную власть над всеми землями армянскими.
Тигран удовлетворенно качнул головой, и Фарнак удалился, подумав: – ”А я уже думал, что он не спросит об этом. Я не ошибся!”
После его
– Что думаешь об услышанном?
– Твой покорный слуга верит в слова посла, мой господин. Надо иметь ввиду
последнее поражение Митридата Евпаторца в Каппадокии. Силы Рима растут с каждым годом, и он наращивает свое присутствие в нашем регионе. Уничтожив Карфаген, он стал фактическим хозяином всего западного мира. Теперь их цель – вся Малая Азия.
Все началось тогда, когда пергамский царь Аттал завещал свое царство Риму. Действуя не спеша, но очень целенаправленно, тот приступил к ликвидации эллинских царств. Пафлагония, находящаяся между Вифинским и Понтийским царствами и являвшаяся яблоком раздора для своих соседей, признала власть Рима и получила от последнего статус “друга и союзника”.
Такой же статус вскоре получили Галатское и Каппадокийское царства. Постепенно римское присутствие наращивается и в Вифинском царстве, Горная Киликия уже присоединена к римской провинции Азия. На сегодня их планам противостоит только Понтийское царство.
– И утвердившись в Каппадокии, они выйдут к нашим рубежам,– заключил Тигран.
– Да, мой государь. Останется только Цопк,– осторожно добавил Багарат.
– А царю Митридату можно доверять, как союзнику?
– Пока наши цели будут совпадать – вне сомнения.
– Иными слова – не очень,– подытожил Тигран. – Прочти письмо.
В послании, в более напыщенной форме, повторялось сказанное послом. Подчеркивая свою силу и значимость, Митридат Понтийский предупреждал о римской угрозе и о готовящейся решающей войне с ним. “В этой бойне решится судьба всего мира и пусть победит тот, кому благоволят боги”,– писал он.
В своем послании понтийский царь особенно подчеркивал важность и необходимость крепкого договора между обоими царствами. В знак их добрососедских отношений он предлагал в жены царю Тиграну свою дочь Клеопатру.
Внимательно выслушав письмо, царь Тигран заметил:
–С женитьбой пока подождем, посмотрим, как будут разворачиваться события и на реакцию Понта на наши действия.
Какие события и действия он имел в виду, царь не стал уточнять, Багарат же ни о чем не спрашивал.
ГЛАВА
III
ЦОПК
–
СОФЕНА
Дохнула весна теплом и светом и вместе с талыми водами погнала на запад войско армянское. Растянувшись на много стадий, оно продвигалось по территории Софены. Войску был зачитан строжайший приказ – под страхом смерти ему запрещалось разорять и грабить местное население.
Впереди ехал царь Тигран и вел за собой свою 40 тысячную армию. В походе участвовала также 30-ти тысячная армия предоставленная племенами, а также “дикие”, присоединившиеся у крепости Олор. Армия, не встречая сопротивления, двигалась вдоль реки Арацани и приближалась к столице софенского царства