Два брата (др. ред.)
Шрифт:
Немногие оставшиеся при Карле слуги посадили его на скрещенные пики, но напрасно взывал он к бегущим: «Шведы, остановитесь!..» Голоса его никто не слышал.
Шведы еще надеялись укрепиться в траншеях, возведенных ими у стен Полтавы, но там уже хозяйничали русские. Тогда разбитые полчища устремились в бегство. Приближенные Карла посадили его на коня и помчались на юг.
Рядом с королем скакал гетман Мазепа.
Генеральная баталия продолжалась не более двух часов.
Военные трофеи русских был огромны. Им достался весь шведский лагерь. В плен попали королевские советники и генералы. Взяты были первый министр Карла XII граф Пипер, тайный королевский секретарь Цудергельм,
Девять тысяч двести тридцать четыре шведских трупа было подобрано на поле боя, не считая тех, которые умерли от ран в окрестностях. Русские потеряли тысячу триста сорок пять офицеров и солдат.
В числе тяжело раненных был Илья Марков.
Глава X
ПОСЛЕ БИТВЫ
Утром 28 июня отправилась погоня за бежавшим неприятелем. Вслед шведам было брошено девять тысяч русской конницы и пехотинцев, посаженных на коней. Этим отрядом командовал Меншиков. Шведы, гонимые страхом и отчаянием, достигли маленького городка Переволочны у впадения реки Ворсклы в Днепр. [116] Никаких средств переправы не было, с трудом удалось раздобыть несколько рыбачьих челнов. Королевскую повозку поставили в две лодки: передние колеса — в одну, задние — в другую. Остальные переправлялись кто как; многие потонули.
116
В восьмидесяти пяти километрах от Полтавы.
Главным силам разбитой армии перейти Днепр уже не удалось: на холмах, окружавших Переволочну, показались русские полки.
Четырнадцать тысяч шведских солдат и офицеров положили оружие перед преследователями. Захвачены были еще остававшиеся у неприятеля двадцать восемь орудий и сто двадцать семь знамен. Шведская армия перестала существовать.
Королевская казна — два миллиона ефимков [117] — также сделалась добычей победителей.
Меншиков возвращался от Переволочны, гордый достигнутым успехом. Жалел он лишь о том, что не смог захватить в плен самого шведского короля. А Карл XII был уже далеко. Он пересекал безлюдные и безводные степи, тянувшиеся к югу от Днепра. Там не было дорог, направление приходилось определять по солнцу и звездам.
117
Ефимок — ходившая по всей Европе серебряная монета.
За четверо суток почти непрерывной скачки достигли Ингула в том месте, где он впадает в Буг. Неподалеку стояла сильная турецкая крепость Очаков. Карл XII послал к очаковскому паше гонца с двумя тысячами дукатов. [118] Он просил пашу дать шведам приют в крепости и выслать лодки для переправы через Буг.
Паша сначала согласился впустить беглецов в турецкие пределы, но, узнав, что короля сопровождает больше тысячи людей, заколебался. Он заявил, что до получения султанского разрешения впустит только Карла XII и его ближайших советников и генералов.
118
Дукат — старинная золотая монета (около трех рублей).
Пока тянулись переговоры, нагрянули русские, не оставившие мысли захватить короля. Пятьсот шведов
Очаковский паша дорого поплатился за свою нерешительность. Карл XII нажаловался на него султану, и неудачливому паше был прислан шелковый шнурок, которым он должен был сам себя удавить. Султану из политических соображений важно было поддержать хорошие отношения со шведским королем, а жизнь одного подданного ничего не стоила в его глазах.
Бендерский сераскир, [119] напуганный судьбой очаковского паши, устроил беглому королю торжественную встречу. Он сам выехал к нему со свитой из янычар. [120] Пушки бендерской крепости гремели торжественным салютом, играла музыка.
Сераскир проводил Карла к роскошно убранному шатру; король вошел в него с немногими приближенными, и за ним опустился тяжелый занавес. Начались долгие годы изгнания.
Только в 1714 году удалось Карлу XII вырваться из Турции.
119
Сераскир (турецк.) — военачальник, главнокомандующий.
120
Янычары — отборное турецкое войско.
В Бендерах умер Мазепа (вскоре после прибытия туда). Он оставил по себе мрачную память в потомстве. Изменника предали проклятию, и это проклятие в продолжение более чем двух столетий ежегодно повторялось с церковных амвонов.
И даже самое имя Мазепы стало бранным словом на Руси.
Весть о разгроме шведской армии быстро разнеслась по Европе. Взволновались короли и министры, спутались все расчеты дипломатов: в строй великих держав нежданно вступило новое государство — Россия.
Возведенный на польский престол шведами Станислав Лещинский бежал из Польши, а восстановленный в правах Август II поспешил снова заключить с Петром оборонительный и наступательный союз против Швеции.
11 октября 1709 года был возобновлен союзный договор между Россией и Данией.
Заключить оборонительный союз с Россией поспешил и прусский король. Франция тоже выразила желание, хотя и притворное, заключить союз с Петром I, так как Людовику XIV хотелось подорвать морскую торговлю англичан и голландцев — своих врагов.
Между тем Северная война продолжалась. Летом 1710 года сдалась Рига, осенью предыдущего года осажденная фельдмаршалом Шереметевым. Русские войска изгнали шведов из Польши, отняв у них последний пункт, которым они еще владели: город Эльбинг. Пал Ревель. Россия надежно закреплялась в Прибалтике.
Глава XI
ГОСПИТАЛЬНЫЙ ОБОЗ
Кибитка медленно тащилась по тряской дороге. Надсадно скрипели плохо смазанные оси, под пологом было пыльно и душно, жужжали назойливые слепни.
Илья Марков и двое других вплотную лежали на соломе с солдатскими мешками под головой вместо подушек. Из повозки слышались то громкие, то приглушенные стоны.
Стоны доносились и из других повозок, растянувшихся длинной вереницей. Это раненных в Полтавской битве везли в Питер для лечения. Путь предстоял далекий, а заморенные крестьянские лошаденки едва плелись и от утренней до вечерней зари одолевали только верст сорок.
Марков был очень плох. Он часто и надолго впадал в беспамятство.