Два брата (др. ред.)
Шрифт:
Про войну забыли. «Противники» смешались в кучу, озабоченно столпились около Кирилла. У того на лбу быстро вспухла огромная багровая шишка…
— Оживет! — рассудил обрадованный Ванюшка. — Ежели шишка, так это ничего!
Действительно, Кирюшка вскоре опомнился и встал.
Победа была присуждена «своим». Армии разошлись по домам.
Дома Кириллу был от отца строгий допрос.
— Кто это тебя так отделал? — кричал поп, топая ногами. — Ведь это что такое? Этак и убить недолго! Изувечить недолго! Говори, подлец, кто тебя, не то выпорю!
Но
Бабушка Ульяна узнала о «подвиге» Егорки. Долго бранила внука суровая старуха:
— Ты только подумай, на кого руку поднял! Ведь Кирюшка в церкви Часослов читает! Не стыдно тебе, не стыдно?
— Мы ж воевали! — угрюмо отвечал Егорка.
— Управы на тебя нету! Кабы не сбежал наш Илья, быть бы тебе поротому… Худо без мужика в доме!
Впрочем, Егорке и без мужика попало: бабушка отстегала его розгой и решила изломать самопалы и инструменты.
Егорка и Ванюшка, догадавшись о ее намерении, спрятали свое оружие, и бабушка ничего не нашла.
Глава VII
ЕГОР МАРКОВ — НАВИГАТОР
Разговоры о новой школе, ходившие по Москве, не на шутку взбудоражили Егорку Маркова. Его желание учиться возрастало с каждым днем. Когда мать возвращалась с работы, Егорка без конца повторял:
— Мамка, хочу в школу! Мамка, буду учиться!
Бабушка прикрикивала на мальчика:
— Что выдумал?! Где нашему брату учиться? Учатся боярские да поповские дети. Они панычи, им грамота надобна. А тебе зачем? Землю пахать аль в кузне молотком стучать — это и без грамоты можно.
Егорка упрямо продолжал тянуть:
— Мамка! Отдай в школу! Отдай… Ну что тебе?
— Ах ты, Егорушка! — вздыхала мать. — Разве из нашего звания в школу принимают?
— Да вон Кирюху-то намедни [44] приняли!
— Глупый, он же поповский сын!
— Ты попроси, примут и меня.
— Хочешь, я тебя к дьячку отдам? Псалтырю и церковному четью-петью [45] обучишься.
— Не пойду к дьячку! В Навигацкую хочу! Там цифирь показывают.
44
Намедни — недавно.
45
Четьё и петьё — чтение и пение.
Аграфена сдалась, начала хлопотать. Она расспрашивала в тех домах, куда была вхожа, как устроить сына в школу. Все направляли ее к боярину Головину, которого царский указ поставил во главе школы.
Преодолев все препятствия, Аграфена добилась, что ее впустили к боярину.
Федор Алексеевич сидел в своей рабочей комнате. На столе лежали образцы учебников и учебных пособий: циркули, линейки, треугольники…
Аграфена почтительно остановилась у порога. Обернувшись, Федор Алексеевич увидел незнакомую
— Чего тебе?
— Батюшка-боярин, будь отцом милостивым!.. На тебя вся надежда, батюшка… Облагодетельствуй!
— Говори толком, чего надобно!
— Определи моего сынка в Нави-гацкую школу!
— Вот оно что! Какого звания?
— Стрелецкая вдова, батюшка! — ляпнула Аграфена, позабыв о наказах свекрови.
— Что?! — Боярин встал, нахмурил брови. — Да как же тебя, баба, не выселили из Москвы по царскому указу?
Лицо Аграфены запылало от смущения. Заикаясь, она объяснила боярину, почему ее семье разрешили остаться в Москве. У бабы хватило догадливости ни слова не сказать о службе Ильи в мятежном полку.
Боярин остыл.
— А, это другое дело. Что ж? По царскому указу велено всякого чина людей принимать.
Аграфена осмелела.
— Мальчонка-то больно просится в школу. Он у меня к учению шибко востер, уж так востер…
— Востер, говоришь?
— Востер, батюшка. Ко всякому мастерству сызмальства способен. Самопалов таких понаделал. Намедни поповскому сыну чуть голову не сшиб.
Федор Алексеевич заинтересовался:
— Самопалы? А кто же его учил делать?
— Да никто. Сам, батюшка, дошел, своим умом…
— Вот как?! — Боярин захохотал. — Ишь, вояка! Поповичу, говоришь, голову прошиб? Нам вояки добре надобны! Ладно, баба, ин быть твоему сыну в школе! Поручители есть?
— Какие поручители, батюшка-боярин?
— Что твой сын из школы не утечет, коли трудно покажется.
— Найду, милостивец!
— Да, еще вот: прошение надо подать.
— А как его, батюшка-боярин, пишут?
— Буду рассказывать! Пойди в мою канцелярию!
Подьячий за два алтына написал Аграфене прошение по заведенной форме.
«Державнейший Государь, Царь Всемилостивейший, Петр Алексеевич, желаю я, нижеподписавшийся, Егор, Константинов сын, Марков, вступить в Математическую навигацких наук школу, а по твоему, Государь, указу, велено в тоё школу набрать всякого звания людей потребное число. И покорно прошу я, Всемилостивейший Государь, повели меня к той школе приписать. А отроду мне, Маркову, двенадцать лет.
Вашего Величества нижайший раб посадский сын Егор Марков, а за него по неграмотности руку приложил Емельян Седов.
Аграфена вернулась домой сияющая. Через несколько дней она принесла в канцелярию Головина поручительство двух знавших ее дворян, что Егор Марков «без указу великого государя с Москвы не съедет и от школы не отстанет».
В начале сентября 1701 года Егор Марков получил предписание явиться в Навигацкую школу, куда его зачислили учеником «русской школы» и ввиду бедности его матери определили корм на первое время по алтыну в день.
Глава VIII
ПЕРВЫЕ ШАГИ