Душелов
Шрифт:
Я радостно заорал сквозь боль, выплевывая сочащуюся горлом кровь:
– Вали гадов! Дави!
Вожак мгновенно развернулся в сторону опасности. Щелкнула тетива по кожаной перчатке, и я зарычал от злости, увидев, как стрела ударила в грудь одного из стражей, заставив его прервать бросок и плашмя рухнуть в реку. Но двое других метнули трезубцы, и сила удара была столь чудовищной, что мечников снесло, словно пушечным выстрелом. Насквозь пронзенные зачарованным льдом, тела воинов изломанными манекенами рухнули на камни замертво.
Сразу после броска стражи ушли под воду, но на поверхность тут же вырвалась следующая двойка с уже вскинутыми трезубцами. Вожак Губителя
Щелкнула тетива.
Озонированный воздух, тихий гул машинерии, и мигающая перед глазами зеленая строчка на фоне абсолютного мрака:
Резервное восстановление аватара завершено.
Репликатор.
Знакомое место. Существенное отличие от прошлого пробуждения – на этот раз, когда откинулась крышка саркофага и внутрь хлынул слепящий свет, никто не помог мне выбраться из гроба. Я ждал довольно долго, пока не понял, что помощи не будет. Обслуживание выше всяких похвал… Внимание только к новичкам? Тело не слушалось, как и первый раз, с трудом заставил себя сесть. Глаза старался не открывать – жгло. Нестерпимо. Трясущимися пальцами вцепился в край саркофага, кое-как перебрался на пол. Вроде и высота всего метр от пола, а ощущение, что сейчас рухну вниз с многоэтажки. Дурно до жути. А еще боль. Бедро, грудь, плечи… боль терзала и выкручивала так, словно стрелы все еще сидели во мне. И голова раскалывалась, будто в черепе торчало что-то постороннее, распирая мозг и кости. Я даже ощупал себя пальцами, проверяя. Вроде физиономия в норме, и на теле ни дыр, ни крови. Тогда какого черта меня рвут эти фантомные боли? Красноречивое напоминание о том, чего следует избегать всеми силами в следующий раз? Хорошо, хорошо, урок усвоен! А теперь нажмите эту паршивую кнопку, выключающую боль, и дайте прийти в себя!
Несколько минут я просто стоял, изображая вешалку для одежды, пока не почувствовал, что могу сделать следующий шаг. На теле, естественно, ни клочка. Все, что носил, осталось на трупе… Лохмотья, даже жалеть не о чем. Только потеря кинжалов вызвала досаду. Даже не досаду, так, ее тень. С таким отвратительным самочувствием последнее, что заботит, так это утрата игрового имущества. И уник остался на дне реки… я как-то нашел в себе силы усмехнуться – надеюсь, оружие в воде не растает, как трезубец из зачарованного льда. И тут же вздрогнул от вставшей перед глазами картинки: сверкающий в солнечных лучах фонтан воды и мускулистое тело, взлетающее над поверхностью реки для смертоносного броска…
Встряхнул головой, прогоняя наваждение, и мгновенно пожалел – череп чуть не взорвался.
Так, надо отсюда побыстрее выбираться, без инъекции слишком хреново.
Шатаясь, как пьяный, неуклюже облачился в одежку, которая нашлась там же, где и раньше – в багажном отделении саркофага. Неизменные майка, шорты и полукеды. Бесплатный набор неудачника, как я уже понял.
И тут сообразил, что уник привязан к душе, а значит…
Болезненно прищурился, подошел к камерам хранения, целиком занимающим стену. Не успел подумать, какая же из них моя, как дверка камеры напротив саркофага распахнулась, и я слабо улыбнулся, увидев свой старый добрый меч. Приятно было взять уник в руки, снова почувствовать его тяжесть… Словно встретил старого друга. Даже не предполагал, что успел так привязаться к своему
Удовлетворившись видом и ощущением, попытался закинуть уник за спину, в походное положение… и услышал звон. Непонимающе уставился на меч, валявшийся на полу. Внутренняя батарейка аватара явно еще не восстановилась, если даже оружие не держится на привычном месте. Все хуже, чем казалось. Но все это должно быть поправимо, иначе от меня как игрока просто не будет толку, а система такого не допустит.
Больше не желаю сюда попадать. Никогда.
Смерть действительно отрезвляет, тут Дар прав. Интересно, он уже выбрался из саркофага или… Нет. Неинтересно. Плевать. Для начала в себя бы прийти, прежде чем снова погружаться в текущие заботы.
Подобрав уник, шаркающей походкой разваливающегося на ходу зомби побрел к выходу. Душу разъедала угрюмая злость. Первым делом надо найти и придушить Ушастого – наверняка станет легче, хотя бы морально. Без инъекции как без воздуха – мышцы словно желе. Ну, не придушить, так хоть морду поцарапать, на большее сил все равно не хватит. Я до сих пор не в курсе, какого здесь уровня обслуживающий персонал.
Пока тащился вдоль саркофагов, громкоговоритель так и не вякнул, но это даже к лучшему – уши, как и глаза на свет, болезненно реагировали на громкие звуки. Комната инструктажа встретила приглушенным дежурным освещением. Морщась от головной боли, я уставился угрюмым взглядом на стол с плавающим над поверхностью голографическим монитором. Какие-то непонятные закорючки на экране. Кресло смотрителя пустовало. Совсем забил на службу?
– Справа, – донесся знакомый голос.
Я повернулся. В стене за рядом кресел протаял новый дверной проем. Вздохнув, я проковылял в открывшееся помещение. Свет все еще заставлял щуриться, толком не рассмотреть… Но понятно, что все помещение занято разнообразным оборудованием. Столы со всякой всячиной, шкафчики с тикающими таймерами, окна дисплеев с бегущими логами о текущих процессах, реторты, колбы и змеевики. В нескольких стеклянных шкафах – целые батареи двухлитровых банок с прозрачным красноватым содержимым – настойка здоровья. На разлив. Да, помню, Дар говорил, что Ушастый – травник и алхимик. А это, ясное дело, его рабочее место.
Хозяин лаборатории обнаружился в дальнем правом углу – за столярным столом, заваленным всевозможной всячиной – какие-то баночки с неизвестным порошком, пилочки, ершики. Когда я возник на пороге, Ушастый отложил кусок минерала, из которого что-то вытачивал миниатюрным стальным резаком, и окинул меня надменным взглядом. Я не сразу сообразил, что он изготовлял чашу для курительной трубки, и разглядел рядом на столе кучку уже готовых запчастей, из которых эти трубки собираются. О как, действительно ручная работа. Ну, когда куча времени и совершенно нечем заняться… А если без ерничанья – то вызывает уважение, как и любое мастерство.
Я покосился на ник смотрителя:
Ушастый, смотритель Репликатора.
И все. Ни слова об уровне, расе… Одним словом – админ. Элита. Белая кость и голубая кровь. Поневоле задумаешься – а как вообще люди попадают в администраторы этой странной игры? Может, я бы тоже не отказался… Одет явно поприличнее меня – рубашка и штаны из мягкой добротной ткани стального цвета, на пальцах перстни, не поддающиеся идентификации, на шее на серебристой цепочке – амулет из зеленого хризолита с темным зрачком внутри – форменный птичий глаз. Хорошая, наверное, цацка.