Душегуб

Громов Мефодий

— Мда, помешанная — насмешливо обозвал я девушку, крутя в руке брелок.

Алина, скорее по-дружески, чем от обиды, попыталась ткнуть меня своим тонким пальчиком в бок, но, услышав характерный звук и вибрацию воздуха, я легко отразил ее атаку, и, крутанувшись вокруг, уже стоял по правую руку от нее.

— До сих пор удивляюсь, как ты так делаешь?

— Что? Кручусь, как юла, что ли?

— Да нет, видишь удары?

— Слышу, — будто отрапортовал я. Честно говоря, немного бесит, словно напоминая о моем большущем

недостатке.

— Извини, слышишь? — тут же поправилась Алина.

— Ну, я же тебе объяснял: когда ты делаешь какое-либо движение в мою сторону, я слышу как звук твоих разворачивающихся ног, так и выдох. Правда, по большей части, я ориентируюсь по сжатому от удара воздуху… — подумав еще немного, я пожал плечами: — Вот, собственно, и все.

— Из всего этого я могу услышать лишь ногу… А остальное, особенно про сжатый от удара воздух, раньше я бы отнесла к чему-то фантастическому… или вранью.

Я усмехнулся, и некоторое время мы шли молча.

Сегодня, первого сентября, мы зачем-то рано утром (11 часов), тащились в институт, хотя учеба начиналась только завтра. Алина могла закончить все свое обучение заочно, хоть сейчас! С ее-то знаниями стольких языков девушку возьмут хоть куда, в отличии от меня… Да, физико-математический факультет это не игрушки… Кафедра математики и методики обучения математике, сокращенно МиМОМ (не правда ли глупо звучит?), с большим уклоном именно методике обучения, подготавливая из нас будущих преподавателей… Мда, представив себя на месте препода или какого-нибудь учителя в школе я усмехнулся.

Возвращаясь к вопросу о том, какого же все-таки лешего нас вытащили в такое солнечное утро в институт, отвечу как наш куратор: Так надо.

Ну, надо, так надо, мы ведь себя ведем как прилежные студенты, поэтому лучше прийти и послушать, что нам там будут говорить.

Наш институт, а точнее главный корпус, где находился деканат и так далее, находился на другом конце парка, поэтому именно в НГГУ мы и поступили, хотя, не только поэтому… Тащиться по настолько шумному (для меня — СЛИШКОМ шумному) городу, да еще и вдыхать в себя этот запах, добираясь до института — не, убейте… Маша выбрала нам квартиру в самом центре города, специально рядом с большущим парком, который и за день не пройдешь ни вдоль, ни поперек, за что я и благодарен ей.

Пройдя середину парка, начинались всякие детские городки, и аттракционы с одной стороны, и множество экзотических (Россияне до сих пор считают их экзотическими, хотя живут здесь) цветов и растений. Заслушавшись звуки детских криков, которые, порой сильно раздражали, живность не так далеко отсюда, я немного замечтался и нечаянно задел руку девушки, которая мгновенно покраснела и сменила шаг: до этого она шла абсолютно спокойно и расслабленно, а сейчас будто бы боялась сделать что-то лишнее. Учащенное сердцебиение и было знаком ее красноты.

— Ты чего?

Девушка тут же

поняла, что это было случайность и довольно быстро расслабилась, взяв под контроль и пульс, и свою походку.

— Знаешь, я все время хотела тебя спросить, как ты запоминаешь запахи? Это же… запах, а не картинка или рисунок?

Я усмехнулся:

— Вот именно, это не рисунок, — и, задумавшись с почесыванием репы, продолжил: — Что ты видишь, когда идешь по улице?

— Ну… все вижу… — немного неуверенно, словно думая, что ответит неверно, пробубнила девушка.

— Вот и я все чую, так же, как и ты видишь, и так же запоминаю, — просто ответил я.

— А как же лицо человека, с которым общаешься, или там… — она задумалась, — его телосложение, еще что-нибудь?

— С телосложением все довольно просто: когда человек делает шаг, он ступает на землю и я просто улавливаю силу волны звука, относя человека к худым, и, естественно, не очень. Есть второй вариант, ты помнишь теорию эхолокации?

Алина, немного изучавшая ориентацию с помощью эхолокации на практике, думала недолго:

— Ну да, издавая звуковые волны, они отражаются от поверхностей предметов и возвращаются через определенное время.

— Все правильно, а если потренироваться, можно определять не только расстояние, а вообще наличие предмета перед собой или где-либо еще, можно так же узнать о его форме! Так что я узнаю о своем новом знакомом по, как я уже сказал, шагам, то есть запоминанию походки и звуковых волн после шага, а так же издавая звук.

— Ясно…

— А что касается лица, — тут я повернулся к девушке, — то тут еще легче…

Я положил руку на ее голову, провел по волосам, которые она сегодня сложила на подобии своей любимой героини аниме, прикоснулся к бровям, закрытым века, носу, губам, и, в заключении, мягко провел подушечками средних пальцев по овалу лица к подбородку.

— Вот как-то так…

Услышав, как сердце Алианы забилось немного быстрее, я напомнил о себе, так как она все это время молчала:

— Ня?

— Сам ты ня! — посмеялась девушка, ударив меня по руке сумкой с набитыми в нее учебниками (больно, скажу я вам!). Алина не была поклонницей всяких там «някавай», по которым сохли некоторые другие анимешницы, или, как называют они сами себя — отаку. Алина просто была настолько милой, что иногда казалась мне маленькой, что ли?

— Да я же шутканул, чего ты сразу драться?

— Знаю я тебя, шутника.

Подумав, что Алина успокоилась, закинув на плечо сумку, я расслабился и уже хотел продолжить идти, как вдруг, поравнявшись с ней, она неожиданно напала на меня и стала щекотать. Я принял игру и стал неуклюже уклоняться, дав шанс Алине позабавиться. Смеясь, я неохотно отбивался, но вскоре мы прекратили сие безумие посреди парка, когда на нас стали оглядываться бабушки и прохожие, дескать: «Во, дебилы…».