Душа Воина

Орлова Оксана

Она сменила гнев на милость, вытащила меня из бочки, и принялась вытирать большим пушистым полотенцем. Я стояла, глядя на огонь и внимательно слушая.

– А вы-то закрылись, и никому не отвечали. После делегации пришел князь, и сам давай вас упрашивать. А вы все молчите. Он уже и меня притащил. Может, говорит, хоть тебе откроет. Попроси ее, Лиза. А я что? Мне не трудно. Я уж вас и курочкой в вине запеченной, и пирожками с капустой, и яблочками мочеными соблазняла. А вы все молчком! Бедный наш князь сел возле вашей двери, да так и сидел. Ждал, пока вы выйдите. Не ел. Не двигался. Токмо глазюками своими синющими сверкал... А потом услышал, как вы кричите...

Я подняла на нее глаза. Девушка показала,

что нужно поднять руки вверх, и принялась одевать меня, в подогретую у камина одежду. Сама же трещала без умолку.

– Я сама-то не видала. Я еще плоха была. Меня Карах утащил, сразу же, как их сиятельство нас отпустили. Вот. А потом взял, да и сделал мне предложение, нет, ну, вы представляете? Говорит, я чуть с ума не сошел. Без тебя, говорит, жить не могу...

Она захихикала, затягивая корсет. Я же с трудом поняла, что это она уже перескочила на подробности своей личной жизни, и рассказывает об их, с Карахом, отношениях.

– Лиз, что князь-то?
– Осторожно намекнула я.

– Ах, ну да. Так, говорят, кричали вы. Да так страшно! Князь так враз и выломал энту дверь, голыми руками! Ворвался внутрь, а на вас - Гонец Смерти пирует! Ребята говорят, он даже меч не взял, так и бросился на тварь с голыми руками, словно одной яростью его запалить думал.
– Она остановилась и вздохнула, прижимая руки к груди. Над губой блестели бисеринки пота. Умаялась, бедная. Я открыла уже было рот, что бы отложить "эту добрую сказочку" до лучших времен, но она продолжила, странно блестя глазами.
– Уже потом в змея перекинулся. Ух уж они и бились! Весь замок содрогался от ударов и криков! Карах говорит страшно было - ужасть! Вы знаете, ведь и мой Карах бросился вас защищать миледи, да! И он говорит, что князь бился за вас - как лев! А как потом-то страшно было...
– Не сдержавшись, Лиз всхлипнула.
– Тварь эта жуткая лежала на полу. Все поломано.... И вся комната в вашей крови. Нечисть - то уже успела изрядно насосаться. Почитай, почти всю жизнь вашу и выпила!

Она подвела меня к огню в спальне и усадила в кресло. Подкатила столик с расставленной едой. Все пахло так ароматно. И голодная я была - преизрядно, а кусок в горло не лез! Я-то все совсем не так помню! В моих-то видениях, Стефан какой кошмар вытворял, а теперь что же это выходит-то...

– Да что дальше-то, Лиз? Не молчи, я же с ума сойду!

– Сейчас, государыня...

– Мари!
– автоматически поправила я, следя, как она выбирает расчески. Попутно я отщипывала кусочки от ароматной булки, и закидывала их в рот.

– Ну, так вот. Бились они, бились, да государь и подкараулил тварь. Говорят, так сжал ее, все кости попереломал! А дрянь-то эта, умирать не пожелала, вцепилась в него зубья, и давай рвать тело в клочья, да кусать его! Пока ребята ему не помогли, в кашу черепушку монстрюки злобной не разбили, она его успела порвать преизрядно!
– Я содрогнулась. Это значит, пока я видела всякие кошмары, да думала о нем всякие гадости, он сражался за меня, терпел боль и муку?

Рефлекторно задохнулась, чуть не подавившись булочкой, и потом еле откашлялась. Лиз, со всей широтой натуры, треснула меня по спине, чем враз отбила желание кашлять когда-либо еще вообще. Вспомнив, что я еще не все выяснила, я тихо (исключительно из-за сорванности голоса при кашле!) поинтересовалась:

– А кто это - Гонец Смерти?

– Ну, как вам сказать?
– девушка пожала плечиками, - Я по-научному-то не умею, вы про то у магов спросите, но, как мне Карах говорил, это нечисть такая. Ее только жрецы призвать могут. Так что она редко у нас появляется. Пьет она жизнь и кровь жертвы, и насылает на нее Туман Смерти. Жертва видит совсем не то, что есть на самом деле. Не видит, что ее энта нечисть жрет, а видит кого-то знакомого

и очень мучается, потому как для своих видений тварь выбирает только самых родных и любимых жертвы. А твари - то той, энти мучения, как бальзам на сердце! Так, говорят, и с вами было. Пока князь вас по коридору нес, вы его шибко ругали! А он вам и словечка не ответил, все родная, да любимая...

Расческа плавно двигалась верх - вниз. Лиза разбирала и сушила пряди, буквально по волосинке распутывая узлы и колтуны. Я задумчиво жевала. Что же получается, все, что я видела, простой глюк? И это не Стефан, а та тварь меня грызла? А князь наоборот, защищал? Ох...

– А дальше что...
– голос мой был полон чувства вины.

– А дальше, создал из своей крови, князь, для вас обережный круг. Да что-то там у вас пошло не так. Не приняли вы его. Не захотели пить его кровь. Отказалися вы от него. Так нам маг сказал, что помогал князю.
– Лиз вздохнула, обошла меня и присела на колени, глядя мне в глаза, снизу вверх.
– Зря вы так, госпожа. Уж так он вас любит, так любит, ведь это же сразу видно. Всем видно! Кроме вас... Да вы как попали в замок, он же только о вас и думает, и говорит, и все для вас делает. А уж как смотрит... Ну, подумайте, госпожа...

Я опустила взгляд и тяжело вздохнуло. Она права. Это я и сама знаю. Всхлипнув, девушка тяжело поднялась, и вернулась к расчесыванию. Голос ее теперь звучал тихо, и словно на одной ноте. Без эмоций...

– Он, говорят, до последнего мига, все вас на руках держал... От тьмы спасал. Сам нахлебался. Вот в себя и не приходит... Не знаю уж, что там еще произошло, но только тьма спала и погас круг. А в центре лежите вы оба. Вы - бледна, как смерть, и спите - не добудиться. А князь без сознания, и дышит через раз...
– ее голос прервался и она снова всхлипнула, еще горше, - а по телу черные узоры...
– Голос ее прервался. Я слышала, как она глотает слезы.
– Заберет его тьма.
– Тихо прошептала она.
– Как есть заберет... Вам-то что. Вы сможете, а вот как он-то, без души? Потому и жить не может... Умирает он...
– Тихо заплакала она, перестав себя сдерживать, опустив руки и выронив расческу.

– Я думала, раз вы очнулись, теперь все хорошо будет...
– Приговаривала она, стоя за моей спиной. Я вся сжалась от ее горького шепота. Даже плечи свело судорогой.
– А вы... вы... Нет?
– она вновь обогнула меня, заглядывая в лицо.
– вы его совсем - совсем не любите? Ни вот столечко?
– и она показала кончик мизинчика, как это делают маленькие дети. По щекам пролегали бороздки слез, и нос звучно хлюпал. Она была безутешна в своем искреннем горе.

Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Сложно было тогда принять и понять то, что он меня предал. Но сейчас, мне в тысячу раз сложнее было. Даже просто осознать, что все было совсем не так, как я видела - уже тяжело. Да. Я знаю, что все они - и Лиз, и тот паренек, говорят, что так и было. Но... так ли это?

А вдруг, все это не правда?

А вдруг его наказало кольцо? А они просто очень любят его? Я просто не знала, что делать и чувствовать. И я не могла ответить на ее вопрос, пока сама не увижу его...

Своими глазами....

Тогда и буду решать...

+ + +

Узнав о том, что я пришла в себя, в комнату буквально вломились Тарис и Касмир. Остальных, по моей просьбе в спальню не запустили. За пять дней, что правитель не принимал участие в жизни замка, накопилось множество дел. Просто не понимаю, как же они жили до этого. Оба помощника только что вернулись из поездок. Я вздохнула с облегчением - как удачно! Что бы я делала, если бы никого из этих умных ( а главное, сведущих!) людей не было бы рядом?