Душа Одиночки
Шрифт:
Она ощутила сильнейший удар, за которым последовал адский грохот.
«Хоплита» швырнуло вперед, ударило о скалу и опрокинуло, но система самостабилизации тут же начала поднимать машину…
– Антон!!! – неистово закричала она, срывая с груди крепления пилот-ложемента.
Рейчел практически не осознавала того, как выбралась из рубки.
«Фалангер» Беглова стоял вплотную к скале, его рубка дымилась уродливыми пробоинами, из которых торчали длинные, исковерканные хвостовые части двух неразорвавшихся ракет.
– Антон…
Ее
Рейчел рванулась к опасно дымящей серв-машине, открыла аварийный люк и оказалась в развороченной рубке управления.
Антон сидел, безвольно свесившись из кресла пилот-ложемента. Его бронескафандр был зажат между двумя деформированными корпусами чудом не разорвавшихся ракет, и Рейчел совершенно обезумев в эти мгновенья, бросилась к нему, расстегнула страховочные ремни, потом с усилием вытащила тело Антона из объятий исковерканного кресла.
Единственное, что вселяло в нее надежду, была слабая зелена искра индикации работающей системы жизнеобеспечения, которая преданно тлела на внутреннем ободе треснувшего от удара забрала гермошлема.
Президента Конфедерации Солнц Шейлу Норман разбил ночной вызов по линии связи с генеральным штабом флота.
Она быстро встала с постели, и не тревожа охрану включила персональный компьютерный комплекс.
В объеме голографического монитора появилось незнакомое лицо дежурного офицера.
– Капитан Риган, госпожа президент.
– В чем дело?
– Чрезвычайное происшествие в системе Везувия.
– Точнее?
– Там идет бой.
– Но флот Окраины сейчас должен находиться в гипепрыжке!
– Боевые действия не связаны с флотом Окраины. Информация по Везувию оказалась ложной. Кто-то выдал Совету Безопасности стопроцентную дезинформацию.
– Объясните толком, капитан, кто и с кем ведет бой?!
– Это колониальный транспорт «Альфа», госпожа президент. Он появился в точке гиперсферного всплытия системы на пять часов раньше корпоративного флота, и тут же подвергся атаке со стороны крейсерской группы Альянса.
– Как это возможно капитан?! Станции слежения не могли пропустить незамеченными боевые единицы реликтового флота!
– Боюсь, здесь присутствует акт саботажа работы следящих комплексов. Крейсер «Аид» и два ракетных носителя класса «Химера» скрывались подле одной из наших станций.
Шелла Норман нахмурилась.
– Где полковник Хоггинс? Мне кажется он сегодня ответственный по штабу флота?!
– Сожалею, но он не может сейчас разговаривать с вами.
– Почему?
– Согласно инструкции я приказал арестовать полковника Хоггинса за преступное бездействие. Не смотря на мои неоднократные просьбы, он отказался предупредить «Альфу» о существующей засаде. Сейчас колониальный транспорт ведет бой с «Аидом».
Шейла размышляла всего несколько секунд.
– Вы
– Слушаюсь.
– Вы объявили тревогу?
– Две минуты назад.
– Отлично капитан. С этого момента все доклады и распоряжения только через мой компьютерный комплекс. Я беру ситуацию под личный контроль. Через десять минут весь оперативный состав штаба флота должен находиться на виртуальной линии связи. Действуйте.
Десять минут.
Это мало по меркам далеких мирных планет.
И в тоже время – вечность, способная изменить ход событий.
Повторный ракетный залп настиг «Альфу» на семнадцатой минуте боя. Только половина выпущенных боеголовок была сбита заградительным огнем орудийных комплексов,
Казалось, что участь первого колониального транспорта Земли предрешена, но ни один конструктор или тактик не полагал, что крейсерам Альянса когда-либо придется сойтись в открытом бою именно с «Альфой»
– Зона заградительного огня пройдена. Тридцать секунд до разделения боевых частей!
В этот момент стартовые шахты колониального транспорта извергли в космос семьдесят сверхтяжелых ракет класса «космос-космос».
Компьютеры их головных частей по своей мощности, простоте и быстродействию могли поспорить с бортовыми навигационными системами иных истребителей, каждая боеголовка была нацелена на строго определенную подсистему «Аида», который медлил с лазерным залпом, дожидаясь эффекта от попадания прорвавшихся сквозь заградительный огонь ракет.
Это были роковые мгновенья схватки, которые, как выясниться позже, уже транслировались в штаб флота на Элио в режиме он-лайн.
Вадим Петрович напряженно следил за траекториями запуска.
Пульс глухо бился в висках, отсчитывая секунды, оставшиеся до массированного попадания боеголовок противника.
Наконец, стартовавшие ракеты ушли на достаточное расстояние от выпустивших их шахт, и Полуэктов, для которого пять секунд показались настоящей вечностью, отрывисто скомандовал:
– Вращение на корпус! Полная мощность! Орудийным палубам огонь по самостоятельному выбору!
Все было готово к этому моменту, лишь воля командира удерживала механизмы, готовые отдать всю свою мощь ради спасения корабля.
Семь километров внешней обшивки с тремя ребрами автономных палуб пришли в стремительное движение вокруг оси симметрии корабля, позволяя противоракетным комплексам первой и второй очереди разрядиться с интервалом в две секунды.
Беззвучные вспышки сверкали в какой-то сотне километров от обшивки «Альфы».
И все же часть боеголовок прорвались даже сквозь этот внезапно появившийся заслон, однако единичные попадания смогли повредить лишь два небольших отсека.