Душа Одиночки
Шрифт:
То, что в следующий миг услышали операторы связи, а вместе с ними и генерал Полуэктов, прозвучало, будто гром среди ясного неба:
– Всем, кто меня слышит. Борт-761 просит указать зону посадки или точку парковочной орбиты. Имеем неисправности главного компьютера. Разрушена система шлюзовых уплотнителей. Семидесятипроцентная декомпрессия отсеков. Система контроля реактора в норме.
Полуэктов чуть замешкался, принимая решение. Поражали не сами формулировки, а то, что голос в эфире принадлежал не машине, а человеку.
– Капитан «Нибелунга» назовите…
– Отставить! –
– За механизмы поручиться не могу. В точке парковки открою грузовую аппарель. Через нее возможен доступ в ангар серв-машин. Экипаж будет находиться там.
– Сколько вас?
– Пять человек.
– Есть нуждающиеся в медицинской помощи?
– Нет. Приготовьте три контейнера «холодной эвакуации».
– Вас понял. Выходите в зону парковки, глушите реактор и ожидайте десантный корабль. Отбой связи.
Полуэктов повернулся, желая что-то сказать Рориху, но его взгляд внезапно остановился на Ваби.
Карлик сидел в кресле бледный, как полотно.
– Что с тобой?
– Голос. Я узнал голос. Это Антон Беглов.
– Твоя пропавшая группа?
Ваби смог лишь потрясенно кивнуть.
– Пять человек и три трупа. – Наконец выдавил он. – Но у Коула было всего шесть бойцов, он седьмой.
– Разберемся. – Рорих встал. – Вадим, не возражаешь, если мы с Ваби полетим с тобой?
– Не возражаю.
Элио. Штаб флота.
Герхард Кох в мрачном раздумье расхаживал по кабинету.
Его злили не мелкие неувязки, а сама невозможность влиять на события без участия посредников.
Чувство злости не мешало Коху, наоборот, оно подстегивало рассудок, отчего процесс мышления становился кристально-ясным. Обычно, когда в самом начале реализации сложного плана начинают возникать неувязки, это означает, что сам план плох, не проработан до той степени мелочей, когда срывы попросту невозможны.
В данном случае основная цель была достигнута, но карты смешал человеческий фактор, по непонятной причине группе наемников удалось ускользнуть с планеты, вместо того чтобы навек остаться в котловине рядом с телами инсектов. Рассчитывая, что серв-машины уничтожат отряд, Кох преследовал две цели, – убирал исполнителей стартовой акции и одновременно показывал всему миру, что силы Конфедеративного Содружества свято выполняют взятые на себя обязательства, защищая даже дикие семьи инсектов, о чем должны были немо свидетельствовать тела «космодесантников», павших в тщетной попытке защитить братьев по разуму от атаки серв-машин, так неосторожно разбуженных вторжением инсектов на карантинную планету.
В замысле все выглядело идеально, да и сейчас, информационная бомба не утратила своих качеств, появилась лишь дополнительная
С минуты на минуту он ждал конкретной информации.
Наконец заработал терминал связи.
– Сэр, нами зафиксирован гиперпространственный переход в районе высоких орбит Земли. Как вы и предполагали, «Нибелунг» вышел в системе прародины.
– Капитана Мерцаева ко мне.
…
Через пять минут неслышно раздались в стороны двери кабинета.
Кох молча смерил взглядом коренастую фигуру вошедшего офицера.
– К делу. – Он даже не предложил капитану сесть. – Сегодня на околоземной орбите появился транспорт «Нибелунг», на борту которого по оперативным данным находится пять человек и три мертвых тела. Твоя задача – уничтожить экипаж и тела погибших, до того, как будет произведен их допрос. На выходе получишь ориентировку на бывшего капитана СПО Вадима Полуэктова. Устранить вместе с остальными. На операцию отводятся сутки. – Герхард тяжело посмотрел на капитана и добавил:
– Исполняй. Свободен.
Космопорт, расположенный неподалеку от мегаполиса «Россия», по внешним признакам носил сугубо гражданский характер. Однако, когда начался туристический бум компании, получившие лицензии на развитие инфраструктуры Земли, стремились к наименьшим затратам, поэтому при строительстве они использовали сохранившие еще со времен Альянса стартопосадочные поля. Проложив современную систему энергоснабжения и компьютерную сеть, подрядчики возвели башни навигационной службы, снесли полуразрушенные ангары для аэрокосмических истребителей, и в завершение работ отреставрировали куполообразное здание бывшего тактического центра, перепланировав и облагородив древнюю постройку современными отделочными материалами.
Все, что касалось подземных коммуникаций, строителей интересовало лишь в плане остойчивости наземных сооружений. О том, что под космопортом существуют бункера, знали многие, но на них не обращали должного внимания, скорее всего потому, что понятие «земная поверхность» утратило свой первоначальный смысл задолго до начала упомянутых строительных работ. Вся поверхность планеты, за исключением водных акваторий, представляла собой глубоко эшелонированную систему технических, промышленных и даже жилых зон, в разрезе похожих на слоеный пирог.
Обычно при возведении современных построек строители проверяли на прочность перекрытия нескольких нижележащих уровней погибшей техногенной оболочки Земли и возводили здания уже на готовом фундаменте, попросту блокируя все найденные входы, ведущие в мрачные глубины нижележащих уровней.
«Гессель» Вадима Полуэктова, на этот раз сопровождаемый двумя флайботами военного образца, плавно коснулся посадочной площадки, расположенной на обширном цоколе первого этажа космопорта.
Небо над головой было чистым, лазурным, ярко сияло солнце, лишь две перистые полосы разреженных облаков белели у горизонта.