Душа некромантии
Шрифт:
Я поднялся с пола и подошел к некроманту.
— Что случилось? — спросил Хьюго, услышав приближающиеся шаги.
— Связь почти исчезла. Мне удалось ее восстановить. Но боюсь это может повториться.
— Накопителей с целительной магией осталось два. Нужно пополнить запасы, — серьезно сказал некромант.
Он не сомневался в моих безумных суждениях и необходимости тех или иных действий. Хотя по сути я зацепился непонятно за что, и поэтому мы направляемся в самое опасное место Аскола на данный момент.
— Нужно как можно быстрее пробраться в город и найти лавку артефактора, — сказал Хьюго,
Глава 27
Лораль
Он вернулся на следующий день.
— Доброе утро, любовь моя! Как тебе спалось? — прошел Роран к кровати, на которой неподвижно лежала я. — Ну и хорошо, — ждать от меня ответа было бы глупо, и он этого и не делал.
Под заклятьем подчинения я все осознавала и чувствовала, но мышцы будто парализовало. Лишенная возможности кричать от боли и защищаться от ударов, я могла только попытаться отрешиться от этого мира. Но сделать это, когда тебе отбивают внутренние органы, крайне затруднительно.
— Чтобы ты не переживала за свой организм, я принес тебе это, — Роран показал синий камень. Это был артефакт, который вешали на кровати больных, что находились в тяжелом состояние и не могли сами позаботиться о себе. Благодаря ему пациенту не нужно ни есть, ни справлять нужду. Тело продолжает функционировать с помощью жизненной энергии, которая перетекает из артефакта в человека. Таким образом, Роран открестился от всех забот обо мне, пока я и мое тело не будет его полностью устраивать.
Но пережив бессонную ночь, я поняла, пусть лучше он меня избивает, чем насилует. И существует еще одна положительная сторона моего положения — если парень продолжает наносить побои, значит, ребенок внутри все еще жив.
— Так, — произнес мучитель, усаживаясь на краешек кровати, — проверим, получилось ли у нас вчера избавиться от твоей неприятности, — он вытащил из кармана камзола гладкий камешек и положил его на белую ткань, что прикрывала живот.
Практически сразу камень загорелся красным цветом.
— Черт, опять не вышло, — чертыхнулся юноша. — Но ничего, попробуем снова.
И ад начался по-новой…
Бывали дни, когда Роран был в приподнятом настроении. И тогда парень ложился рядом, укладывая меня к себе на плечо или обнимая со спины, крепко прижимая к себе. Он хвастал, что восставшие захватили практически все небольшие города. На очереди стояли Самил и Ролит. Он стремился расширить территорию своих владений.
— Я захвачу весь мир и сделаю тебя королевой всего сущего, — возбужденно шептал друг на ухо, шаря потными руками по моему неподвижному телу.
Приходилось терпеть, радовало только то, что он не пытался заходить дальше. И кроме поцелуев и прикосновений, трогать не хотел. Все-таки, по его словам, я все еще принадлежала другому мужчине. Брезговал, наверное.
Однажды в один из таких спокойных дней Роран решил поведать свою историю.
— Я с самого детства отличался от своих сверстников. Пока они играли в песок и собирали цветы на ближайшей поляне, мне нравилось смотреть, как из живого существа медленно утекает жизнь. Начал я с птичек и котят, закапывал их маленькие тельца на заднем дворе. Это было своего рода место, что показывало мои достижения.
Но потом я встретил учителя, который объяснил, что со мной все в порядке. А те, кто говорят обратное, не в себе. Учитель помог осознать мне себя и мое предназначение. Я должен очистить мир от непохожих на нас людей.
Когда мне было двенадцать я убил своих родителей. Маму задушил подушкой, не хотелось опять видеть ее вечно недовольное лицо. На папу уронил огромную люстру, что висела в холле. На маленького ребенка никто и не подумал, приняв смерть лорда и леди Ральф за несчастные случаи.
Так я и остался на попечении бабушки. Но учитель смог найти способ оградить ее от нас. Я каждый день подливал ей зелье, и через какое-то время она оказалась прикована к постели. Оставалось только поддерживать жизнь в ее теле. Ведь если она умрет, то до совершеннолетия мне найдут другого опекуна. И вот в день моего восемнадцатилетия сердце моей обожаемой бабули остановилось. Какое горе!
А потом я увидел тебя. В твоих глазах я прочитал то же сумасшествие, с которым я живу всю жизнь. И с того дня твоя судьба стала предопределена. Либо ты будешь со мной, либо не будешь ни с кем, — закончил свой рассказ Роран.
А еще я заметила странность. Сначало я думала, что из-за истощения дары не хотели проявлять себя. Но причина оказалась еще более очевидна. Похоже в моем сосуде не было силы. Вообще, ни капли. Отсюда и невозможность сканирования и безрезультатность попыток скинут подчинения. С исчезновением силы перестал жечь источник и болеть голова. А то даже страшно представить, как ноющее тело наложилось бы на привычное проявление конфликта.
Кирас
Все небо заволокло тучами. Опять шел дождь и похоже останавливаться не собирался. То расстояние, что на лошадях мы преодолели бы за день, пешим ходом теперь заняло четыре дня.
И вот, наконец, на горизонте появились высокие стены Мита.
— В главные ворота мы, естественно, не пойдем, — сказал Хьюго, — пойдем в обход, подыщем место, где сможем перебраться через стену. Защиты на городе нет.
По ощущениям было еще пара часов до рассвета. Обычно в это время нежить наименее активна. Короткими перебежками добрались до стены. Судя по тишине наше появление не заметили.
С помощью левитации можно поднять человека на три или максимум четыре метра. А городская стена была гораздо выше. Поэтому нам надо найти или проем в стене или же какой-нибудь выступ, чтобы уже с него снова слевитировать.
— Я пойду первый, — прошептал я, заставляя потоки воздуха уплотниться под ногами. А затем оттолкнулся от земли и прыгнул вверх.
До небольшого выступа, что выделялся на фоне каменной стены не хватило буквально полметра. Пришлось хвататься за выступ руками. Подтянулся, забираясь на узкую площадку, и снова прыгнул. К счастью второго прыжка хватило, чтобы забраться на стену. Пригнулся, чтобы в рассветных лучах меня не заметили восставшие, что не спеша перемещались по улочкам города. Достал из сумки длинную веревку, закрепил за выступающую железную трубу и сбросил ее вниз, чтобы лорд Этраль смог подняться.