Душа небес
Шрифт:
Вот и сейчас я мог бы просто войти в дверь ректорского кабинета, и никто бы даже слова против не сказал. Но вместо этого, как порядочный преподаватель, терпеливо ожидал своей очереди у двери, за которой раздавались невнятные крики, и старался не привлекать к себе лишнего внимания.
Это было сложно, потому как люди боялись слишком сильно приближаться ко мне и невольно образовывали вокруг меня пустое пространство. Забавные. А как сладок их страх!..
— Профессор Сант, — сдержанно кивнула в знак приветствия седовласая женщина, которая все-таки
— Профессор Амари, — с легкой улыбкой кивнул ей в ответ. У нее не было необходимости со мной сейчас разговаривать, но она все же сделала это. Зачем? Есть что сообщить?
Некоторое время она молчала, подбирая слова, и наконец заговорила тихим ровным голосом, не выдавая своих истинных эмоций, будто вела повседневную беседу:
— Меня возмущают ваши методы обучения, профессор Сант. Слышала, всей моей группе первокурсников назначили наказание. Не кажется ли вам, что эти меры излишни?
— Не беспокойтесь, на вашем завтрашнем занятии они будут невредимыми и в полном составе.
Предъяви мне подобную претензию кто-то другой, я бы вряд ли удержался от того, чтобы поставить зарвавшегося смельчака на место. Но старая волчица вызывала к себе уважение. Хотя бы тем, что в отличие от остальных не стремилась бездумно и безропотно выполнять все мои приказы.
Женщина поджала губы, раздосадованная очередной неудачей. Вот уже который год она не упускает ни единого шанса упрекнуть меня в излишней жестокости по отношению к своим студентам. Это она зря. Я не считаю нужным что-то менять в сложившейся системе, пусть и не надеется меня переубедить! Стоит хотя бы раз дать им поблажку, как они тут же сядут на шею и свесят ножки, еще и ожидая похвалы за это…
— Есть новости? — в свою очередь спросил у нее.
Она кивнула и придвинулась ближе, чтобы сообщить что-то важное, как вдруг дверь кабинета распахнулась, и в приемную выскочила знакомая брюнетка с тяжелой сумкой наперевес. Как и с утра, учебники вываливались у нее на пол. Дырявая она у нее что ли? Надо будет отправить Теона по магазинам. А еще лучше — сказать Морису, чтобы стипендию ей повысил. Наверняка девчонка даже вещей с собой из дома не захватила. Надоело, что при встрече со мной ей постоянно приходится на посторонние вещи отвлекаться…
Щеки девушки раскраснелись, глаза сверкали гневным блеском — видимо, она о чем-то ожесточенно спорила с ректором, но безрезультатно. А вот это интересно…
Заметив меня, она вдруг замерла на месте и испуганно сглотнула. Ясные голубые глаза заметались по сторонам, но неизменно возвращались к моим губам, которые невольно скривились в ухмылке. Девушка взволнованно облизнула свои, заставляя меня задержать на них взгляд. На лице ее вспыхнул нежный румянец, и она задышала так часто, что грудь ее стала сильно вздыматься.
Не думал, что произвожу на нее столь сильное впечатление.
Женя, Женечка, Евгеша… Мы с тобой еще обязательно поиграем. Но не сейчас. Пока что меня ждет другое дело…
Шагнул
17. Запретная тема
Сердце бешено колотилось, и я не могла с точностью сказать, от чего именно. От страха перед этим человеком? Или от его непреодолимой притягательности? Тело пылало от того, как он смотрел на меня. Тот сон вдруг стал казаться гораздо реалистичнее, и появились сомнения в том, что все это была всего лишь моя фантазия…
А может, все дело вообще не в нем, а в упрямом профессоре Морисе, который отказался помогать с поиском информации по филактериям, чем довел меня до белого каления?
Сразу после того, как эльфы сбежали из столовой, я поплелась к ректору, просить хотя бы о реферате на тему филактерий. Но тот мне отказал.
— В нашей Академии эта тема под запретом! — заявил он.
— Но при этом в библиотеке хранится достаточно литературы на эту тему, — парировала я. — Зачем она нужна, если запрещено ее изучать?
— В библиотеке вообще много чего хранится, студентка Скворцова. Но это не значит, что во все нужно совать свой нос!
— О-о, спасибо за подсказку, профессор! — съязвила я. — Именно это я вам и отвечу в следующий раз, когда вы зададите подготовить какой-нибудь доклад!
Ректор устало вздохнул и потер переносицу. Всего лишь середина дня, а по нему было видно, как сильно он устал. Но поблажки я ему давать не собиралась и отступать была не намерена.
— Вы же преподаватель! Разве не должны вы поощрять в студентах стремление к знаниям? — упрекнула я его.
— Знания тоже бывают опасны.
— Опаснее не владеть этими знаниями! Разве не так?
— Только не в этом случае.
— Но почему?! — искренне не понимала, что плохого в этой теме.
Профессор заметил мое недоумение, поэтому решил разъяснить:
— Когда-то давно информация о филактериях была в свободном доступе. Их изучением мог заняться любой, и тема эта действительно животрепещущая. Только представьте, реальный способ обрести бессмертие! Разве такая возможность не будоражит воображение?
Мой ответ ему не требовался, поэтому он продолжил:
— Их изучали все, кому не лень. Проводили эксперименты, высчитывали формулы, строили чертежи идеального сосуда жизни. В результате большинство умирало в страшных муках в процессе, унося за собой тысячи невинных жизней. Но кому-то из них удавалось в итоге совершить перенос части души в предмет. Таких магов отлавливали по всей Империи и сажали в специально обустроенные магические тюрьмы. Потому что законом запрещено насилие над душой. Как своей, так и чужой. А создание филактерии требует именно этого. С тех пор, как магические тюрьмы упразднили, всех личей и темных магов, замеченных в связях с подобными артефактами, казнили без суда и следствия. Все! Их больше нет и не будет. И я за этим прослежу, имейте в виду!