Дурочка
Шрифт:
По утрам у меня зуд – надо бежать. Это, как мне от старшей ясновидящей, Марфы, донеслось, бунтует та, которая раньше в цирке бегала по веревкам, трясла руками над головой, как будто в танцах какой-то Индии, и упала. Но сама Аиша несогласная, не зуд, а раз много поколений у нее бегало и подпрыгивало, то потребность.
Так что по утрам я бегаю, только руками над головой не трясу. Воины старшего курса тоже бегают по разным уровням и меня не прогоняют. Побегаю-побегаю и отхожу в уголок подпрыгивать, младшая ясновидящая меня гоняет, как может.
А еще студенты командуют – надо кричать вслух цифры. И смеются надо мной. Они не очень злые, неизвестно, какой туман вокруг них кружится. Поэтому мне не смешно. Зато через месяц я таблицу умножения выкрикивала, ни разу не сбиваясь! Бегу по бревну – кричу. Лезу под мешками – шепчу. Ползу под нитями – стону и напеваю. Ну, сколько дыхания хватает.
***
– Магистр, смотрите, у нее приличная память оказалась, да?
– Так часто бывает у дурачков, природа компенсирует. Но что-то мы просмотрели…
– Мы просмотрели?
– Да. Я поднял документы в базе по ее миру. Не могу понять один момент: почему умственно отсталая лежала в специально организованном учреждении для больных с психическим отклонением. Совершенно разный подход. Тем более, что по их законам она ребенок.
– Магистр, а я знаю – почему! У них принято проверять, не отросли ли руки и ноги у покалеченных. Или больной вдруг поумнел. Каждый год привозят и проверяют, иногда чаще!
– Значит, по ней сомнения были… гм… вот оно что… сомневались. Все же она сообразила придержать руки подростка. Но отбиться не смогла.
– У-у… страшный мир какой…
– Студентка, не реви! Магические миры, на их взгляд, еще страшнее. Не реви, сказал! Иди сюда.
– Магистр… а зачем вы меня по затылку похлопали?
– Успокаивал.
– Да? Никогда бы не догадалась.
***
Они мне нашли «Аленький цветочек», я же теперь сама могу читать! Кажется, магистр догадался, что я его изобразила. Кто книжку видит, сразу говорят – ого, вылитый магистр. Он посмеялся, а тут утащили из нашего мира большую книжку с картинками, и магистр на меня подозрительно смотрит второй день. Зато в книжке еще девятнадцать сказок! А всего двадцать получилось. Я уже запросто до ста считаю, прибавляю и отнимаю, как будто в настоящей школе училась.
Пятый курс не знает, что про таблицу умножения я сама догадалась. Две недели думала и думала, что же я кричу. И поняла – про умножение! Теперь только деление не дается.
Но магистр сказал, что мне подсунет кого-нибудь с крепкими нервами, потому что так долго до моего поступления в военную школу он точно не выдержит и сам станет дураком.
Я очень хочу выучиться и перенестись от них как можно подальше. Не знаю, куда меня засунут, в какое тело. Буду надеяться, что оно не такое вредное, как у магистра и пятого
***
– Магистр! Вы только не волнуйтесь! Ее взяли на военку для первобытных! Чтение, письмо и арифметику сдала. Остались дисциплины на физическое развитие!
– А почему я должен волноваться? У меня новая информационная матрица мальчишки из магического мира. Случайно погиб, опять не уследили. Значит, тоже никому не нужен, а нам пригодится. Стихийник, водник. На них всегда есть запросы.
– Магистр… у вас вообще какие-нибудь чувства есть?
– Не реви! Какие чувства?
– Любые, магистр. Жалость. Восхищение. Привязанность. Или увлечение… кем-то.
– А?
– Это такие чувства, магистр.
– Нет такого в базе данных. Умер юный маг в техническом мире, успели перехватить, привели в порядок и благополучно отправили в какой-нибудь магический мир Содружества. Что еще от меня надо? Я очень тщательно работаю, никто никогда не жаловался. С дурочкой и так возился дольше всех. Группу для ее обучения подобрал, программу составил. Все, хватит. Что ты мне свою голову подсовываешь? Не понимаю. Не реви!
***
Первый год самый тяжелый был, теперь могу точно сказать. Всего учиться два года, подбирают обычно одаренных двенадцати-четырнадцати лет, самый удобный возраст для определения магии и обучения. А раз смотрят миры с малым количеством магии или вообще без магии, то инициации у подростков, как правило, нет, потому что обученных магов-наставников для полноценного ритуала там тоже нет.
Меня выловили в одиннадцать – на сильную магию среагировали, а получилось с запасом на целый год.
Считается, мне повезло, так и магистр сказал, раз была неграмотной. Полные во всем неучи редко попадаются, только из первобытных миров, и я два года в первом классе по такой же, как они, программе училась.
Это они еще не знают, что у меня три ума в голове, ясновидящие помогают! Ну, или два с половинкой, если по-честному.
Старшая, Марфа, по «лечебке» помогает, то есть по лечебному делу. Младшая, Аиша, по физической подготовке. Поэтому я не сильно отстаю от группы. Я уже третья. С конца. А целый год была первой. И уже жалею, что обе мои наставницы уйдут на перерождение, как только меня отправят. Это у них такое обязательство, раз они меня инициировали. Но их все устраивает, говорят, им со мной тоже повезло.
На самом деле – мне повезло еще больше.
У меня второй дар проявился!
В магических мирах к менталистам настороженно относятся и распоряжаются ими кто попало. А таких миров гораздо больше, чем без магии. Нет, у нас на Земле маненечко магии есть. Но узаконенной, всем известной и широко пользуемой – нет. А раз старшая изучала «лечебку» в молодости, то у нее развился целительский дар. Она считает, что магия таким образом искала-искала и нашла выход.
На втором курсе у меня и обнаружили целительский дар!