Дурной сон
Шрифт:
С помощью диеты и лекарств мы могли справиться с его эпилепсией.
С помощью операции — дорогой и опасной настолько, чтобы мы чувствовали себя комфортно только с лучшим врачом — у Брэндо был шанс полностью избавиться от болезни.
Мой младший брат мог жить без страха и беспокойства.
Мое сердце горело в груди, пылая неохотной надеждой.
Если Тирнан сможет купить покой Брэндо, я дам ему все, что он захочет.
Словно вызванный нашими мыслями, в дверном проеме появился мой младший брат, шаркающий по коридору с прищуренными от слабого света глазами,
Слезы навернулись мне на глаза, когда я смотрела на него, а в горле застыл комок любви.
Да.
Я готова на все ради этого ребенка.
— Что случилось? — пробормотал он, потирая кулаком один глаз, а в другом держал свою любимую фигурку Железного человека.
— Прости, приятель. — Я подошла к нему и подняла его на руки. Он был маленьким для своего возраста, его все еще легко было носить на руках, хотя он был уже достаточно взрослым и не позволял себе этого, если только не был сонным или после припадка. Я уткнулась носом в кудри над его ухом и вдохнула его сладкий запах. — Мы подумали, что у нас будет ночевка.
— Правда? — хрипло прошептал он, широко раскрыв глаза. — Я люблю ночевки.
Я засмеялась.
— Я знаю. Мы с мамой только что застелили кровать, так что ты можешь забираться прямо туда.
Без колебаний он вывернулся из моих рук и прыгнул на чистые простыни, сонно хихикая. Аида наблюдала за ним со смесью сожаления и нежности. Она так и не смогла преодолеть стыд за то, что подарила моему отцу сына с больным мозгом.
Диагноз Брэндо был поставлен через три месяца после смерти отца, поэтому я не понимала, почему она так много внимания уделяет этому. Папе бы понравился маленький человечек, в которого он превратился, любопытный и умный, жаждущий учиться и исследовать.
Прямо как папа.
Аида заметно стряхнула с себя меланхолию и забралась к нему в постель, крепко прижала его к изгибу своего тела, и подула на одну из его пухлых щек. Он завизжал, извиваясь в ее руках.
У меня болело сердце, когда я наблюдала за ними, а плечи были такими тяжелыми, что я не могла пошевелиться.
Я хотела подарить им обоим весь мир. Не имело значения, что Аида была нашей матерью и на двадцать восемь лет старше меня. Не имело значения, что Брэндо был моим братом, а не сыном.
Они были моей семьей и моей ответственностью.
Поэтому, несмотря на то, что это было неприятно, я знала, что должна дать Тирнану реальный шанс, потому что он мог сделать их обоих счастливыми и защищенными так, как сейчас я не могла.
Это был риск, но я всегда была готова на него пойти, потому, что я продала бы свою душу, если бы это означало, что Аида и Брэндо смогут узнать жизнь, свободную от стресса и беспокойства, нехватки и болезней.
— Присоединяйся к нам, голубка, — поманила Аида с мягкой, легкой улыбкой, на этот раз слегка кривой. Такую улыбку она использовала только для своих детей. — Какое удовольствие я получаю, когда сплю с обоими своими малышами.
Улыбка дрогнула на моих губах,
После смерти отца наша жизнь бесповоротно и ужасно изменилась, и сейчас, как и тогда, у меня было ощущение, что она снова изменится. Я могла только надеяться, что это будет к лучшему.
Я присоединилась к своей маленькой семье на розовых простынях, свернувшись калачиком вокруг спины Аиды, обхватив ее руками так, чтобы спутать их с руками Брэндо, мы оба прижались к ее телу. Несмотря на ее недостатки, мы оба любили нашу мать.
У нас не было особого выбора.
Она была всем, что у нас осталось.
Несмотря на то, что она не знала, что бы она делала без меня, я чувствовала к ней то же самое. На американских горках взлетов и падений, которыми была моя жизнь, Аида Бельканте была моей единственной константой.
И я поклялась прямо здесь, прижимая к себе двух самых дорогих людей во всей моей вселенной, когда они погрузились в быстрый и глубокий сон, что я буду их постоянной константой, несмотря ни на что.
Даже если для этого придется отказаться от своих мечтаний.
Даже если это означает пригласить Тирнана в наш дом навсегда.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Бьянка
Когда я проснулась, в нос ударил мягкий цветочный аромат духов Аиды, потому что ее волосы лежали у меня перед лицом. Я улыбнулась, выплывая из глубокого, спокойного сна, первого за последние несколько недель. Моя нога лежала на ее нижней части тела, одна моя рука скрещена на ее животе и лежала на голове Брэндона, прижавшейся к изгибу ее бедра.
Удовлетворение, редкое и прекрасное, пронеслось во мне.
Я хотела переехать в Нью-Йорк с самого детства, и возможность поехать туда с семьей была слишком хороша, чтобы быть правдой. Поэтому я все еще с опаской относилась к Тирнану и тем секретам, которые, как он утверждал, хочет получить от моей мамы, но в то же время была полна решимости.
Мы извлечем из ситуации максимум пользы, как мы всегда делали.
Я подвинулась, прижалась к маме, готовясь заснуть. Это было воскресенье, и я могла позволить себе немного больше отдыха в свой единственный выходной на этой неделе.
Я нахмурилась, заметив, какой холодной Аида была, прижавшись к ней. У нее было плохое кровообращение, но мы с Брэндо оба были теплыми телами под тяжелым одеялом. Я приоткрыла глаз, чтобы проверить ее.
Она лежала на спине, обхватив Брэндо одной рукой, а другую закинув за голову. Выражение ее лица было мягким и милым, ее красота была настолько острой, что у меня защемило в груди. Мои глаза снова закрылись, когда я прижалась щекой к ее груди.
Только через мгновение я поняла, что она не двигается.