Дурдом на выезде

Милевская Людмила Ивановна

Резидент запрашивает разрешение параллельно с операцией «Крот» осуществить налаживание контактов, необходимых в дальнейшем для развертывания операции «Золотой сокол». Мотивировка: интересующие нас лица самостоятельно обозначили возможность контакта. Уклонение от взаимодействия с ними может в дальнейшем негативно сказаться на ходе операции «Золотой сокол».

Резидент уверен в правильном понимании Объектом части знаний об истинном положении дел.

Дополнительная

информация по каналу «Лидер-2».

Вернувшись в отель Александра с ужасом осознала, что не готова к приему — нет достойного платья.

«Придется потратить стерлинги Стерляди», — решила она и позвонила Стоуну.

Стоун немедленно явился к ней в номер и посоветовал отправиться в Найтбридж.

— И что там? — деловито осведомилась Ася.

Тратить лишнее ей не хотелось, но и покупать черт-те что она тоже не собиралась.

— Что там? — Переводчик ошалело взглянул на нее и сообщил: — Там ваш любимый универмаг.

— Какой?

— Разумеется, «Харродс».

Естественно, ей это ни о чем не говорило. Чувствуя себя круглой дурой, Александра для компенсации высокомерно в ответ заявила:

— Ну и что, что «Харродс»? Я хочу знать хорош ли он теперь для меня, когда я готовлюсь к приему у лорда.

Стоун пожал плечами и с иронией пояснил:

— Тут уж судите сами. Рассказывают, что принцесса Диана и наследник по ночам делали налеты на «Харродс». Он разрешал ей примерять любые наряды, и принцесса Диана вроде бы не раздумывала хороши ли они для нее.

— Наследник? — удивилась Александра. — Наследник чего?

Стоун мученически закатил глаза:

— Наследник владельца универмага. «Харродс» — империя египетского миллионера Мухаммеда аль-Файеда.

Униженная своим невежеством, Александра покраснела, промямлив:

— Ах, вы говорите о Доди аль-Файеде, любовнике принцессы Дианы.

— Ну хоть это вы знаете, — вздохнул с облегчением Стоун.

Оправдываясь, Ася тронула голову:

— Опять отказала память.

— Ну надо же! — поразился Стоун. — Никогда бы не подумал, что есть обстоятельства, при которых женщина способна забыть свой любимый универмаг. Да, теперь вижу, у вас и в самом деле сильное сотрясение мозга.

На следующий день с утра Александра и Стоун отправились в Найтбридж. Сначала «Харродс» ее поразил строгостью фейс-контроля, который не пропустил туристов американцев, ссылаясь на их спортивные майки и потертые джинсы. Затем она удивлялась размерам универмага и наличию брендов.

Прохаживаясь по магазину, Александра не могла отделаться от впечатления, что за ней следят. Время от времени останавливаясь, она крутила головой во все стороны, но ничего подозрительного не находила. Универмаг был полон: одни покупатели куда-то целеустремленно спешили, другие, похоже, просто прогуливались от салона к салону, по пути разглядывая витрины. Но и тех, и других

она явно не волновала.

— Вы кого-то здесь ищете? — раздраженно спросил Стоун.

Раздражение его объяснялось количеством платьев, перемерянных Александрой, причем, с нулевым результатом. Переводчик давно уже понял, что ему послано величайшее испытание, но смириться с бездарно потерянным временем по молодости он не мог.

«Чертова баба, — ругался в душе бедный Стоун, начисто позабыв о том, что он джентльмен, — по часу торчит у каждой витрины. Никаких нервов не напасешься на эту глупую куклу».

— Кого вы ищете? — повторил он вопрос.

— Никого, я просто смотрю, — кротко ответила Ася.

— Так давайте пойдем и наконец что-нибудь купим! Хватит смотреть! — воскликнул переводчик, сдерживаясь уже из последних сил.

— Да-да, конечно пойдем, — согласилась с ним Александра, теперь застревая у странного мемориала: бокала с грязной каемкой, под которым начертана надпись.

— Что это? — удивилась она.

Стоун (а они мимо мемориала не первый раз проходили) ждал вопроса давно и охотно ответил:

— Из этого бокала Доди и Диана пили накануне катастрофы. Убитый горем отец установил его в своем магазине в честь погибших.

— А что под ним написано?

— «Доказательство того, как они любили друг друга», — перевел Стоун.

Несмотря на трагичность событий, доказательство, согласитесь, весьма уморительное — бокал с грязной каемкой говорит лишь о том, что из него уже пили. Однако Александра взгрустнула и, вспомнив своего Игорька, подумала: «Бывает же настоящая любовь».

Впрочем, тут же она заключила: «Да, бывает, но ненадолго. Диане и Доди повезло, они раньше погибли, чего не догадалась сделать вовремя я».

Стряхнув грустные мысли, Александра оптимистично спросила:

— Ну что, начнем?

Стоун остолбенел:

— Начнем что?

— Выбирать для приема платье!

— А до этого что мы здесь делали целых четыре часа? — паникуя, спросил переводчик.

— До этого я бегло изучала ассортимент, — оповестила его Александра.

Майкл Стоун сник. Ей тоже не улыбалось ходить под конвоем.

— Знаете что, Миша, — сказала она, — я без вас обойдусь. Зачем мне переводчик? По-английски тыкать пальцем в нужный наряд я уже научилась, а уж в ценах как-нибудь разберусь. И дорогу к отелю запомнила, не потеряюсь.

— Правда? — пришел в восторг Стоун. — Тогда я, пожалуй, пойду.

— Да, своим кислым видом вы лишаете меня наслаждения, — для полного успокоения его совести заверила Александра.

Отделавшись от переводчика, она опять закрутила по сторонам головой: вернулось чувство, что за ней снова следят. Но и на этот раз ничего подозрительного Ася не обнаружила.

«Мания преследования у меня образовалась», — предположила она, окончательно успокаиваясь.

И напрасно.