ДУР
Шрифт:
Взлетели плавно, хотя тело в койку вдавило. Изнутри рвался восторг первооткрывателя и инстинкт самосохранения. Я себя всячески успокаивала тем, что в Витании мне все равно ловить было нечего, а здесь, глядишь, чего поисследую, или позащищаю… Рубежи какие-нибудь важные! Человеку всегда нужно осознавать собственную значимость ради смысла жизни!
Я еще много чего думала и мысленно достигла настолько отдаленных глубин космоса, что едва не пропустила сообщение координатора.
— Внимание группе отправки! Процесс ускорения запущен. Всем отстегнуться и проследовать в переговорную на инструктаж.
Нажав кнопку, я подскочила на кушетке, готовясь к невесомости. Но ее не последовало.
Не знаю, куда нам предполагалось проследовать, но переговорная располагалась в центральном углублении этого круглого зала с дверями в наши жилые помещения. Во всяком случае, огромный стол под дерево с удобными офисными креслами находился именно там.
Кают по кругу было двадцать. И кроме этого наличествовал еще вход в коридор, по которому мы сюда и пришли. От каждой каюты вниз, в переговорную вела небольшая металлическая лесенка. Двери у кают были одинаковые белые, без опознавательных знаков. Те мои попутчики, которые также дисциплинированно выскочили по команде, неуверенно топтались на пороге, не решаясь двинуться дальше. Я тоже сомневалась в том, стоит ли отойти и спуститься к этому манящему столу. Вдруг нам все-таки не туда…
Но не прошло и двух минут, как из коридора показался Координатор полета Саймон и спокойно спустился вниз, сделав нам знак следовать за ним. Мы разместились в креслах вокруг стола, и заседание началось.
— Пилоты, — обратился к нам Саймон. — Да, я не оговорился! Вы теперь пилоты, приписанные к космической станции КС-4. Где КС — это космическая станция, а цифра 4 обозначается порядковой номер планеты приписки. В данном случае — Марс.
"С ума сойти, как оригинально!" — подумала я, но от комментариев воздержалась. Жаль не дали блокнот и ручку как на конференциях… А то бы я рожицу какую нарисовала… Но Саймон не дал нам заскучать, щелкнул пультом и над столом появилась планета Марс с двумя спутниками и чуть в отдалении космическая станция КС-4. После общей проекции, станцию он приблизил, а то на фоне Марса она как-то совсем не смотрелась. Когда мы налюбовались на станцию с разных ракурсов, но убрал голограмму и сказал:
— Сейчас я предлагаю вам рассказать немного о себе. А конкретно мне необходимы данные о том, почему именно вы здесь оказались.
И пошло-поехало… Моя крыша в смысле! Потому что мои спутники были на удивление исполнительны. Никто даже не подумал представиться, а все только лаконично упомянули о том, чем конкретно не угодили Земле в целом и Витании, в частности.
— У меня низкий коэффициент восприятия.
— У меня низкий коэффициент взаимодействия.
— Мой уровень принятия низок.
— Мои физические показатели для воспроизводства не подходят.
А я сидела и ощущала себя участницей групповой терапии или… хм… общества анонимных защитников рубежей — ОАЗР, или ассоциации волонтеров космоса, сокращенно — АВК, хотя в последнюю мои спутники вряд ли вступят, потому что я тут единственный представитель, как добровольно отказавшаяся от перспектив…
После еще пяти подобных характеристик я уже чувствовала себя ущербной в обществе дефектных и лихорадочно искала, в чем бы мне себя упрекнуть, ну а когда до меня дошла очередь, выдала:
— Я далека от совершенства, но хочу большего!
От такой формулировки соседи оживились, а у Саймона задергался уголок рта так, что стало понятно, что
— Отлично! — сказал он, когда все отрапортовались. — Теперь немного истории. Еще до Черного дня люди начали осваивать Солнечную систему, и благодаря высокому развитию технологий полностью перенесли добычу тяжелых металлов и радиоактивной руды в космос. На нескольких небесных телах, куда включаются и планеты и спутники и астероиды были оборудованы шахты. Налажена сеть добычи и транспортировки. Какое-то время система стабильно функционировала, но после открытия джаманиума, скорости передвижения увеличились, но в то же время это и привело к кризису развития. Сейчас мы можем достигать и отдаленных областей Солнечной системы. И даже добывать нефть на Плутоне, — тут Саймон обвел нас ироничным взглядом, но никто кроме меня не улыбнулся, поэтому ему пришлось добавить, — шутка! На Плутоне нефти нет. Сам пример показателен тем, что в переделах нашей системы мы можем добывать практически что угодно практически где угодно. Но в глубокий космос нам по-прежнему дорога закрыта. Согласно последним планам развития, принятым в Витании, исследования космоса на данном этапе признаны неперспективными. Поэтому нам выделяют ресурсов ровно столько, чтобы астрофизика, космоинженерия, планетогеология и другие смежные науки не загнулись окончательно. Общий вывод такой: людей у нас мало, а дел много!
Саймон сделал паузу и нажал на кнопку в столе, перед ним появился стакан с какой-то оранжевой жидкостью. Он удовлетворенно сделал глоток.
— А теперь я расскажу вам, чем вы собственно будут заниматься и как. Итак, вас тринадцать человек. Я распределю вас по парам. Лишний будет тренироваться со мной. Во время полета вы начнете тренироваться на симуляторах. Будьте старательны, потому что времени у нас немного. Около трех суток. Реальные вылеты начнутся на станции. Летать вы в основном будете парами, хотя будут и одиночные вылеты, в зависимости задачи. Вы будете осуществлять патрулирование, сопровождение грузов, производить установку оборудования совместно с техниками. Будут и исследовательские миссии. Так, что еще, — Саймон задумчиво потеребил подбородок. — Ну ладно, об это после, а сейчас… назовите ваши имена, что ли…
Ага! Самое время…
— Эти имена будут отображаться на двери вашей каюты и слева на груди формы, которую вы сейчас получите. Это даст вам возможность познакомиться. Вам необходимо как можно чаще называть друг друга по именам и как можно больше общаться. Потому что в дальнейшем вы будете постоянно взаимодействовать. Итак, начнем с тебя, — и Саймон кивнул парню, сидящему рядом с ним.
— Артур.
— Дальше.
— Эрик.
— Дальше.
— Рольф, Анна, Виктор, Ирма…
Я не особенно вслушивалась. Успею еще выучить. А когда до меня дошла очередь гордо произнесла:
— Александра! — чем заслужила заинтересованный взгляд Саймона.
— Хорошо! — подвел он итоги. — Сейчас я покажу вам корабль, а потом мы пройдем в зал наблюдений и там я смогу ответить ваши вопросы, если у вас такие возникнут.
После инструктажа мы поднялись наверх к каютам несколько ошарашенные перспективами и двинулись на экскурсию. Народ даже пытался что-то обсуждать, несмотря на то, что не привык общаться. А я по дороге старалась держаться поближе к Саймону. Он изредка косился на меня, чему-то улыбаясь, а я, уставившись в пол, честно старалась не ржать. Нервное, наверное.