Дурь
Шрифт:
– Продолжай. – Говорит она.
– Значит, мы будем сотрудничать? – Уточняет Андрей, наблюдая сильную заинтересованность начальницы.
– Ты не забывай, что мой нож тоже за твоей спиной. – Отвечает холодным голосом Настя, указывая пальцем в лицо собеседника. – Так что лучше продолжай. Но я могу творить волшебство. – Настя улыбается и растягивает руки в стороны. – Из подозреваемого ты превратишься в свидетеля.
Чесноков рассказал ей о том, что заказ сделал депутат Срытников, который ездит на белом лимузине. Что убрать надо было склад наркотиков, и
– Вот как. – Настя задумывается, затем продолжает допрос, но уже спокойным тоном. – Что ты мне можешь рассказать об этом Срытникове?
– Только то, что он депутат, и участвует в программе «Россия без наркотиков». – Спокойно отвечает подозреваемый.
– Это он тебе так сказал? – Спрашивает Настя. Ее широко растянутая улыбка говорит о том, что Андрея развели, как лоха. – Этот придурок убирает конкурентов, а он еще и в программе «Россия без наркотиков»? Да уж, лжи и лицемерия у этих крыс хватит, чтобы затопить всю Москву.
– Я так понимаю, я здесь не только за убийства? – Спрашивает Андрей без выражения какой-либо улыбки.
– Да. – Грозно отвечает начальница, также убрав свою улыбку и показав серьезное лицо. – В помещении были наркотики, где они?
– Не знаю. – Разводит руками Чесноков.
– А если точнее? – Переспрашивает Настя, наклонившись к столу, чтобы быть к нему ближе, и подставив правое ухо, будто тот боится произносить ответ вслух. – Не бойся, я никому не расскажу.
– Мы их погрузили в машину. – Говорит Чесноков. – Депутат сказал, что их сожгут. У меня теперь складывается такое впечатление, что меня обвели.
Начальница меняет позу на стуле на нормальную.
– Никакой программы «Россия без наркотиков» не существует. – Без насмешки говорит она. – Тебя развели как лоха, а наркоту вашу депутат будет продавать сам. По крайней мере, мы теперь знаем, где они.
– Откуда вы знаете? – Удивленно спрашивает Андрей.
– Я начальник отдела по контролю за оборотом наркотиков. – Отвечает спокойным голосом Настя. – Я обязана это знать.
– Теперь я точно готов с вами сотрудничать. – Уже расслабленным голосом говорит Чесноков. – Я вам покажу его в суде и расскажу еще всякого, чего пожелаете. – Он делает паузу, а затем спрашивает. – А что стало с остальными подозреваемыми?
– Они все мертвы. – Отвечает Настя, да еще таким тоном, будто это само собой разумеющееся.
Разумеется, она блефует, потому что она еще сама не знает, что успел собрать Михаил и нашел ли он остальных. Но, чуется, ее блеф окажется правдой, тем более, что она хорошо разбирается в наркобизнесе. Андрею только и остается, что вздохнуть и с поникшей головой ждать участи. Его развели, ему ничего не заплатят, а еще его могли убить.
– Твое счастье, что Михаил узнал тебя. – Продолжает Настя. – Именно по этой причине мы и поехали сначала к тебе. – Она некоторое время сидит с размышлениями, а потом будто что-то вспомнила. – Кстати, ты, ведь,
– Верно. – Соглашается Чесноков.
– Расскажи мне о нем. – Говорит Настя в таком тоне, будто служит с человеком, который что-то скрывает.
Михаил выходит из штаба и, почесав затылок, направляется к своей служебной машине. Рабочий день закончен, на улице уже стемнело, но федерал совсем не рад тому, как все завершилось. Отчет он подготовил, но еще придется завтра импровизировать истории для начальницы, а сейчас надо домой. Дома его ждет матушка. Она хоть уже и старая совсем, но в жилах еще кипит молодая кровь.
Михаил живет с мамой в большой трехкомнатной квартире. Несмотря на читательское «фу», стоит отметить, что его мама – бывший майор уголовного розыска с хорошим послужным списком. В свои молодые годы она успела много пострелять в преступников и вкусить все прелести преступной жизни среди коррумпированных чиновников и других милиционеров. Сама она таким никогда не занималась, но вокруг нее подобных негодяев было полно. Поэтому его мама закрывает глаза на то, чем Михаил занимается. Коррупцию и преступность внутри системы искоренить невозможно, но он все равно может приносить пользу обществу. Именно этим Михаил и занимается: уничтожает группировки, распространяющие наркотики.
И уж точно она не относится к своему сыну, как к ребенку. Просто Михаилу трудно жить одному, а отношения с девушками у него никогда не складывались. Не умеет он знакомиться с ними, и даже общение у него получается плохим. Достаточно посмотреть на то, как он общается со своей начальницей, постоянно ее злит и обижает, сам того не понимая.
– Я тебе приготовила ужин. – Говорит его мама, помогая снять куртку со своего сына. – Давай, мой руки и на кухню.
Михаил садится за стол и грустным взглядом смотрит на радующий глаза ароматный ужин.
– Ты чего такой грустный? – Спрашивает мама, накладывая ему еду.
– Свидетеля убил. – Грустно отвечает он.
– Да ты что? – Удивляется мама. – Как так получилось?
– Он в меня стрелять начал. – Все также грустно поясняет он.
От такой истории она растягивает улыбку.
– Странные нынче свидетели пошли. Отстреливаются. – Говорит она.
– И не говори. День вообще не удался. – Соглашается Михаил.
– Ты мне лучше скажи, когда я внуков увижу. – Меняет тему мама, будто ей не особо интересна работа Михаила. – Работа работой, но личную жить налаживать надо. Тем более, с вашей работой.
– Я помню, мам. – Неохотно кивает Михаил.
– У тебя хоть есть, кто на примете? – Спрашивает мама и садится за стол напротив Михаила, пока он ест.
– Думаю над этим. – Застенчиво отвечает он.
– Думает он все. – Передразнивает его мать. – Тебе уже 36 лет, а ты до сих пор думаешь.
– Ну, мам. Не всем же нравятся менты. У нас график ненормированный. Возьмут и вызовут в час ночи. Кто такое будет терпеть? – Оправдывается он.
– Такие как я будут терпеть. – Грозно отвечает мать.