Думсдэй: Пацаны
Шрифт:
– Че, сейчас погорячее?! У меня нет мамы, урод, - издевательски произнес он, перед тем как двери лифта захлопнулись и судя по огонькам сверху тот начал спускаться вниз.
– Пиздец!
– я отбросил в сторону пустой магазин, перекрикивая все еще осыпающие градом дверь с другой стороны пули.
– Сука… как в Паншерском, - пнул двери лифта Бучер.
– Тебя задело?
– Нет вроде, - осматривая вроде бы внешне целую руку, ответил я.
– Только рукав порвало…
– Ага… На пузо глянь, - кивнул мне Мясник.
– Блять, - я действительно посмотрел на толстовку, в
– Вроде норм.
– О… шмалять прекратили, - мрачно прокомментировал Бучер отсутствие стрельбы. Застывшая тишина в зале резко контрастировала с прежним шумом.
– Что делать будем?
– Есть у меня одна идейка… - протянул я, все еще ощупывая пресс, на котором не было ни царапины. Помимо гребанных уплотнившихся шрамов. Но сейчас, видимо, это было весьма кстати.
– Дай мне свой ствол.
– Давай ты с этим к Французу, - нашел в себе силы вновь пошутить Бучер, впрочем, перезаряжая и протягивая автомат.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…
– Прекратить огонь! — рявкнул командир, бывший спецназовец, едва увернувшись от рикошетившей пули, которая просвистела так близко, что обожгла ухо. Грохот выстрелов понемногу стих, и наступила напряженная тишина.
– У кого-то есть гранаты?
– спросил один из мужчин, понимая, что нужно как-то выкурить двух пришельцев из-за железной двери.
– Да, были где-то…
Но тут, двери с глухим скрипом разошлись в стороны, и на пороге появилась высокая фигура в темной одежде и тактическом поясе. Лицо одного из вломившихся в подземный комплекс пришельцев скрывала маска с рисунком ухмыляющегося черепа, который странно топорщился в районе головы и подбородка. В руках его было два автомата, усыпляющее действие которого уже успело опробовать семь человек, валяющихся возле стола.
На этот раз, пришелец ворвался молча, с ходу посылая снаряд за снарядом в сторону укрывшихся за ящиками людей. Сразу несколько усыпляющих дротиков вонзились в ближайших боевиков, которые, едва успев схватиться за раненные места, повалились беззвучно на пол.
Но на этот раз, никто не сплоховал, посылая ответные свинцовые подарки точно в появившуюся фигуру… вот только когда первые пули снова рванулись ей навстречу, то просто не причинили ей вреда.
Лишь когда стало ясно, что огонь бесполезен, лица бойцов приобрели напряженные выражения, и инстинктивный страх заставил их начать медленно отступать. Они точно знали, что это означает.
А высокая фигура продолжала двигаться вперед, и, не замедляя шага, подняла оружие. Несколько выстрелов — и новые дротики, с едва различимым шорохом, полетели по периметру, точно находя цель за целью. Лишь когда автоматы стали издавать только тихие щелчки, чертов мутант быстро устремился к одному из оставшихся в строю бойцов, запросто поднимая того рукой за шею.
— Не стрелять! — тут же крикнул командир, до треска костяшек, сжимая бесполезную винтовку. Но и остальные также поняли, что могут попасть в своего
– Он не хочет нас убить!
– Хороший выбор, - прозвучал в наступившей тишине удовлетворенный голос, со странным акцентом, поворачиваясь к мужчине лицом в изрядно продырявленной маске, которая уже ничего не скрывала.
В центре подземной лаборатории стоял массивный металлический стол, заваленный чертежами, пустыми пробирками и образцами. На нем были оставлены лабораторные журналы с пометками учёных — аккуратные записи, свидетельствующие о множестве проведённых опытов и расчётов.
Вокруг стола стояли несколько высоких табуретов, на которых в спешке бросали белые халаты. Это было место совещаний и решений, где обсуждались все детали процесса создания суперсолдатов.
По периметру лаборатории стояли бронированные двери, каждая из которых вела в отдельные специализированные помещения. Одна дверь вела в стерильную комнату для работы с генетическими образцами, её стены были увешаны системами для хранения биоматериала и образцов.
За другой дверью находилась миниатюрная химическая лаборатория с полками, уставленными колбами и растворами, где разрабатывались экспериментальные препараты. Ещё одна дверь вела в комнату, заполненную мониторами, где ученые круглосуточно отслеживали биометрию и поведение самого главного творения лаборатории, записывая даже малейшие изменения.
Да, это была та самая лаборатория, где был рожден самый сильный человек на планете. Однако самым страшным в ней был отсек для испытаний, расположенный за дверью с предупреждающими знаками. За её толстыми стенами Хоумлендера испытывали огнем и другими экстремальными воздействиями.
Массивные горелки на стенах могли подавать огонь разной интенсивности, а лазерные устройства — нагревать до невероятных температур. Прочная обшивка стен была вся покрыта застарелыми обугленными пятнами, следами от предыдущих тестов, которые помогали учёным понять пределы его выносливости.
Некоторые из этих ученых так и оставались здесь.
– Слушай, Марти, камера наверху вырубились, - окликнул лысеющего толстого мужчину в серой жилетке молодой парень - охранник по имени Филл, до этого со скучающим видом сидящий у мониторов. Камера погасла пару минут назад, но иногда связь барахлила.
– Кевин, как слышно? Кевин… Кто-нибудь?
Это было странно. До этой недели, конечно, их было всего четверо, но когда приехали новые испытуемые, на пункте наблюдения, совмещенного со складом, должно было быть куча народу. Хоть кто-нибудь да должен был ответить.
Тут лифт, до этого находящийся на первом этаже, загорелся белым цветом и поехал вниз. На пару минут, остановившись на первом, G, b - b2 - b3… по очереди загорались белые лампочки. На первом сейчас находилась группа испытуемых. На втором - кабинет начальника лаборатории Барбары Финдли, которая лично курировала проект Патриот. С третьего по пятый этаж были помещения для персонала, склад и отдельные лаборатории.