Думаешь бьётся?
Шрифт:
— Ты понимаешь, как это может быть серьезно? — назидательно произносит.
Я та, кто точно знает. Но медики часто халатно к своему здоровью относятся, а мне — то и вовсе свыше послано. Судебник в морге, это круче сапожника без сапог.
— Понимаю, я уже выпила лекарство. Но я не ожидала тут такой встречи приятной, поэтому Косте и пришлось поехать.
— Я могу тебе чем — то помочь?
— Разгоните этих ржущих женщин из под окон, они меня бесят, — грусть, тоска и зависть меня одолевают. Лучше бы оглохла, и не слышала, что там завывает исполнитель, который мне в
Виктор Анатольевич смеется. По характерным звукам становится понятно, что он печатает в телефоне. Буквально минут через пять звук стихает. Вот так вот просто? Можно было просить что угодно?
— Вы джин или добрый фей?
— Точно не добрый, — слышу его глухой смешок, — Но тебе могу предоставить вторую попытку, и даже третью, как никак в моем доме с тобой такое произошло. Очень, конечно, занятно. Только у вас, но парни всё проверят.
— Да мне ничего не нужно вроде. Разве что… Можете темноту с глаз убрать? Была бы признательна.
— Занятный ты экземпляр. Даже жалко отпускать. Большинство из тех, кто тебя сейчас раздражал, такой бы список выкатили, и ещё бы добавили. Совершенно ничего не хочется?
Совершенно. Ребеночка разве что, но такое нельзя говорить, не поймет, и к моменту возвращения Кости поимеют меня толпой.
— У меня из желаемого всё есть, а то чего нет, Вы дать мне не сможете, — половина пластины антигистаминных действовать начинает, ко мне возвращается моё привычное занудство.
— Я бы не был так в этом уверен, Алёна. Возможно, тебе стоит подумать ещё раз, — складывается ощущение, что говорит он о четко определенных вещах.
У меня острое чувство, что сейчас я мышонок, а Виктор несущаяся за мной сова, если не найду норку в которую можно спрятаться, он меня съест, предварительно вогнав свои острые когти. Желание иметь близкое знакомство с опасными мужчинами у меня отсутствует.
— Можно было бы в шахматы поиграть. Только если Вы обещаете не жульничать и не пользоваться тем, что ничего не вижу. Вы любите жульничать, Виктор Анатольевич? — спрашиваю с энтузиазмом.
— Далеко пойдешь, милая, — произносит просмеявшись, — Сейчас принесу. Интересно посмотреть на что ты способна, — и снова мы говорим не о шахматах. Во сколько лет у мужчин бес в ребро вселяется?
Играем мы долго, во мне напрочь пропадает желание казаться дурой. Отпускаю себя в попытке расслабиться. К моменту возвращения Кости, я уже трижды успеваю выпить чаю, столько же партий мы играем, со всеми возможными конечными итогами. И самое главное, в моей голове снова включается свет. Картинка немного размыта, но я вижу, что Костя не доволен увиденным, присутствие постороннего мужчины в спальне его напрягает.
— В доме есть медицинская сестра. Позову её, чтоб помогла, — Виктор приподнимается с кресла и подхватив доску направляется к двери.
— Не нужно, я сам, — произносит Константин в тот момент, когда я только собираюсь открыть рот и сказать тоже самое.
— От других существ ты бы её так охранял, как от людей, — невзначай произносит и выходит.
— Что он хотел? — спрашивает, стоит нам вдвоем оказаться.
— Развлекал меня, как мог.
— И как же
Не охренел ли ты мальчик? К сожалению, мне этот мальчик пока что нужен, надо терпеть. Делаю вид, что не слышала последнего вопроса. Прошу набрать лекарства, называя необходимые дозировки. Костя, который ещё сразу испытал некий шок, при виде моей синюшной конечности даже не спорит. Делает всё быстро и собранно, пока я протираю участок кожи спиртовыми салфетками. На моменте, когда игла прорывает кожу, он отворачивается… лекарства сложить. Я множество раз видела мужчин, которые не переносят вида уколов, да и просто игл.
— Спасибо тебе, — отдаю ему использованный шприц.
— Да ну брось. Я тебя сюда притащил. Пиздец какой — то, никак не ожидал, что нечисть такая может в душевую заползти, меня люди сильней беспокоят всегда.
— Профессиональное, ты с такими людьми работаешь. Мои люди чаще с…покойненькие, лежат себе смирно. А с живностью буйно сталкиваться приходилось.
Во взгляде Кости интерес появляется.
— В душ схожу и расскажешь. Договорились? — киваю в ответ, — Есть хочешь? — теперь ответ отрицательный. Не уверена, что завтра даже захочу.
Спустя минут пятнадцать он возвращается, и начинает допрос с пристрастием, ему интересно, какие животные дискредитировали себя в моих глазах максимально.
Немного подумав, произношу.
— Наверное, всё же собаки.
— Одно время их много водилось, когда я тут жил, до отъезда, стаи насмерть людей загрызали.
— С летальным исходом единожды у меня такой случай был. А так, для суда часто экспертизы проводить приходилось, — я немного задумываюсь, вспоминая случай из своей ранней практики.
— Ты собак не поэтому назвала, — говорит уверенно, ловя мой взгляд.
Я морщусь. Естественно не поэтому, но говорить особо не хочется.
— Ну давай же, а то подниму все дела, где твои заключки проходили. И очную ставку устроим.
— Вот на что бюджетные деньги идут. Понабирали, блин, любопытных, — стенаю, — Как — то девочку привезли, после специфической вечеринки, нехотя произношу.
— Зоо, — Костя не удивляется, скорее напрягается.
Киваю.
— У нас с ней в один день рождения, запомнилось. Ну в общем, её парень потащил её на это действо и… ты понимаешь, не хочу говорить. Она вырывалась по итогу, и кобель её загрыз. Там потеря крови ужасная была, что снизу всё изуродовано, что на шее до артерии разгрыз, — заканчиваю, разглядывая свои руки. Неловко становится, — Так что, женатые мужчины не худший вариант, если они не извращенцы, — лицевой нерв Кости дергается.
— Ты мне никогда не забудешь?
Складываю губки рыбкой и отрицательно головой качаю.
Глава 23
Домой возвращаемся на три дня позже планируемых дат. Отдых мне организовали отменный, если не считать моей невысокой мобильности. Отек заметно спал, но синева и боли остались. В «топ двадцать» моих знатных приключений встреча с представительницей многоножек попадет однозначно.
— О чем задумалась, Алён? — Костя отрывает меня от пустого созерцания заоконных полевых красот.