Dum spiro, spero
Шрифт:
Мы спускаемся на нужный нам этаж. Как только Атала объявляет, что тренировка открыта, Финник хватает меня за руку и тащит в оставшиеся секции, которые мы не успели пройти за эти два дня. Все оставшееся у нас время мы строим шалаши, учимся возводить укрепления, которые могут удержать стены пещеры, еще раз ставим силки. Время пролетает незаметно и вот, нас уже зовут на обед.
Трапеза протекает непринужденно, мы болтаем как и обычно. Впрочем, мы продолжаем общение и после того, как нас по одному начинают вызывать на показ перед распорядителями. Мы с Финником пойдем
– Уже придумала, чем удивишь их?
– Не знаю. Правда. Может быть, похвастаюсь умением пользоваться луком. Не знаю, честно. Придумаю. А ты?
– Тоже. Будем импровизировать.
Мы болтаем на непринужденные темы, пока, наконец, Финника не зовут в зал. Я сижу одна еще минут двадцать, пока и меня не приглашают. Я захожу, готовая ко всему. Едва я переступаю порог, в глаза сразу бросаются безгласые, стоящие у стены с яблоками на голове. Меня бросает дрожь от того, что в нескольких ярдах от них стоит стенд с луком и стрелами, как раз по числу людей.
– Добрый день, мисс Эвердин, - приветствует меня женщина, являющаяся одной из распорядителей. – Ваша задача заключается в том, что вы должны сбить яблоки с головы безгласых, стоящих у стены.
Я киваю и на негнущихся ногах подхожу к стенду. Беру в руки лук и замечаю, что они дрожат. “Так, Китнисс, ты чего? Не бойся. Тебе нужно просто сбить с головы этих людей яблоки. Ты же не должна убивать их!” Беру первую стрелу в руки и натягиваю тетиву. Выстрел, и я сбиваю яблоко. Как только я попадаю, безгласый молча выходит из зала.
Вроде бы все получается, но чем дальше, тем чаще бьется мое сердце, тем сильнее дрожь и тем больше пота стекает по моей спине. Пять, шесть, семь, десять, одиннадцать. И вот, наконец, последний безгласый. Молодой юноша выглядит слегка расслабленно, видимо понимая, что ему грозит не такая уж и большая опасность, раз я попадаю во все мишени. Я медленно принимаю стойку, натягиваю тетиву, готовясь к выстрелу, перевожу дыхание и выпускаю стрелу. Закрываю глаза, чтобы не видеть, как она летит, и краем ухо улавливаю странный полувздох -полувскрик. Открываю глаза и понимаю, что его вызвало. Я промахнулась. И, к сожалению, не туда, куда бы мне хотелось.
Я с испугом смотрю на молодого парня, брюнета с красивыми зелеными глазами, широко распахнутыми от ужаса. Моя стрела попала всего на дюйм ниже, чем нужно. Видимо, в последний момент у меня дрогнула рука, и поэтому я угодила в этого парня. Стрела была прямо во лбу. Я дрожу, с трудом сдерживая слезы и крики. Я только что убила невинного человека.
– Вы можете идти, мисс Эвердин, - не слишком твердым голосом говорит та самая женщина, что объявляла мое задание.
Лук выпадает из ослабевших рук, и я выбегаю из зала. В лифте прижимаюсь спиной к стене и даю волю слезам. Перед глазами все еще стоит тот зеленоглазый парень. Меня бьет дрожь, я обхватываю себя руками и закусываю губу, сдерживая крик. Едва двери лифта расходятся, я бегу в свою комнату, не обращая
Закрываю дверь на ключ и падаю на кровать лицом вниз. Не обращаю внимание на то, что Деметрий, затем Марцелла, а потом еще и Финник барабанят в дверь, требуя открыть и объяснить, что происходит. Я не могу остановить слезы, медленно впадая в истерику. Я захлебываюсь своими слезами; даже не могу представить, что меня так расстроило. Ну подумаешь, еще одной жертвой на моем счету стало больше, но ведь счет у меня уже идет на сотни, ведь на меня можно повесить еще и вырезанные при пожаре две трети населения Двенадцатого. Он не будет так заметен среди них…
Слезы у меня заканчиваются, и я медленно заставляю себя подняться, когда Мерцелла приходит позвать меня на ужин. Нет, еду я заказываю себе в номер, не собираясь сегодня появляться вне комнаты. Отпираю дверь и иду в ванную, где долго сижу в душе, чувствуя, как по моей спине текут струйки воды. Я медленно и с трудом иду к себе в комнату, где, не торопясь, ужинаю. Когда Деметрий зовет меня смотреть результаты показа, я кричу, что мне все равно, и я не пойду. Слышу, как ментор уходит, ругая меня последними словами.
Несколько минут я пытаюсь поудобнее устроиться на кровати и обхватываю руками маленькую подушку, представляя, что это кто-то дорогой для меня. Но тут дверь распахивается, и на пороге появляется Финник. У него растрепаны волосы, на нем синие джинсы и рубашка, не застегнутая на верхние пуговицы. Он смотрит на меня оценивающим взглядом, быстро подходит к моей кровати.
– Я не пойду никуда! – громко заявляю я.
Парень не задает лишних вопросов. Он забрасывает меня на плечо и идет в гостиную. Первые три секунды я пребываю в состоянии шока, а потом начинаю громко кричать и колотить его руками и ногами. Ну разве я могу сделать хоть что-нибудь Финнику, мышцы которого напоминают по твердости сталь?
– Поставь меня на место, Одейр! Верни меня назад в комнату! – издаю громкие вопли я, когда он заносит меня в гостиную и опускает на диван. Сам он совершает оплошность, усаживаясь рядом со мной, потому что я тут же начинаю бить его подушкой, которую подхватываю с дивана. Финник берет другую подушку и начинает защищаться. В итоге мы пропускаем первые десять оценок. Судя по всему, они ничем не примечательны, потому что и Деметрий, и Мерцелла молчат. Когда же Цезарь добирается до наших оценок, мы успокаиваемся.
– И, наконец, Финник Одейр. Одиннадцать баллов!
Я поздравляю его. Он довольно улыбается и благодарит меня. Нужно будет спросить, что он делал.
– И вот, Китнисс Эвердин. Она получает… двенадцать баллов!
Меня поздравляют, но когда спрашивают, что же я такого сделала, отмалчиваюсь. Благодарю всех за поздравления и спешу уйти к себе.
Принимаю душ, переодеваюсь в просторную футболку и короткие шорты. Когда я выхожу в свою комнату, то вижу Финника, сидящего на моей кровати. Он внимательно смотрит на меня и выразительно поднимает брови. В его случае это значит, что он спрашивает у меня, что случилось.