Дух камня

Фьюри Мэгги

Командир неохотно кивнул:

— Ну хорошо. — На некоторое время Гальверон впал в глубокое раздумье. — Алианна, — сказал он наконец. — Как ты думаешь, Пакрат согласится показать мне, где он нашел камни?

Она покачала головой:

— Не думаю, что даже дикие лошади с огненными крыльями сумеют затащить его на скалу во второй раз. С него довольно, Гальверон. Со всех нас. Мы не такие изнеженные, как те люди, что здесь укрываются. Мы убегали, прятались и сражались за свои жизни со времени первой атаки. Пакрат великолепный вор, но он сейчас не в лучшей форме. Ты не можешь даже представить, как трудно ему пришлось. Не думаю, что он сумеет забраться

на скалу во второй раз, даже если захочет. Он еще не очухался после прошлого подъема.

— Но это отчаянно важно. Ты не представляешь… Гальверон так сильно стиснул ее руки, что Алианна скривилась.

— Пусти, мне больно! Черт с тобой. Ладно. Я покажу.

— Ты? С ума сошла! Я не могу заставлять тебя. Особенно после прошлой ночи. Это было бы просто нечестно. Ты даже еще не пришла в себя.

Она пожала плечами:

— Со мной все будет в порядке. И потом, кому еще? У Алестана сломана рука. Пакрат и Гелина больше не полезут, даже ради спасения собственной жизни, и уж точно ты не можешь заставлять лезть туда детей. Тосель тебе пригодился бы. Вот кто умел лазить. Но Тосель мертв. Я — твоя единственная возможность. Можешь решаться или распроститься с этой мыслью. — Она яростно посмотрела на него. — Но я тебе кое-что скажу. Поставлю условие. Если я это сделаю, ты и твой проклятый иерарх будут в долгу передо мной до конца жизни. Я хочу лучшее место в этом Храме для моих друзей, лучшую одежду и лучшую еду и одеяла. И никто никогда больше не посмотрит на нас как на отребье из Каверн.

Гальверон стиснул кулаки.

— Тот, кто посмеет, — сказал он твердо, — будет отвечать передо мной…

Гиларра пялилась на кучу драгоценностей. Неужели есть надежда? Она едва осмеливалась поверить. Иерарх обернулась к Алианне.

— И твой друг говорит, что там гораздо больше? Он уверен?

Девушка поморщилась.

— Если он так говорит, миледи, то я ему верю. Когда речь заходит о наживе, Пакрат никогда не ошибается.

Опять этот Пакрат! Гиларра ощутила волну брезгливости при воспоминании о неухоженном, грязном подонке с хитрыми глазами. Не очень-то хотелось быть у него в долгу. Но отчаянная надежда, поселившаяся в ее душе, перевесила отвращение. Что ж, она может смириться на время с дерзкой девчонкой. Сейчас главное — вернуть кольцо и по-настоящему стать иерархом. Тогда не будет нужды зависеть от этого сброда.

Но пока Гиларра обратила свои мысли к насущным делам. Гальверон снова заговорил:

— Я пытался убедить ее отложить вылазку до завтра, когда она немного придет в себя после этой ночи, но она не хочет слушать.

— Ну, ты сам видел небо, — возразила Алианна. — Облака сегодня довольно высоко и даже есть отраженный свет от снега. Похоже, сегодня выдался самый яркий день за долгое время. Да и сама я не хочу ждать, Гальверон, не хочу, чтобы это висело на мне. Если Алестан узнает, он не успокоится, пока все не закончится. Жить изо дня в день рядом с ворчащим братом — не лучшее времяпрепровождение, уж поверь мне.

Гиларра затаила дыхание.

— Если ты так это воспринимаешь, думаю, ты должна покончить с этим как можно скорее, — сказала она. — Насчет неба ты, несомненно, права, неизвестно, сколько придется ждать следующего погожего дня. А Кайта? Она считает, что ты поправилась?

Алианна кивнула:

— Она говорит, что на мне все заживает как на кошке.

— Но

она не знала, к чему ты это спрашиваешь, — заметил Гальверон.

— Гальверон, мне кажется, Алианне виднее, как она себя чувствует, — поспешно проговорила Гиларра.

Она сознавала, что ее согласие вызвано вовсе не сочувствием к девушке, а лишь желанием как можно скорее выяснить, оправдается ли надежда вернуть кольцо иерарха, но не могла ничего с собой поделать. И потом, что может случиться с девицей из Каверн? Кажется, она недавно наглядно доказала, насколько крепкие тварюшки эти уличные проныры.

Гальверон пожал плечами:

— Хорошо. Если я остался в меньшинстве, мы должны донести радостную новость до твоего брата и отправляться. Уже почти полдень, и я не хочу…

— Минутку! — перебила иерарх. — Что значит мы? Ты, разумеется, никуда не пойдешь. Я не собираюсь снова рисковать тобой.

Командир ответил ледяным взглядом:

— Я, разумеется , пойду. Если Алианна хочет устроить себе новое приключение так скоро после вчерашнего, кто-то должен присмотреть за ней.

— С этим вполне справится и кто-нибудь другой, — заявила Гиларра упрямо. — Ты и сам был ранен не так уж давно. Или ты забыл, что ты командующий Мечами Божьими? Может, ты собираешься превратить в привычку вылазки, подобные вчерашней? Ты не имеешь права рисковать жизнью. Для этого у тебя есть солдаты.

— Возможно, вы правы, миледи. Тем не менее на сей раз я иду сам, — твердо сказал Гальверон. — Вы забыли о секретности миссии? Мы не можем послать никого другого. Никто не должен знать, что кольцо утеряно.

Проклятие! Он прав.

Гиларра вздохнула.

— Хорошо, — сказала она. — Кажется, у нас нет выбора. Мне остается только пожелать вам удачи.

Когда Гальверон и юная воровка ушли, долго сдерживаемая ярость выплеснулась наружу, исказив черты Гиларры гримасой.

Великий Мириаль, что же мне делать? Он, кажется, ни в грош не ставит мой авторитет и мое слово иерарха. А вот мы зависим от него — он командует Мечами Божьими и уже заслужил уважение как своих солдат, так и прочих людей в Храме.

Гнев Гиларры сменился ужасом, когда она поняла, что если дело дойдет до сколько-нибудь серьезного противостояния между ними, у нее нет ни шанса на победу.

Наверное, мне следует позволить ему предпринять столько дурацких эскапад, сколько он захочет. В конце концов мы научимся обходиться и без него. Он хороший человек, и будет жаль его потерять, но это сразу разрешило бы массу проблем…

Командир Мечей Божьих и воровка держали свой путь через Священные Пределы к домам бедняков рядом с черным провалом входа в туннель. Гальверон был напряжен и взволнован. Нет никакого сомнения, что за ними наблюдают. Он обеспокоено рассматривал стены каньона, хотя и знал, что это бессмысленно. Здесь, должно быть, сотни, если не тысячи углублений и ниш, выдолбленных в мягком золотистом камне. Крылатые твари могут прятаться где угодно.

Острый локоть впился ему под ребра. Алианна все еще кипела после разговора с братом, предварившего их экспедицию. Гальверон с удовольствием задушил бы всякого, кто расстроил ее в такой критический момент. Его ничуть не успокаивало понимание того, что только любовь и беспокойство толкнули Алестана на резкости, лишь бы не позволить сестре пуститься без него в столь опасную авантюру.