Дубликат
Шрифт:
Я замолчал и посмотрел с сомнением на Нику. Да, легко сказать. А если он продолжит по пятам за ней ходить и караулить? Если все-таки не успокоится и будет продолжать терроризировать ее звонками, смс-ками?!
– В понедельник я сам отвезу тебя на работу, а вечером приеду, заберу домой, - сказал я твердо. – И если этот мудозвон опять объявится, я поломаю ему ноги.
Ника в очередной раз попыталась возразить, но больше я спорить не стал. Закончилось все тем, что она крепко обняла меня, поцеловала в лоб, и мы закрыли эту тему.
Только я все еще чувствовал
Игнат, Игнат… Довольно мутная история. Откуда он вообще на нас свалился? То ли он опять пытается ухлестывать за Никой, то ли хочет отомстить, то ли еще чего. Но в одном я был уверен точно: щупальца, которые этот упырь тянет к Нике, нужно срочно обрубить, и чем скорее, тем лучше.
На улице тем временем стало совсем темно. Пробка немного поредела, и по мосту мы побежали чуть бодрее.
– Лучше расскажи, что у тебя на работе нового, – перевела тему Ника. – Я каждый день читаю ваш «Экспресс-инфо» и уже месяц не видела ни одной твоей колонки, ни одного серьезного расследования. Только новости про криминал и блевотные сплетни из светской хроники.
Я кисло улыбнулся.
– Все мои колонки командир забраковал из-за хреновой посещаемости. А сегодня заявил, что после испытательного срока нам придется с ним расстаться.
– Это еще почему? – округлила глаза Ника.
– Я денег им не приношу. Не вписываюсь в их редакционную политику. Жизнь-боль, короче говоря.
Ника удивленно посмотрела на меня.
– Но завтра намечается одно интересное мероприятие, на котором я смогу реабилитироваться, - сказал я, загадочно улыбнувшись. – Там будет сам Гофман.
– Это тот самый, который гендиректор в «Дубликате»?
– Именно, - улыбнулся я. – Отец всех дублей. Стив Джобс наших дней, царство ему небесное. Но я пока не буду ничего рассказывать, чтобы не сглазить. Сама потом зайдешь на сайт и все увидишь.
– Это будет лучшая твоя статья, что я когда-либо читала, - сказала она. – Или интервью. Или... Неважно, в общем. Что бы ты ни написал, ты будешь самым лучшим для меня.
Улыбнувшись, я поцеловал ее в макушку. Ника положила голову мне на плечо, а я обнял ее, прижав к себе.
Домой мы добирались еще час.
Глава 2
Я отвез Нику домой, а сам отправился в гараж – загнать машину и поставить дубля заряжаться. Потом я собирался взять такси и поехать в бар, в котором почти каждую пятницу мы встречались с лучшим другом Леней. Он уже позвонил мне и сказал, что будет ждать к восьми часам, как штык, на нашем коронном месте.
Мы с Никой жили в центре города, в уютном жилом комплексе, который я очень любил за тишину и обилие зелени.
Заехав во дворы, я словно оказался в другом мире, полностью отрезанном от остального города. Невысокие пятиэтажки из желтого кирпича уютно стояли рядом друг с другом, площадки были выметены до блеска, дворики засажены деревьями, цветами, всюду зеленели пятна аккуратного газона. Машины жильцов дремали либо в гаражах, либо на подземных парковках, и поэтому
Когда мы с дублем почти доехали до гаража, мимо «фольца» пронеслась какая-то шустрая тень. Я как раз пил «колу» из бутылки - и в этот момент почувствовал толчок, послышался звонкий удар железа об железо. Что?!
Дубль утопил педаль тормоза, и мы со скрипом остановились.
Я подавился «колой» и закашлялся, пролив ее на куртку. Тихо выругавшись, закрыл бутылку, посмотрел в окно. Какого хрена?!
Снаружи ничего не видно, лишь кирпичные дома и плотные ряды бледно-серых гаражей. Но звук ударил по ушам такой, словно мы что-то зацепили.
Или нас.
Отключив дубля, вышел из машины. Огляделся.
На блестящем корпусе «фольца» возле задней фары темнела свежая вмятина.
В двух шага от машины, посреди двора, лежал старенький синий велосипед с облупившейся краской на раме. Руль был перекручен, цепь слетела со звездочек, а переднее колесо еще вращалось. Рядом валялся черно-оранжевый рюкзак.
Я выплеснул наружу все ругательства, которые пришли на ум. Потом услышал тихий стон.
Рядом с бампером машины распластался мосластый белокурый мальчишка в джинсах и желтой майке. Лицо и волосы его запачкались в пыли, одна часть майки глубоко заправлена в джинсы, а другая небрежно торчала из-за пояса, словно парень одевался в спешке. Рука на локте пацана была разодрана, на лбу темнела свежая царапина.
Я подошел к нему поближе и слегка поежился от вида крови. Быстро же он мчался, раз так навернулся. Через руль, наверное, вниз башкой перелетел.
Охая, лихач поднялся и поймал мой напряженный взгляд. Лицо его позеленело. Он втянул голову в плечи и залепетал:
– Пппростите. Цепь… сслетела. Я нечаянно… Я ппросто… торопился.
Я взглянул на парня косо. Было непонятно, то ли он и правда заикается, то ли просто здорово перепугался.
– Ладно, гонщик хренов. Дуй за мной.
– Куда? – спросил он, и глаза его расширились.
Я не ответил, только молча сел в машину и плавно поехал к гаражу. Я ожидал, что парень тотчас сдриснет, но не тут-то было. Бедолага поднял свой искалеченный велосипед и покатил его за мной.
Горе-велосипедиста звали Ромкой. Он стоял в моем гараже напротив стеллажа с инструментами и почти не двигался. Держа в пальцах кусок ваты, смоченный в зеленке, я осторожными мазками обрабатывал ему рану на локте.
На одной из полок стеллажа лежала открытая аптечка, которую я достал из «фольца». В ящике стола в гараже нашелся флакон с зеленкой, который хранился здесь бог знает сколько времени среди разного хлама. Несмотря на пустяковое падение, мальчишка содрал локоть так, что кровь размазалась по всей кисти, и мне пришлось сначала промывать рану водой. Еще он, кажется, вывихнул руку - она распухла, покраснела. Видимо, он приземлился на нее.