Дубликат
Шрифт:
Повсюду сверкали на столиках и позвякивали на шатких вертящихся стойках мелкие безделушки, брелоки, пепельницы и прочая мелочь, повсеместно встречались поделки из оникса. Ювелирные украшения, жемчуг, дорогие сувениры ручной работы из золота и меди, фляги и оружие продавались не на улицах, а в небольших магазинчиках.
Обойдя несколько таких ювелирно-посудных лавок, отбиваясь на ходу от навязчивых продавцов, Гарману удалось купить себе пару больших фляг и клинок в красивых ножнах, хоть и сувенирный, но вполне пригодный после хорошей заточки к делу. Ключник бродил по рынку уже полдня, попутно выяснив, что в Эль-Хубар можно добраться
Внимание парня привлекла витрина магазина, где сиял огромный блестящий самовар с легко узнаваемой чеканкой калямзани, окруженный изысканными кальянами, также украшенными медными деталями ручной работы высокого качества. Полюбовавшись на витрину, Гарман поддался любопытству и вошёл внутрь.
Стены и даже часть потолка были увешаны разнообразными по назначению товарами, складывалось впечатление, что магазинчик торгует всем подряд. Под стеклами прилавков соседствовали ювелирные изделия, часы, ножи, пепельницы и другие сувениры, не объединенные между собой никаким общим назначением. На стенах красовались хорошо выделанные шкуры, ковры и яркая праздничная одежда, медные тарелки и гравюры, декоративные маски и всевозможное оружие.
В целом, магазин производил впечатление скупки или ломбарда. Продавалось много всякой всячины вперемешку, будто со всего рынка каждый торговец принес что-то не самое нужное и оставил в этом странном месте на продажу.
С левой стороны в ряду металлических изделий, приютившись рядом со старинным седлом и саблей в потертых ножнах, чуть покосившись, на крюке висела маска, исчезнувшая при загадочных обстоятельствах из сумки ключника. Сердце юноши застучало сильнее, к вискам прилила кровь. Гарман поспешно отвел глаза, стараясь сохранять спокойствие и ничем не выдать своё волнение. Взяв в руки небольшой кальян, он начал внимательно его разглядывать, лихорадочно обдумывая, какие действия предпринять.
Чернокожий продавец, внимательно отслеживающий перемещения покупателей по тесному заставленному товарами помещению, пристально смотрел на юношу, ожидая вопроса.
— Покажи-ка мне вон тот нож, — попросил Гарман снять со стены длинный клинок, вернув ненужный ему кальян на место. Не прикасаясь к товару, лежащему на прилавке, он поинтересовался: — Сколько стоит?
— Тысяча долларов, — провозгласил продавец. — Ручная работа, старинная вещь. Посмотри, какая сталь!
— Дорого! В цене уступишь? — попробовал начать торг юноша, в панике начиная догадываться, что на маску у него может попросту не хватить денег.
— Хорошая цена за такой товар! — резко вскинув голову вверх, продавец заученно пояснил: — Скидку может седлать только хозяин. Его сейчас нет. Бери клинок, не пожалеешь!
Торговаться по всем правилам ключник толком не умел, хотя не раз наблюдал серьезный и обстоятельный торг учителя и клиентов во время переговоров о цене за работу, с чаепитием, угощениями и неспешными беседами. Сильно волнуясь, юноша помотал головой, показывая продавцу, что нож ему не интересен.
— Что там за маска висит? Дай-ка взгляну, — произнёс парень, стараясь не выказывать свою заинтересованность.
— Один момент! — продавец проворно вытащил лестницу, снял изделие и, обтерев рукавом несуществующую
Взяв в руки маску, Гарман убедился в том, что не ошибся, нащупав свою метку. Названная цена оказалась непомерно высокой, юноше явно не хватало требуемой для покупки суммы. Похоже было, что в этом странном магазине вся торговля начиналось с цены в тысячу долларов. Теперь следовало приложить все свои старания, чтобы уйти из этого магазина с маской. Не особенно рассчитывая на успех, он решился и неумело начал торг:
— О какой позолоте ты говоришь? Взгляни на тыльную сторону — маска сделана из дешёвой меди, — стараясь быть убедительным, он продолжил: — Что это за царапины снизу? Вот ещё какая-то вмятина! Снижай цену! Посуди сам — кто станет покупать такую негодную вещь?
— Ладно. Бери за восемьсот долларов! Дешевле отдать не могу, — продавец, к удивлению Гармана, легко сделал некоторую уступку в цене, что воодушевило неопытного покупателя.
Удручено покачав головой, юноша с огорченным видом собрался вернуть маску продавцу, но чернокожий продавец сам продолжил диалог, ещё немного сбавив цену:
— Тебе же нравится, я вижу. Хорошо, шестьсот — и забирай!
Их беседа привлекла внимание двух бедуинов, рассматривавших в углу лавки высокий кальян с резной хрустальной колбой. С интересом поглядывая на юного покупателя, они ждали, чем закончится торговля.
Видимо, продавец был рад избавиться от странного товара, на который случайно обратили внимание. Как только вошедший в роль Гарман повернулся спиной, делая вид, что уходит из лавки, он тут же услышал подходящую цену — пятьсот долларов. Недолго думая, он достал все имеющиеся у него деньги: американские доллары, местные динары, полученные на сдачу после покупок здесь в Манаме и немного иранских риалов. Отчаявшийся юноша рисковал, ведь остаться совсем без копейки значило поставить под угрозу дальнейшее путешествие. Но сейчас он думал только о том, как вернуть пропажу.
Пересчитывая деньги и пытаясь сообразить, хватит ли их на покупку, парень бросил на бедуинов умоляющий взгляд, молча попросив помощи в торге. Один из них неспешно приблизился к маске и, взяв ее в руки, состроил презрительную гримасу, которую можно было истолковать двояко. Второй бедуин чуть подыграл ему, понизив голос и сказав так, чтобы слышали все: «Дешевая подделка, не иначе». После чего мужчины демонстративно отвернулись от продавца с товаром и принялись оживленно обсуждать длинный клинок в старинных ножнах, висящий на стене.
Продавец ещё сбавил цену до четырёхсот пятидесяти долларов, заявив, что больше ничего не может сделать для покупателя. Потом под пристальным взглядом Гармана он долго пересчитывал и переводил по курсу стопку разной валюты, разложенную на прилавке. В результате ненужные риалы и две сотни долларов он вернул покупателю, старательно упаковал маску в пластиковый пакет и, довольный сделкой, поспешил к ожидавшим его с кальяном и клинком бедуинам.
Юноша рванулся прочь из нескончаемых торговых рядов, крепко прижимая к груди покупки, и пришёл в себя лишь в нескольких кварталах от базарной суеты. Он не ожидал, что ему так повезёт, даже не рассчитывал на такой подарок судьбы. Разыскав закусочную, где он снимал комнату, Гарман тщательно упаковал объемные покупки и своё бесценное имущество, с трудом закрыв баул.