Дублёр мужа
Шрифт:
Он сказал — “Будет хуже, Лесь.”
Что хуже? Ему или мне? Что он начнет творить?
— Завтрак, — отзывается Рома из-за моей спины.
Я смотрю на сервированный столик и не могу поверить, что не услышала шум. Так увлеклась мыслями, что ничего не заметила вокруг. Рома садится на высокий стул и добавляет в кофе порцию сливок.
Он успел принять душ и выглядит свежим и сосредоточенным. Видно, что он думает о работе, пытаясь разрулить жесткие дедлайны, которые обрушились на него из-за меня. Он задержался в городе и, судя по всему, не собирается никуда улетать
— Ты не обязан охранять меня, — сажусь напротив него и подтягиваю свою чашку кофе к себе. — Я всё понимаю…
— Я останусь. Ты не против?
— Нет. Конечно, нет.
Я знаю, что Рома увезет меня, если я попрошу. Только что решит бегство?
И у меня две незакрытые сделки, которые держат меня на работе. Я никогда не была карьеристкой, но мне пришлось выстраивать свою жизнь почти что с нуля, когда пропал Олег. После его исчезновения ушли огромные суммы со счетов и загородный дом, а также сильно поредела телефонная книжка. Зато появились люди, которым он оказался должен пугающие суммы. Я продала машины, гараж, всякое по мелочи и взяла кредит, чтобы выплатить его долги и не лишиться квартиры.
Мне чудом удалось выплыть, и я вдруг обнаружила, что очень непритязательна в быту. Как оказалось, многие роскошные привычки мне достались от Олега, потому что для него слово “статус” имело почти сакральный смысл. А я продала подаренный им белый Mercedes и через полгода со спокойной душой пересела на подержанный Hyundai.
— Ты же разговаривала с Олегом? — отзывается Рома, когда пауза затягивается.
Черт, я с самого утра кручу столько всего в голове, что с трудом отвлекаюсь на разговор. И Рома, конечно, всё замечает.
— Да, он настаивает на встрече.
— Тебе в любом случае придется ехать в квартиру. Документы, личные вещи…
Я обреченно киваю.
— Разговора не избежать, да? — заключает Рома, когда я так ничего и не произношу. — Мы все взрослые люди и попали в невозможную ситуацию. Но с ней надо разбираться…
— Ты прав, Рома, я только жду, когда он чуть успокоится.
— А если нет? Я вчера понял, с кем имею дело, — он пожимает плечами, показывая, что и хуже видел. — Я не боюсь его и тебе не нужно. Я поеду с тобой и прослежу, чтобы он не позволял себе то, что позволил вчера.
Он коротко указывает на мои плечи и напоминает, как Олег жестко схватил меня и затащил в квартиру.
— У тебя остались синяки от его рук, — он сглатывает и я вижу, как ходят желваки под натянутой кожей.
Странно, я принимала душ и не заметила ссадин на предплечьях. Но сейчас опускаю глаза и смотрю на то, что видит Рома. То, от чего ему дурно. Свежие полоски от злых пальцев Олега. Штрихи совсем легкие, едва заметные, все-таки это не удары, а следы от захвата, но смотрится скверно и я ежусь. А потом поправляю рукава махрового халата, чтобы прикрыться.
— Он заведется сильнее, если увидит тебя рядом со мной, — произношу спокойным голосом. — Ты для него как красная тряпка, ты же понимаешь?
— Мне как-то плевать на его ощущения, — Рома во второй раз
— Например?
— У него было раньше оружие?
— Боже, Рома!
— Я уловил две вещи на пороге вашей квартиры. То, что он вспыльчивый, и то, что он не считает, что два года отсутствия аннулируют брак. Он схватил тебя, как вещь…
— Он завелся, да. Это из-за ревности.
— Ты его оправдываешь?
— Нет, Рома, нет, — я опускаю глаза и пытаюсь придумать, что добавить, я чувствую его правоту, но внутри постепенно спутывается неразрешимый клубок, который я боюсь даже трогать.
— Я не говорил тебе, но я узнавал о тебе по знакомым. Прости, но я многое знаю. Знаю, что он бросил тебя с долгами и свалил, чтобы избежать ответственности. Я был уверен, что он жив, и понимал, что рано или поздно он вернется. Только вот надеялся, что успею больше до его возвращения.
Я смотрю в его глубокие глаза и ловлю себя на мысли, что он успел преступно много. Так быстро и так прочно, что меня тянет к нему и хочется постоянно быть рядом. Чувствовать жар его тела и крепкий запах с сандаловыми нотками. И слышать уверенный низкий голос, который частенько хрипит развязными нотками.
— Выбери людное место, — добавляет Рома. — Мы встретимся там с ним и поговорим.
Так и происходит. Я пишу Олегу, назначая встречу в кофейне рядом с химчисткой. Сперва отсылаю адрес, а потом ловлю себя на нехорошем совпадении. Именно с этой химчистки начинал Олег.
Муж купил химчистку у одного приятеля через полгода, как мы расписались, и был счастлив до безумия. Кружил меня на руках и шептал, что всё только начинается и что он добьется всего ради меня, сделает самой счастливой и богатой, и что я никогда не пожалею, что выбрала в мужья именно его. Я шумела на него и просила опустить на пол, потому что голова кружилась без всяких богатств, а он не слушал и влажно жадно целовал.
Как вчера… Удивительно, как память записывает некоторые моменты жизни, сохраняя каждую крупицу.
Рома отвозит меня в офис и с тяжелым сердцем отлучается по своим делам. Он берет с меня обещание звонить по любому поводу, даже если меня испугает собственная тень. Я улыбаюсь на его подколы и встаю на носочки, чтобы сладко поцеловать. А потом смотрю, как он спускается по ступенькам и идет к своей Ауди, уже разговаривая по сотовому.
Я вдруг припоминаю, как листала его страничку в соцсети. Я наткнулась на фотографии со взлетной площадки, где на нем была болотная военизированная куртка и большие наушники для радиосвязи. Авиаторские очки эффектно бликовали на ярком солнце и Рома казался невозможным красавчиком из рекламы. На ум сразу приходили стильные ролики с мужским парфюмом или с наручными часами, которым не страшны любые перегрузки и высоты. Рома был слишком красив для пилота, пусть и с правительственными наградами, и я надолго зависла на его фотках и, кажется, еще тогда влюбилась.