Дублёр мужа
Шрифт:
— Нет. Я говорю “нет”. Все, что происходит сейчас, происходит из-за того, что ты сильнее меня.
— Хорошо, как ты хочешь?
Он встряхивает головой, но наваждение никуда не уходит. Он слишком пьян, а я слишком близко. Я перестаю верить, что смогу выкрутиться, смотрю на него и вижу, что он исчерпывает последние секунды благоразумия. Что его вот-вот прорвет и он пошлет всё к чертовой матери. Он тоже соскучился по мне, но по-другому, по-мужски… до зубного скрежета и жажды получить свое любой ценой.
Я же его.
Он так и сказал, когда надел кольцо мне на палец.
— Вылизать
— Хватит! — я взрываюсь вспышкой, но это ничего не меняет. — Олег, тебе нужно принять душ. Ты пьян и тебя несет…
Я вскрикиваю от душных ощущений, когда он вновь толкается в меня пальцами, а следом подтягивает под себя, раздвигая ноги.
— Он лизал тебя? Мм? Или ты его? — на его шее проступают жили от зверского напряжения. — Понравилось?
Вот и злость проглянула. Она борется в нем со страстью и нагревает кровь до адских значений. Я сгибаюсь пополам и вонзаюсь пальцами в его плечи, но ему плевать на боль, он все равно фиксирует меня на месте и опускается лицом между моих ног.
— Ааа…
Как разряд тока.
Пронзительный и оглушающий.
Олег ведет языком по моей чувствительности и опаляет горячим дыханием нежную кожу. Я еще пытаюсь оторваться от него, отползти или хотя бы чуть отодвинуть, но вскоре сдаюсь и опадаю на пол. Закрываю лицо ладонями и закусываю губы, потому что его губы ласкают меня остервенело и одновременно нежно. Так, как умеет только он. Он целует и обводит языком мои складочки, терзает и надавливает на набухшую горошину. Помогает себе умелыми пальцами и забирает меня из реальности в два счета. Я вдруг оказываюсь в липком море неправильного удовольствия, я не должна, но откликаюсь, хочу больше и сдерживаю протяжные стоны из последних сил.
Он знает, как я люблю.
И он делает…
Толкается в меня языком, а потом накрывает большим пальцем самое чувствительное место. Хватает секунды, чтобы я выгнулась дугой перед ним и забилась от распирающего меня изнутри удовольствия, яркого, пошлого, необузданного.
— Да, да, — выдыхаю над его головой, которую тесно обняла руками на пике, и соскальзываю вниз.
Олег ловит меня и прижимает к своей груди.
— Как раньше, — произносит он и проводит ладонью по моему лицо, собирая капель пота. — Тише, тише… Я дома, маленькая, с тобой.
Глава 15
Я упираюсь лбом в каменную грудь мужа и ищу воздух. Чистый воздух, а не тот, что насквозь пропитан тяжелым мужским запахом. Захлестнувшая меня с головой пульсация начинает утихать и я выставляю локти, чтобы найти хоть какую-то дистанцию. Подальше от его горячего и несправедливо сильного тела. От его жадных рук. И подальше от памяти, которая тянет меня к нему стальными канатами.
— Доволен? — ловлю его потемневший взгляд. — Всё, я могу быть свободна?
Олег теряется на мгновение. Он ожидал другой реакции и поэтому берет короткий тайм-аут, чтобы привыкнуть к моему грубому тону. А я злюсь! На него и на себя! На проклятую слабость, с которой не знаю,
— Ты ненавидишь меня?
— Что?
— Презираешь? Хочешь убить? Что, Лесь?! Скажи, я сделаю. У тебя остался мой ствол? Пойдем, я пущу себе пулю в лоб, чтобы тебе полегчало.
И он на самом деле порывается, чтобы встать на ноги.
— Его нет, — недобро выдыхаю ему в лицо. — Я избавилась от него.
— Ну нож на кухне точно найдется.
— Ты совсем поехал?
— Чуть-чуть есть.
— Будешь шантажировать собственной жизнью? Как же это низко…
— Да мне плевать на нее! Когда ты уже поймешь?! Меня нет без тебя, я почти свихнулся на расстоянии, держался только мыслью, что вернусь. Что ты ждешь меня.
У него перехватывает дыхание и он опускает лицо, чтобы продышаться. А потом как лампочка гаснет, раз и нет той обжигающей силы в его темных глазах.
— Мне нужно в душ, — произносит он. — Не хочу говорить с тобой по пьяни.
Скорее всего, дело в алкоголе. Усталость догоняет его и он не в силах больше ругаться со мной.
— Иди, — киваю и ловлю ладонью борт комода, чтобы подтянуть себя наверх.
Но Олег поднимает меня сам. Он встает вместе со мной и усаживает на чертов комод, как куклу, а потом фокусирует взгляд на моем лице и грустно улыбается. Поднимает ладонь и ласково проводит по моей щеке, сбивая с толку окончательно. Вслед за голодной жаждой, с которой он накинулся на меня и едва не перешел грань, в его касаниях просыпается настоящая нежность.
— Я люблю тебя.
Его улыбка на жестких губах становится еще грустнее. Обреченнее…
Олег отталкивается от комода и сворачивает в коридор, откуда вскоре хлопает дверь ванной комнаты. Я сижу и слушаю эхо короткого хлопка, и не могу ухватиться ни за одну мысль. Непонятные вспышки в мозгу, их так много и они сталкиваются, закручиваются в неразрешимый клубок.
Я прихожу в себя, когда понимаю, что плачу. Быстро утираю слезы и иду на кухню, чтобы умыться. На автомате нажимаю кнопку электрического чайника и достаю чашку. Одну, как привыкла за долгое время. Я смотрю на ряд кружек на полке и почему-то не могу решиться достать вторую. Я так сомневаюсь, словно от моего решения зависит начало Третьей Мировой.
Я выключаю чайник и больше не хочу кофе. Бью себя по щекам, чтобы прийти в норму, и вспоминаю, что Рома сказал мне “до завтра”. Уже завтра! Оно наступило.
— Лесь? — посаженный голос мужа доносится из коридора.
— Что?
Иду навстречу и выглядываю из дверного проема.
— Я могу лечь здесь? Я без сил, вот-вот вырублюсь.
— Спи, не зря же делал дубликат.
— Не уезжай, нам бы потом поговорить.
Олег резко выбрасывает ладонь вперед и упирается в стенку, чтобы устоять на ногах. Он пошатывается, так что я вижу, что он не врет насчет “вот-вот вырублюсь”. Его взгляд плывет и кажется, что еще минута и он заснет прямо на ногах.