ДСВ. Книга 2
Шрифт:
— С чем пришел? — не очень-то любезно спросила Джефранка.
Андио Каммейра вмиг посерьезнел и нахмурился.
— Нужно, чтобы ты отправила на юг княжества людей: и адальгарцев, и талмеридов. Там затевается восстание, скоро должно грянуть. Нам нужно оказаться в тех краях раньше имперцев.
— Ну да, понимаю. Скажи, сколько людей и… Адальгарцев я отправлю, но талмеридов… Они с большей охотой слушаются тебя и Виэльди, я же для них так… Будто завоеванная. Не видят они во мне свою правительницу, — она фыркнула, но, вспомнив Имидио и кое-кого
— Конечно, княгиня. — Каудихо прислонился к стене и побарабанил по ней пальцами. — А как они увидят в тебе правительницу, если ты им ничего не приказываешь? Так почему бы не начать приказывать? Сейчас самое время. Да, я бы и сам мог… Но разве нужны нам новые пересуды, что в Адальгаре якобы степняки всем заправляют? Нет, совсем не нужны, так что давай лучше ты. Главным над талмеридами сделай Лиредио из клана Каммейра… ну то есть из нашего клана. Он опытный воин, решительный, при этом осторожный, и люди его уважают. Справится. А там и Виэльди вернется.
— Виэльди? Что же, и он отправится на окраины? Воевать?
Этак она скоро его лицо забудет… Хотя нет, к чему себе врать? Не забудет. К сожалению.
— Уж как сам решит. Вся беда в том, что наместник слишком осмелел, поэтому моему сыну, возможно, придется… — он отлепился от стены и, словно догадавшись о мыслях Джефранки, шагнул к ней и сказал: — Да не печалься так, девонька. Догадываюсь, что мой наследник не подарок и все время в разъездах, но… все-таки он не плохой, а?
Лучше бы плохим был… Тогда Джефранку не мучили бы ни его безразличие, ни его ласка из жалости и долга.
— Вот лучше бы на мне ты женился! — в сердцах, не подумав, выпалила она. — А не своего сына заставлял! Куда легче было бы! По тебе бы я не…
Она осеклась: и как эти глупые слова вообще с губ слетели?
Внимательный и чуть насмешливый взгляд Андио Каммейры заставил ее отвести глаза.
— Что «по тебе бы я не…»? Не скучала? Не страдала? — он усмехнулся и прищурился. — Признаюсь, если бы заранее знал, что Хашарут все равно не успокоится, то женился бы. А что? Заполучил бы и Адальгар, и красавицу.
— Адальгар ты и так заполучил, — буркнула Джефранка, пытаясь не выдать смущение. — Через сына.
— Но не красавицу, а? — он снова усмехнулся, а потом снова стал серьезным. — Ты не можешь простить, что я заставил тебя смотреть на пытки, да? Что из-за этого… из-за меня ты не выносила ребенка? Поэтому я так тебе не нравлюсь?
Нет, не поэтому… Ребенка ее лишила мразь-Ишка, каудихо же Джефранке не нравился, потому что пытался управлять людьми исподтишка, иногда так, что те и не догадывались, что ведомы чужой волей. Мать, омрачившая детство, была такой же. Правда, делала это грубее, более явно…
Она так и не ответила на вопрос Андио Каммейры, спохватилась только когда он махнул рукой и сказал:
— Ладно, я понимаю… Ты права… Тем больше ценю, что умеешь отодвинуть чувства ради общего дела. Моя дочь так и не научилась этому…
— Разве дочерей не матери должны воспитывать?.. — спросила Джефранка, чтобы не молчать.
— Моя Итсуль… Мать Данески слишком рано умерла.
— Почему ты еще раз не женился?
— Достойная не нашлась, — отчеканил каудихо и сдвинул брови: кажется, разозлился. — Но хватит вопросов. Я не о том пришел говорить. Присядем, княгиня. Подумаем, сколько людей отправить на запад и как скоро.
Только тут Джефранка заметила, что все еще держит в руках веретено, а пальцы лежат на льняной кудели. Отложив все в сторону, она опустилась в кресло и сказала:
— Я слушаю, каудихо.
Андио Каммейра начал говорить, но тут в дверь настойчиво застучали.
— Да что за напасть… — проворчал он. — Ладно уж, прими.
— Войдите! — сказала Джефранка.
Вошел не кто-нибудь, а глава дворцовой стражи.
— Великолепная княгиня, достославный каудихо, — он отвесил поклон. — В порт прибыл имперский корабль, а на нем — императрица Шахензи.
— О! — воскликнула Джефранка и оглянулась на Андио Каммейру. — Надо устроить ей торжественную встречу.
— Нет, не надо, — отрезал каудихо и пояснил: — Она с дороги, устала. Не стоит утомлять ее торжествами. Думаю, нас с тобой хватит, чтобы достойно встретить императрицу в порту.
Он улыбнулся, но ни в голосе радость не слышалась, ни на лице ее не было. Он что, не желает видеть собственную дочь? Но почему? Даже Джефранка рада ее приезду. Она хорошо помнит доброжелательную талмеридку, которая приютила ее, просительницу, в отдельных покоях, да еще приставила служанку.
— Виэльди будет счастлив встретить здесь сестру, когда вернется, — сказала она в надежде, что каудихо хотя бы за сына порадуется.
Не тут-то было. Он отпустил стражника, затем сощурил глаза и, покосившись на Джефранку, буркнул:
— А вернется он уже вот-вот… Не сегодня-завтра.
Андио Каммейра и возвращению сына не рад? Да что с ним такое?
Сарэнди дал Данеске столько плащей и шкур, что их тяжесть давила на плечи, зато при всем желании не получилось бы замерзнуть. Казалось — лежи и спи целыми днями, чтобы скоротать путь. Но какой уж тут сон, если мутит, да еще нетерпение с ума сводит. Вот она и стояла у борта, вглядываясь то в сизо-черные, как сажа, волны, то в размытую дождем и снегом даль.
Быстрее бы добраться! Там, впереди, ждет родная Талмерида, теплая Талмерида! Там отец, дед, вторая мать, там друзья! А в Адальгаре, куда прибудет корабль — Виэльди. И пусть рядом с ним будет распроклятая княгиня, это неважно. Хотя бы увидеть его, услышать любимый голос!
Скоро, уже скоро!
Вот корабль причалил к пристани.
Вот кто-то из береговой охраны помчался ко дворцу. Спустя же недолгое время в порт въехали два всадника в сопровождении пешей стражи. Это Виэльди и Джефранка! А кем еще они могут быть?!