Дроу для мести
Шрифт:
Некоторое время мы просто сидели друг напротив друга наслаждаясь горячей водой и пышной пеной. Невинные прикосновения будоражили, но все еще могли оставаться просто лаской.
– Как думаешь, чего хочет мэр? – спросила я слегка поддаваясь вперед, чтобы намочить и помыть волосы. Моя грудь поднялась над водой, но пена в основном все скрывала.
– Он знает, что ты белая, так что вряд ли попросит убить соседа. Скорее хочет больше урожая.
Его рука соскользнула с бортика, холодные пальцы нащупали мою лодыжку и стали мягко массировать.
–
– Так не интересно. Я в любом случае выиграю, – он опустил вторую руку в воду погладил лодыжку и потянул вверх, поднимая мою ногу так, чтобы она уперлась ему в плечо. – Исполнять твои желания одно удовольствие, Лавиния.
Он придвинулся ближе и поцеловал мое колено. Я еще раз опустила голову в воду, чувствуя как Зан поддерживает меня и глядя в потолок предположила:
– Скорее всего, он хочет чего-нибудь для себя. Привязать покрепче жену, или омолодиться… или если он изворотлив, то что-нибудь пострашнее: подчинить кого-то, или усмирить непокорную дочь…
Белые жрицы не так сильно отличаются от черных, как мне казалось, и некоторые люди умели подобрать слова так, чтобы просьба выглядела приемлемой. Приходилось принимать это как данность и балансировать, осторожно выбирая кому можно отказать.
Зан почувствовал, что мои мысли уплыли в сторону, а в груди разлилась едкая злость. Отвлекая меня, он провел ладонями по моим ногам, улыбнулся и коварно потянул меня на себя.
– А я побуду оптимистом. Предположу, что он попросит облегчить боль старушке-матери или вылечить жену от бесплодия.
Я устроилась на его коленях и зарылась пальцами в мягкие волосы, не расплетая косы, но все же портя прическу. Такой способ отвлечения был мне по душе.
– Дроу-оптимист, – хмыкнула я упираясь лбом в его лоб, – надеюсь, что ты выиграешь этот спор.
Я поцеловала его медленно, нежно, приглашая в эту чувственную игру, надеясь забыть обо всем. Он следуя моему ритму отвечал мягко. Его руки легли мне на спину, опустились к бедрам. Тёплая вода качнулась, дополнительно лаская кожу.
Он подтянул меня ближе. Моя грудь коснулась его, и я услышала, как меняется его дыхание. Пены между нами уже не осталось. Кожа к коже, я прижалась еще сильнее, слегка подвигала попой, намекая, что готова, и Зан не стал томить меня.
Его крепкие руки держали меня так, будто я могу улететь, бросить его, раствориться, хотя это вообще-то он умел шагать через тени, и он уже один раз чуть не оставил меня.
Всякий раз вспоминая об этом, я только сильнее вцеплялась в его плечи или в волосы, смотря что было ближе.
Но в этот момент между нами не было настоящей злости или борьбы. Наоборот тягучая всепоглощающая нежность. Его мягкие волосы ласкали мои пальцы, губы покрывали поцелуями шею и грудь, пальцы скользили
Из глубины поднималась волна тепла, и я сжала его плечи сильнее, ускоряясь, поймала момент, когда меня настигла вспышка. Зан привычно зажмурился, прижимаясь лицом к моей груди, он тоже дрожал, разделяя удовольствие и пережидая, когда Пламя в моих глазах погаснет. Оно всегда было готово пожрать нас обоих, под видом ровного, чистого сияния.
Когда дыхание выровнялось я осторожно сползла с Зана, но он до последнего поддерживал меня, не отпуская. От этой заботы, от преданности в его глазах я иногда забывала дышать.
Он все же убрал руки, и я услышала тихое:
– Кажется план был помыться.
– Ага, еще один отличный план, – улыбнулась я, – развернись, помою тебе голову.
Если Зан и удивился предложению, то не показал этого, он осторожно пересел, всколыхнув в ванне волну приятно окатившую тело. Даже не жаль что я испарила половину воды, зато нас окружал теплый пар.
Расплетать и заплетатть его косы стало одним из редких удовольствий. У меня все еще кололо кончики пальцев, но от того сие действо ощущалось еще приятнее. Как тепло прижавшегося ко мне крепкого тела.
Меня давно перестали пугать его шрамы, я их просто перестала замечать. Эта часть истории осталась в том прошлом, в котором не было меня и о котором я предпочитала не спрашивать. Иногда он что-то рассказывал, но явно щадил мои чувства и не хотел жалости.
Промыв его волосы я просто прижалась к нему, нуждаясь в его тепле.
– Лавиния, – позвал он пару минут спустя, мягко погладил руку которой я обхватила его живот, – Ты много боли сегодня забрала?
– Достаточно, – я поморщилась не желая вспоминать просителей. Не то, чтобы я чувствовала боль, которую забирала, но я всегда чувствовала, как сила проходит через меня, и это не всегда приятно.
– Отдашь мне? – спросил Зан так, как будто это было просто. Но за этими словами скрывалось глубокое настоящее желание.
– Сегодня? – горячая вода и наша близость уже прилично расслабили меня.
– Можем опробовать ту веревку, что я купил в прошлом городе, – соблазнительно протянул он, и у меня снова потянуло низ живота, а грудь потяжелела.
Я прекрасно помнила о какой веревке он говорил. Времени и желания до сих пор на долгие игры не было. Но после его слов всякую сонливость мгновенно сдуло.
Он помог мне вылезти из ванной, подал полотенце. Все это было привычно, приятно, но недостаточно.
– Принеси мне черное платье.
Он безошибочно нашел в сумках нужный кусок ткани. Платьем его называли только черные жрицы иномирянки, но для наших целей это кружевное нечто подходило как нельзя лучше. В прошлом я бы не рискнула надеть подобное даже наедине с собой. Но все же Пламя что-то изменило. Сделало меня иной. Более свободной.