Дримеон

Валентеева Ольга

Темный не ответил. Его ладонь опустилась на лоб молодого человека, и Артемий вскрикнул от раздирающей тело боли. Мир вокруг окрасился в алые тона. Ларет вырывался, но ничего не мог сделать. Что-то тащило его за границы сознания. Туда, где он не сможет помешать планам врагов. Туда, где ему суждено остаться навеки…

Алексис убрал руку. На него смотрели ясные, но безжизненные глаза.

— Ты готов? — спросил Темный. — Готов покорить Землю и расширить власть дримов на её пределы?

— Готов, — кивнул новый Артемий Ларет.

— Тогда вперед. Нет смысла откладывать наш план

в долгий ящик.

— Ты прав, — ответил король и широко распахнул двери кабинета. Он направился в тронный зал и вышел на балкон, с которого обычно произносил приветственные речи. Внизу, под окнами, колыхалась и бурлила огромная толпа дримов со всех концов мира снов. При виде повелителя они загудели, зашумели, завыли, как единый организм.

— Обитатели Дримеона, — воззвал Ларет, — наконец-то настал наш час! Хватит жить в тени пресмыкающихся людишек, которые не признают нашего существования и считают, что в состоянии контролировать нас. Мы должны править. Мы должны диктовать условия. Я призвал стражей, чтобы они исправили врата и открыли нам путь. Больше они нам не нужны. При встрече помните, что они — враги Дримеона, и ваша цель — уничтожить их, стереть в порошок. Сегодня для Дримеона начинается новая эра. Теперь люди будут не нашими хозяевами, а рабами. Их жалкие тела созданы для этого, в то время как мы — высшая раса. Решите для себя, чего вы хотите. Оставаться иллюзией или бороться за новый мир, где дрим будет стоять выше человека. Кто готов бороться за будущее Дримеона — за мной, к вратам!

Артемий быстро спустился по лестнице в дворцовый двор.

— Позвольте, мой король, — накинул Алексис ему на плечи алый плащ.

Артемий вскочил на черного, как ночь, коня и поскакал к ближайшим вратам. Дримы ринулись за ним. Вскоре впереди замаячил темный круг. Ларет прикоснулся к нему — и портал засиял.

— Вперед, мой народ! — полетел над равниной его клич.

Дримы хлынули во врата. Артемий наблюдал, как они один за другим исчезают в круге света. Но если дримы могли воплотиться за вратами в физической форме, то у Ларета был двойник. И с ним приходилось считаться.

— Жду вас на Земле, мой король, — подошел к нему Алексис.

— Скоро буду, — пообещал правитель Дримеона. Он закрыл глаза и почувствовал, как его уносит теплый поток. Ему больше не нужен Брик, чтобы попасть в человеческое тело. Только его воля, только его сила.

Артем Лаптев ворочался с боку на бок. После похорон ему снились кошмары. Он проснулся посреди ночи, и теперь мог только вглядываться в темноту комнаты. В голове крутились самые разные мысли. Чувство вины, пусть даже перед заклятыми врагами, всё еще не проходило. Артем хотел поискать в книге, как снять проклятие, но она исчезла. Словно не существовала вовсе.

Но пропажа книги была не единственным, что беспокоило Лаптева. Он перестал чувствовать присутствие Ларета пару недель назад. А ведь «соседство» с королем многому научило парня. Он обрел уверенность в себе и не боялся трудностей. И теперь ощущение потери не проходило. Словно Ларет отказался от него, посчитал недостойным.

Как бы там ни было, последние несколько недель Артем не видел снов. И вдруг — эти

кошмары. Ему снились полчища ужасных существ, которые текли сквозь какие-то врата. Существа смеялись, гоготали, гикали. А Лаптев наблюдал за ними с небольшого холма. Рядом стоял Алексис Темный. Он улыбался, словно свершилась мечта всей его жизни. И Артема пугала эта улыбка.

Когда Тема проснулся, он снова ощущал присутствие Ларета. Смутное, еда уловимое, но его ни с чем не спутаешь. И вдруг Артем увидел свое тело со стороны. На кровати лежал худощавый растрепанный парень, а над ним склонилась тень. Миг — и тень воссоединилась с неподвижным телом. Лаптев вскрикнул. Он снова вернулся к реальности, вот только… Только он был не один. Кто-то оттеснил его сознание. Артем хотел поднять руку или ногу — и не мог. Хотел закричать, но голос не слушался. Может. Это просто очередной кошмар? Но почему тогда тело без приказа разума поднялось с кровати и принялось натягивать на себя одежду? Куда собрался тот, кто вытеснил Лаптева? Куда собрался Артемий Ларет?

Эдик спал. Перед сном он пытался настроиться на волну Дримеона, но так и не смог. Возможно, потому, что отказался быть стражем. Ларет не отвечал на его зов, как бы ни старался Назаров пробиться в другой мир.

Сновидения не тревожили его. Агата несколько раз за ночь заглядывала в комнату сына. Эдик ведь сбежал из больницы и отказался возвращаться. Но парень дышал глубоко. Не похоже, чтобы его мучили боли. Агата беспокоилась, но и понимала, что Эдик потерял лучшего друга. Лучший выход — либо чем-то его отвлечь, либо просто оставить в покое.

Но среди ночи Эдик вдруг открыл глаза. Он почувствовал, что нечто пошло не так. Парень не мог объяснить свои ощущения. Он просто лежал, уставившись в потолок. И Фырк тоже вдруг поднял мордочку и тихонько взвыл.

— Что такое, малыш? — шепотом спросил Эдик. — Что тебя пугает?

Фырк забрался под одеяло и отказался оттуда выбираться. Значит, Эдику не померещилось. Но что за ужасающая атмосфера?

Назаров поднялся, быстро оделся и причесался.

— Фырк, ты со мной? — обернулся он.

Дрим неохотно вылез из-под одеяла и забрался на плечо хозяина. Эдик вышел в коридор. В гостиной работал телевизор. Значит, мать или отец сидят там. Парень на цыпочках пробрался мимо прикрытой двери. Агата спала на диване и не услышала его шагов, как и хлопка входной двери. Куртку Эдик застегивал на ходу. Фырк бежал за ним, недовольный, что его грубо столкнули с излюбленного места передвижения.

Оказавшись на улице, Эдик растерялся. Чувство опасности не исчезло, но он не мог точно определить её источник. Она словно шла отовсюду.

Назаров достал мобильный и написал сообщение Николя: «Ты спишь?»

Ответ пришел почти мгновенно: «Нет. Ты чувствуешь?»

Эдик набрал номер приятеля.

— Да, — гаркнул парень.

— Коля, чего так орать? — убрал Эдик телефон подальше от уха. — Ты тоже ощущаешь неладное?

— Я не могу попасть в Дримеон. Пытался не один раз. А теперь еще это странное чувство, что нечто преследует меня. Не нравится мне это, Эд.

— Давай встретимся и прогуляемся по городу. Прямо сейчас.