Древний свет
Шрифт:
— Обрести большее могущество? — задумчиво повторил Гэндальф. — Может быть, может быть… Все повелители злых сил мечтали об этом во все времена. И Моргот — не исключение.
— Слушай, я понимаю, что мы по разные стороны забора, — сказал Митчелл. — Но сейчас речь идет о том, выживет или нет, тот мир, сохранению которого ты отдал столько тысяч лет. Разве тебе все равно, что будет со всеми этими людьми, гномами, хоббитами, наконец!
Давай, старик, вспомни что-нибудь!
— Хоббиты. Да, да… Обещай, что вы не оставите их без защиты.
— Конечно, не оставим, — с легкостью пообещал Митчелл, который ни разу в жизни не видел ни одного хоббита и отнюдь
— Может быть… Я не уверен, конечно… Как выглядит сейчас Моргот? Ты видел его? — спросил Гэндальф.
— Да. Он сейчас вроде огромного самолета, который может превращаться в железного великана. У нас подобные механизмы принято называть роботами.
— Так. Это тот самый облик, в который мы заключили его после окончания Войны Гнева. Тогда, возможно, он хочет освободиться от него и снова вернуть возможность менять свое тело по собственной воле, — Гэндальф, похоже, размышлял вслух. — Тогда для этого ему нужен Круг Вознесения… — Гэндальф бормотал себе под нос, по-видимому, уже забыв про Митчелла, и про то, где он находится. Возможно, майар в задумчивости сказал бы еще что-нибудь, но Митчелл нетерпеливо спросил:
— Какой еще Круг?
— А? Что? Какой круг? — встрепенулся призрак в камере. — Нет, нет, я ничего не могу тебе посоветовать.
— Подумай о своих любимых хоббитах, — сказал Митчелл. — Им грозит опасность. Эльфы и люди наши союзники, гномы тоже, мы защитим их, а хоббиты…
— Ты грозишь мне? — майар грозно вскинул руки. Ассистент тут же нажал красную кнопку на стойке, внутри камеры сверкнула вспышка, ловушка моментально втянула в себя призрак и захлопнулась.
— Прошлый раз этот тип едва не разнес иллюминатор подобным образом, — извиняющимся тоном произнес ассистент, видя недовольство повернувшегося к нему Митчелла. — Я не мог рисковать.
— Ладно. Он и так сказал больше, чем я ожидал.
— Кстати, а что это за хоббиты такие, о которых он так беспокоится? — спросил ассистент.
— А хрен его знает, — пожал плечами Митчелл. Вернувшись в Гондор, Митчелл связался с Лугаревым и сообщил ему обо всем, что удалось узнать у Гэндальфа.
— Так, — задумчиво протянул Лугарев. — Значит, Моргот ищет Круг Вознесения. Помнится, Манве говорил о нем тогда, на Эзеллохаре.
— Ты думаешь, этот Круг в Доме Высокого?
— Откуда мне знать. Важно, что Моргот так думает.
Ситуация в Хриссааде складывалась не лучшим образом. Эльфы закрепились в части города, но другие кварталы оставались под контролем противника. Бой в городе — дело сложное, и, обычно, кровопролитное. Гил-Гэлад знал это, и не хотел рисковать жизнями нолдоров. Но и сохранять статус-кво до бесконечности тоже смысла не было. Военные действия с обеих сторон с самого начала приняли маневренный характер. В таких условиях промедление было нежелательно. Требовалось решение, и его принятию невольно способствовало неприятное происшествие. Лугарев был в штабе, устроенном эльфами в первом попавшемся доме подходящих размеров, когда запищало радио, подав сигнал вызова.
Лугарев нажал кнопку:
— Слушаю, Лугарев.
— Игорек, — послышался сквозь легкое потрескивание помех взволнованный голос Бэнкса. — Беляев ранен. Боюсь, что серьезно…
— Черт! Где он?
— У эльфов, в передвижном госпитале.
— Кто у нас разбирается в андроидах, кроме Мерчисона?
— Никто, пожалуй…
— Я свяжусь с Митчеллом. Найди Р8. Пусть он срочно доставит Мерчисона сюда. Киберноид сразу же вылетел в Гондор. Лугарев поспешил в госпиталь. Все остальные наемники, Селестиэль
— Однако… — покачал головой Лугарев. — Тебе не оторвало? Еще немного повыше, и…
— Нет. Я еще мужчина… Кажется. Хотя царапнуло острием по самому интересному, — пробормотал Беляев.
— Ладно, лежи. Р8 уже полетел за Мерчисоном. — Лугарев повернулся к Бэнксу. — Ты знаешь, как это случилось?
— Да, — скривившись, ответил Бэнкс. — Это мальчишка его подстрелил, из развалин. Рингамир и еще трое его поймали.
— Где он? Бэнкс свистнул и махнул рукой, подзывая эльфов. Рингамир и еще один эльф притащили под руки харадского пацана лет четырнадцати, не больше. Кровавая пелена афганских воспоминаний вновь взвихрилась перед мысленным взглядом Лугарева. Сколько раз такие же мальчишки в кишлаках стреляли из-за угла в советских солдат…
— Зачем ты это сделал? Парень злобно сверкнул глазами и пробормотал что-то по-харадски.
— Я отомстил за своего отца, — выдала переводящая машинка.
— У вас принята кровная месть? — спросил Лугарев.
— Да. Вы все умрете, один за другим!
— Посмотрим. Мик, Джон. Устройте-ка ему путешествие в Хриссааду с птичьего полета. Они должны запомнить, что можно делать, а что нельзя. Топхауз и Бэнкс взяли упирающегося пацана под руки и потащили к вертолету.
— Игорь, что они с ним сделают? — испуганно спросила Селестиэль.
— Не вмешивайся, Селест. Он хотел кровной мести. Он ее получит. Беляев отключил свой болевой контроллер, и ему стало немного легче. Через два часа Р8 привез, наконец, Мерчисона. Роджер быстро осмотрел раненого и решительно выгнал всех из госпитальной палатки.
— Нужна срочная операция. Готовьте инструменты, — командовал Мерчисон, моя руки и протирая их спиртом. — Прорежьте дыру в крыше, света мало. Медсестры суетились и бегали вокруг него.
— Игорь! — позвал его Гил-Гэлад. — Надо что-то делать. Иначе они действительно перебьют нас по одному. Невозможно сидеть в этих развалинах, отбиваясь от шагоходов, крабоидов, орков, да еще и от детей в придачу… Они вернулись в штаб и долго смотрели на карту, пытаясь придумать способ захватить город быстро и бескровно. Решения не было.
— Есть только один способ, — мрачно произнес Лугарев. — Вызвать В-52 и смешать весь город с дерьмом.
— А этот вирус? Нельзя ли уже сейчас переманить на нашу сторону шагающие машины Моргота?
— Рано. Слишком мало времени прошло. Вирус должен распространиться и заразить все шагоходы, иначе он не даст результатов. Со стороны госпиталя вдруг донесся хохот наемников. Лугарев удивился — момент вроде бы был явно не смешной — и выглянул в дыру, пробитую в глухой стене вместо окна. Такого он еще не видел. Мерчисон, разумеется, выгнал всех посторонних из операционной палатки, но наемники хотели быть в курсе происходящего, и нашли выход из положения. Основной модуль Т20 поставили рядом с палаткой, с другой стороны танка поставили маленький переносной телевизор. От него шел длинный кабель к видеокамере. Мартин Бейли сидел с камерой в руках верхом на стволе танковой пушки и вел прямой репортаж с места событий. Лугарев вышел на улицу и подошел ближе. На экране он увидел Беляева в плане, на операционном столе, окруженного медсестрами. Мерчисон обтирал кровь, очищая поле для работы. Медсестры вдруг конфузливо засмеялись.