Древние
Шрифт:
— Каспер-один командиру Грома-один. Хекл и Джекл [11] вылетели. Каспер-один и Каспер-два возвращаются на базу. Удачи, Гром-один.
Десантный корабль «Иводзима»
Пит Хэмилтон получил сообщение командира бомбардировщиков и стал всматриваться в небо. Наступило раннее утро, и корабль понемногу оживал. Конвертопланы и шестнадцать вертолетов «Сихок» разогревали на палубе моторы, морпехи рассаживались по местам.
11
Хекл
Внизу вторая часть ударной группы грузилась в катер на воздушной подушке. Они представляли собой грозную силу: катер нес четыре боевых машины десанта с полным экипажем, с «Нассау» же на берег доставят четыре танка М1 «Абрамс».
Генерал сверился с часами и посмотрел на капитана.
— Прикажите «Шайенну» атаковать. — Спокойный голос Хэмилтона не отражал бушевавших внутри эмоций.
На глубине ста футов командир подлодки Берджесс получил с «Иводзимы» сообщение по низкочастотному радиоканалу.
— Оператору боевых систем: получен приказ о пуске ракет. Установкам с первой по двенадцатую: пуск. Затем погружение до четырехсот футов. Курс двести тридцать, скорость шесть узлов.
Группа «Катапульта»
Десять «Рапторов» мчались над Средиземным морем, едва не задевая верхушки волн на скорости около пятисот метров в секунду. В бомбовых отсеках штурмовики несли исключительно ракеты «воздух-земля».
Атлантида
Томлинсон лично наблюдал за установкой ключа атлантов. Он еле сдерживался и даже дружелюбно поглядывал на хранителя и остальных членов коалиции, которые тоже следили за последними этапами калибровки. Улыбка пропала, когда принесли отчет внешнего наблюдения.
— Двадцать четыре? И это все, что им удалось наскрести? Наш расчет оправдался. У американцев не хватает на нас сил.
— Что там, мистер Томлинсон? — спросила леди Лилит.
— Похоже, президенту США мы надоели. Радар засек двадцать четыре военных самолета, движущихся в нашу сторону из Авиано. Они даже не прячутся.
— Понятно. И вы планируете…
Томлинсон с улыбкой посмотрел на хранителя.
— Уничтожить их, что же еще. — Он снова обернулся к профессору Энгваллу, сказав при этом в рацию: — Командующий, приступайте к обороне острова. И прошу вас, защищайте его как следует.
Генерал ВВС Советского Союза Игорь Увилинский положил рацию и еще раз глянул на экран радара.
— Сначала выпустим ракеты, а потом МиГи добьют уцелевших, — решил он и посмотрел в бинокль на натянутую в трехстах ярдах над головой камуфляжную сетку. — Всем системам ПВО захватить воздушные цели и открывать огонь по готовности.
Заговорили двадцать пять сосредоточенных в центре острова зенитно-ракетных комплексов. Все ракеты до одной захватили цель.
Зенитные ракеты взмыли в воздух, оставляя за собой дымные хвосты, и ринулись навстречу дуракам-американцам, которые самоуверенно решили, что возьмут Крит без боя. На глазах у командира эскадрильи из двадцати МиГов-31,
Наблюдая за самолетами противника, он удивился, почему те не пытаются уклониться от боя с его МиГами. Очень смело, но ужасно глупо.
— Командир, вижу цели. Это не американские истребители. Это крылатые ракеты!
Командир эскадрильи все понял: его провели, и тут же запищала система предупреждения о приближении ракеты. Он бросил взгляд на радар: чисто.
«Это еще что такое?» — удивился пилот.
В сотне миль от Крита десять «Рапторов» вынырнули из «мертвой зоны» над поверхностью моря и выпустили по паре ракет AMRAAM каждый, после чего опять ушли вниз и направились к острову.
Прежде чем командир понял, что произошло, ракеты ударили по самолетам его эскадрильи. Американцы провели их, подсунув крылатые ракеты, которые испускали высокочастотный сигнал, полностью имитирующий радиолокационную сигнатуру и прочие характеристики настоящего истребителя.
Продолжить мысль летчик не успел. Система предупреждения запищала громче, и он наконец увидел легендарный AMRAAM с радиолокационной системой наведения…
МиГ-командир взорвался ровно через минуту после начала атаки. Десять лет тренировок и щедрой оплаты квалифицированным пилотам-наемникам не помогли: воздушные силы коалиции были уничтожены.
Обломки МиГов посыпались в море, на поверхности которого разворачивалось не менее увлекательное действо: двенадцать «сигар» одна за другой вынырнули из воды. Выпущенные «Шайенном» «Томагавки» выровнялись на высоте сто футов, выпустили крылья, хвостовые стабилизаторы и воздухозаборники, после чего понеслись к Криту. Их целью были комплексы ПВО, обнаруженные радаром подлодки в момент залпа по фальшивым истребителям.
На экранах радаров ПВО появились новые цели. Они не посылали ложных радиосигналов и уж самолетами точно не являлись. Командующий системой ПВО понимал: по ним выпущены ракеты. Однако прежде, чем он успел отдать приказ сбить «Томагавки» с «Шайенна», радар обнаружил еще десять целей: они приближались к Криту с востока на скорости в одну целую девять десятых «маха», то есть почти в два раза быстрее скорости звука. Генерал понял: американцы его перехитрили. Если распределить силы между двумя группами целей, то половину из них гарантированно сбить не удастся.
— Сэр, сигнал от целей на востоке слабый, прерывистый. Возможно, опять какая-то хитрость, — сообщил оператор радиолокационной системы.
«Вот именно. Американцы слишком рано раскрыли карты», — подумал он. Несомненно, цели на востоке — ракеты, что маскируются под истребители. Надеются поймать его на тот же трюк.
— Второй раз мы на это не клюнем. Атаковать только цели на западе. Восточные не трогать.
Ракеты взмыли с пусковых установок и устремились к западу. Генералу тут же стали сообщать о поражении целей, которые даже не предпринимали никаких маневров. Он посмотрел в бинокль на сполохи в западной части небосвода. Вот еще одна вспышка. Что-то, пылая, понеслось вниз.