Древние
Шрифт:
Элис похлопала ее по изящной ладони.
— Не принимай близко к сердцу. Пока у тебя перерыв, зайди в комнату, где разбирают находки, — уж там-то и правда интересно.
— Да, я ходила. Видела большую карту и вторую, поменьше, со странными линиями, — сказала девушка, помешивая ложкой уже остывший суп.
— Там еще есть римские свитки. В основном труды Юлия Цезаря. — Элис глотнула чаю.
— Цезарь? Интересно, как его записки оказались вместе с античными текстами? Только не говорите, что Джек и Карл что-то напутали, когда паковали экспонаты для перевозки.
— Нет-нет, так и было в каталоге у
Вирджиния вдруг поставила чашку.
— Ты что? — спросила Сара.
— Да мелко все это! Что творится сейчас в мире! Наши американские мальчишки — дети еще — жертвуют собой, а я сижу, как школьница, и распинаюсь о каких-то побрякушках, которым в сравнении с человеческой жизнью цена — ноль.
— Ну и кто тут принимает все близко к сердцу? — Теперь уже Сара похлопала Вирджинию по плечу.
— Иногда люди ведут себя настолько по-идиотски… тянет закричать так, чтобы кругом повылетали стекла.
— Как ты сказала?
— Да ладно тебе. О всеобщей глупости я могу говорить часами…
— Повылетали стекла… — повторила Сара, уже не слушая Вирджинию.
— В чем дело?
Сара стала разглядывать стакан с водой, затем поставила его на стол и снова посмотрела на коллег.
— Что будет со стаканом, если оперная певица достаточно громко возьмет нужную ноту?
— Ну, я слышала, что теоретически… — начала Вирджиния и вдруг поняла, к чему ведет Сара. — Думаешь, звук?
— Звук и землетрясения? — Элис тоже поставила чашку на стол.
Сара с улыбкой встала.
— Простите, дамы. Мне нужно кое-кому позвонить.
Бостон, штат Массачусетс
— Черт! — воскликнул Джек на переднем сиденье.
— Что такое? — удивился Менденхолл, входя в поворот на максимальной скорости.
— Не догадались взять ноутбук. Сейчас подключились бы к «Европе».
— Погоди-ка. Уилл, притормози возле вон тех ребят, — попросил Райан.
Менденхолл прижался к тротуару. Райан выскочил наружу и оживленно о чем-то заговорил с детьми.
Они уже минут пятнадцать пытались расшифровать написанное на мокром клочке бумаги и, кажется, прочли все четыре имени: Генри Феллоуз Карлайл, Дэвис Каннингем Инграм, Марта Линн Лафлин и Кармайкл Арон Ротман. Ни одному из четверки — в отличие от таинственных врагов — имена ничего не говорили. И все же Джексон Килер так хотел сохранить их в тайне, что пошел на смерть, а его убийцы искали этот обрывок бумаги, не считаясь с потерями.
— Что наш летун опять затеял? — поинтересовался Эверетт. Райан как раз распрощался с подростками и направился к машине.
— На угол Третьей и Аргайл, — бросил тот, усаживаясь сзади.
Карл непонимающе уставился на приятеля.
— Нам же нужно подключиться к «Европе»? Ну вот, на углу Третьей улицы и Аргайл есть интернет-кафе.
— Всегда восхищался флотскими… — пробормотал Джек.
Автомобиль проворно влился в поток.
Мужчина, который сфотографировал Джека и компанию в офисе юридической фирмы, велел водителю белого фургона не отставать. Они
Пять следующих кадров он промотал, а фотографию Коллинза положил в сканер и закрыл крышку. Потом включил ноутбук и стал разглядывать черно-белый снимок более пристально. Он выделил нагрудный знак, включил стократное увеличение и сумел прочитать имя.
— Джон Харримэн, АТФ, — пробормотал длинноволосый фотограф. — Что ж, Джон, посмотрим, так ли тебя зовут на самом деле.
Он позвонил по сотовому, продиктовал имя, подразделение и принялся ждать.
— Значит, в АТФ нет никакого Джона Харримэна? Я так и думал. Слишком уж хорош для правительственной конторы… — Он немного подумал. — А можете прогнать поиск по фото — вдруг всплывет где-то? Я подожду.
Его собеседника Далия сумела внедрить в одно из подразделений Управления национальных архивов. К нему обращались лишь в исключительных случаях, чтобы не спалить ценнейший источник информации.
Телефон зазвонил.
— Ну что? — Фотограф начал записывать. — Полковник Джек Коллинз, войска специального назначения армии США, откомандирован для выполнения особого задания — и больше ничего? Ну просто бесценная информация. Непременно передам Далии, — зло бросил он в трубку.
— Они припарковались у интернет-кафе, — сказал водитель.
— Встань где-нибудь поблизости, только, бога ради, не попадайся им на глаза. Эти ребята меня немного пугают.
Он снова откинул крышку сотового и ткнул кнопку быстрого набора.
— Говорит Затвор. Высылаю фото. Появились наши друзья из Нью-Йорка. Сначала в офис, потом в морг; выскочили оттуда как ошпаренные. Слушай, Далия, я звонил нашему парню в Национальных архивах… Что-то странное. Полковник Джек Коллинз раньше служил в армейском спецназе, а теперь выполняет особое задание для какой-то неизвестной организации. Похоже, они что-то выяснили у коронера — умчались оттуда как на пожар. Попытаюсь за ними проследить, но без серьезной поддержки мне не обойтись. Боевая группа еще в городе? Спасибо. Сейчас попробую послушать, чем они там заняты. Я перезвоню.
Мужчина покачал головой. Далия, похоже, не понимает, что таинственные люди из неизвестного правительственного агентства каким-то образом сели ей на хвост. Конечно, она в Нью-Йорке, в полной безопасности, а он тут следит за треклятым «зеленым беретом» и его дружками, от одного вида которых жуть пробирает.
— Это уж слишком, — пробурчал фотограф и стал разглядывать кафе через телеобъектив в поисках Джека Коллинза.
В кафе, откуда они вышли на связь с «Европой», Джек чувствовал себя особенно уязвимым. Эверетт посматривал по сторонам, чтобы никто не шатался поблизости и не подглядывал. К счастью, молодежь сидела в «Май спейс» или делала домашние задания, и парой взрослых никто не интересовался. Им пришлось сесть за столик лицом к задней стене; Эверетт следил за расположившимися у окна, а Джек обменивался сообщениями с Невадой.