Древние
Шрифт:
Очистив кожу вокруг ожога, он содрал струп и тщательно промыл рану, морщась, когда жгло совсем уж немилосердно.
— А что ты имела ввиду под словами «покорми демона»? — запоздало удивился он.
— Подельники Пузыря дожидаются твоего визита, — в голосе девушки не было и намёка на сострадание.
— А сам Пузырь? — уточнил Стриж, давно мечтавший удавить гниду своими руками.
— А его публично казнили накануне церемонии присяги, — развела руками Миа. — По политическим, так сказать, соображениям. Получилось очень эффектное, запоминающееся и отрезвляющее представление.
— И что с ним сделали? —
Чванливый предатель, легко подставивший под удар Лауру, вызывал у него ненависть. Одно дело — воровать. Пузырь мог украсть и попытаться сбежать с добычей, но не продавать девчонку её злейшему врагу, на верную смерть. Никакие деньги и ценности не стоят жизней близких людей. А юная графиня всё же приходилась роднёй этой напыщенной твари.
— Публично обвинили в предательстве клана и попытке разграбить казну, а потом залили в глотку расплавленное золото, — всё же Миа едва заметно поморщилась, вспоминая зрелище. — Чтобы наконец нажрался его досыта. Заодно продемонстрировали, что новая графиня, несмотря на возраст, не будет терпеть предателей.
Стриж хищно ухмыльнулся. Эффектно, спору нет. Такую казнь неплохо было бы ввести и дома. Там, на Земле. Глядишь и поубавилось бы желающих шиковать за казённые деньги.
А подобное зрелище заставляло крепко задуматься даже самых тупых и жадных.
— Мелкая на казни присутствовала? Как она? — запоздало спохватился Лёха.
Лаура, конечно, за последний месяц пережила больше, чем за всю прошлую жизнь, но всё же лично приговорить родственника к смертной казни, а потом ещё и присутствовать при исполнении приговора — серьёзное испытание.
— Держалась молодцом, — подняла большой палец Миа. — Особенно с учётом того, что перед казнью её пытались убить. Как раз недовольные графским правосудием родственники, неплохо гревшие руки, пока Пузырь был кастеляном.
— Чего?! — скрежетнул зубами Стриж и едва не раздавил в пальцах склянку с сивухой. — Рассказывай!
— Да чего рассказывать, — беззаботно отмахнулась Миа. — Даран не зря свой хлеб ест. Догадался, что родня Пузыря может пойти на отчаянные шаги, чтобы сохранить своё положение в клане. И как только узнают, что кастеляна поймали на воровстве, тут же забеспокоятся, как бы он не сдал и другие тёмные делишки родичей. Подробностей не знаю, но он сам через кого-то слил информацию о слабых местах в охране Лауры и вынудил их атаковать прямо на площади, перед казнью.
Она машинально потёрла шею, прикрытую платком.
— Зацепили? — догадался Стриж.
— Немного, — неохотно призналась девушка и продемонстрировала глубокую царапину на шее.
Лёха невольно сглотнул. Лезвие убийцы прошло в миллиметрах от сонной артерии девушки. А Миа абсолютно буднично, словно о походе в магазин, рассказала о покушении.
— Дрались они до последнего, — эльфийка поправила платок, вновь скрывая рану. — Никто живым не дался. Оно и понятно: Пузырь перед смертью сдал стольких, что изрядно проредил эту ветвь семейного древа. Строго говоря, его показания скорее спасли жизни: Даран склонялся вырезать всех подчистую в назидание остальным.
— Суровые тут нравы, — присвистнул Лёха.
— Так и выбор невелик, — развела руками Миа. — Или завоевать лояльность тех, кто жаждет справедливости, но вызвать недовольство тех, кто почивал на лаврах и давно
— Но и ворошить всё это кубло, настраивая против себя, — покачал головой Стриж, — идея так себе.
— Именно поэтому Даран взял на себя роль громоотвода, — сообщила Миа, подхватив с подноса местный фрукт, похожий на апельсин. — Решил под это дело как следует всколыхнуть болото и выявить как можно больше недовольных. А бастард, да ещё и калека, внезапно вознёсшийся выше старых и родовитых — отличная мишень для ненависти. И покушений. Потому он лично ассистировал палачу и заливал золото в пасть Пузыря.
Она зацепила ногтем кусок кожуры и принялась чистить фрукт.
— Сам понимаешь, Даран теперь не самая популярная фигура среди знати, недовольной новыми порядками. Он разве что мишень себе на спине не нарисовал. Зато церемония принесения присяги прошла образцово-показательно, — разломив апельсин, Миа бросила половину Лёхе.
Тот машинально поймал его свободной рукой, щедро надкусил и, жуя, ушёл в парилку.
Времени обдумать новую информацию было в избытке: в парилке Стриж пробыл долго, отмываясь до тех пор, пока кожу не начало саднить от мочалки. Лишь тогда он вышел в предбанник, хлебнул морса и почувствовал себя практически счастливым человеком.
Абсолютного счастья он достиг, когда Миа обняла его и поцеловала. На её губах сохранился сладкий цитрусовый сок.
— А как же голодный демон? — тихо выдохнул Лёха.
— Что наша жизнь без риска? — подмигнула ему эльфийка, стаскивая рубаху.
Возражать он не стал, мысленно напомнив Белочке о том, что её закуска уже дожидается в темнице. Та не ответила, но на этот раз Стриж ничуть не опечалился её молчанию.
Сейчас у него была компания получше…
Через какое-то время он лежал на лавке, устроив голову на коленях Мии, и блаженно улыбался. Секс это, конечно, замечательно, но по-настоящему ему не хватало этого чувства близости. Быть рядом, чувствовать, как её пальцы рассеянно блуждают в его волосах, слышать её дыхание. Хотелось забыть о делах и провести так целую вечность.
Жаль, этому не суждено сбыться.
— Как ты объяснишь своё пребывание здесь, если сама заявила о необходимости карантина? — лениво спросил он, прикрыв глаза.
— Сказала, что буду держаться на расстоянии и присматривать за тобой, — хитро прищурилась Миа.
— И никто не возражал? — не поверил Лёха.
— Даран было попытался, но когда я предложила отправить Райну наблюдать за твоим мытьём, он быстро передумал, — рассмеялась она.
Представив лицо начальника стражи, Стриж расхохотался.
— Да уж, в его глазах я точно не тот тип, с которым можно отпустить приличную девушку в баню, — заявил он.
— Ага, — согласилась Миа, — потому отпустили меня.
— Но он мог послать, к примеру, Робина, — напомнил Лёха.
— Тот взял самоотвод, пообещав взять смену, когда присматривать надо будет за моющимися в бане девушками, — хмыкнула эльфийка. — Да и Даран, похоже, предпочёл рисковать мной, а не братом.
— Как хорошо, что здесь нет минных полей, — улыбнулся Стриж. — А то я знаю, кого бы это Лихо Одноглазое назначило в инженерно-сапёрную разведку.