Дрессировщик драконов
Шрифт:
— Ты меня в чем-то обвиняешь? — презрительный прищур исчез, брови правителя приподнялись.
Ирлес нахмурился — Гланхейл не сумел скрыть эмоции, а значит, плохо владеет собой. Что, в свою очередь, означает провал еще не начавшихся переговоров. К сожалению, полукровка этого не понял.
— Ты хотел меня убить, — произнес Эл'льяонт, — ты послал на мои поиски целый отряд, не смог распознать в Тэл'льяине предателя, позволил своим людям убивать человеческих детей, не сумел предотвратить ответные действия хомо обыкновениус, не защитил свой народ.
— Я всегда действовал, и буду действовать в интересах своего народа, — процедил Гланхейл. — Это ты совершил ошибку. Ты зря употребил прошедшее время к своей первой фразе.
Гладкая поверхность ручья сморщилась, Ирлес почувствовал, что теряет контроль над порталом, и закрыл глаза, стараясь отогнать отчаяние. Похоже, Гланхейл не станет слушать полукровку, что бы тот ни сказал. Мальчику не стоило начинать разговор с упреков.
— Тем не менее, я прошу меня выслушать, — в голосе Эл'льяонта крон услышал лед. — Войну необходимо остановить. Я не предлагаю старшему народу опустить руки, но прошу не отвечать на удары хомо обыкновениус смертельной магией. Нужно оставить себе путь для отступления. Тэл'льяин совершил ошибку, стал убивать, это должно остаться на совести одного эльфа, а не целой нации. Старший народ должен показать человеческим королям, что готов загладить ошибку.
— И простить тех, кто убивает наших соотечественников? — в голосе правителя был не только лед, но и сталь. — Ты понимаешь, что говоришь, полукровка?
Крон стиснул зубы, изо всех сил сдерживая портал. Гнев правителя, его непонимание и неприятие будущего вождя всколыхнули магическое поле, грозя вот-вот разорвать связь.
— Понимаю, — ответил Эл’льяонт. — Это единственный выход. Людям необходимо показать бессмысленность войны, а для этого нужно устранить корень проблемы. Это даст нам шанс…
— Ты глуп! — лицо Гланхейла исказилось в гримасе гнева. — Ты приведешь наш народ не к выхолащиванию, а к уничтожению!
— Правитель, — вмешался Ирлес, — мальчик прав. Мы не должны допустить войны, не должны опускаться до уровня хомо обыкновениус. Именно это в конечном итоге приведет к выхолащиванию, но не…
— Замолчи! — выкрикнул Гланхейл.
Водная гладь пошла рябью. Крон почувствовал, что связь ослабла, видимо, правитель связался еще с кем-то.
— Пожалуйста! — мальчик тоже понял, что еще несколько секунд, и исчезнет его последний шанс договориться мирным путем. — Я приду к тебе, и ты сможешь сделать со мной все, что сочтешь нужным, но не торопись вступать в войну! Пожалуйста!
Лицо правителя колыхалось, было сложно различить, сумел ли Гланхейл овладеть собой, но слова, произнесенные им, однозначно дали крону понять, что переговоры закончены. Они проиграли.
— Ты опоздал, — произнес правитель. — На нас напали. Запад Синего леса в огне. Мы не можем оставить все, как есть.
Войска, подчиненные Реймсу, стояли на границе Каюри и Ил'лэрии, готовые
Гвардал расположился на краю небольшой рощицы, тереллах в трехстах от стоянки плавно переходящей в ил'лэрийский лес. Он ожидал сигнала от его величества, с тревогой поглядывая на мерно гудящую черную сферу над головой. Созданная магией первого дрессировщика драконов сфера морщилась сильнее обычного. Сегодня. Мужчина в этом не сомневался, все начнется именно сегодня.
Реймс оперся спиной о ствол молодого вяза и раскурил трубку.
— Приказа пока не было?
К гвардалу подошел высокий светловолосый мужчина — мейстер Горт, один из тех солдат, которым Реймс безоговорочно доверял.
— Нет.
— Тогда прекращайте пялиться на нее, ваше начальство. Среди солдат ходят слухи, будто те, кто долго смотрит на эту штуку, сходят с ума.
— Чушь, — бросил Реймс, но взгляд отвел. — Все ли заняли позиции?
— Последнее сообщение получено от Транда, все в порядке. Ждем.
— Хорошо, — гвардал переборол желание снова посмотреть на сферу Вильковеста. — Курить будешь?
— Спасибо.
Реймс вытащил из походного мешка почти пустую табакерку и протянул мейстеру.
— Чем дольше стоим, — произнес Транд, выпустив изо рта струю дыма, — тем больше вероятность, что остроухие нас заметят. И тогда откроют огонь, уж будьте уверены. Они только говорить горазды, мол, мы все такие добрые и хорошие, а как дела коснется, за магию хватаются. Трупов будет…
— Будет, — Реймс пыхнул трубкой, — но без этого никуда. Эльфам надо преподать урок. Где это видано, детей убивать?!
— Жалко мальчишек. Однако его величество Фархат направил нас в Арканы не только поэтому. Среди солдат ходят слухи, будто король желает покорить остроухих. Вы в это верите?
— Я это знаю, — Реймс вздохнул. Скрывать информацию и дальше не имело смысла. — Только вот вряд ли у него это получится.
— Что я слышу, ваше начальство? Вы сомневаетесь в наших силах?
— Я сомневаюсь в главнокомандующем. Раньше король не был настолько властолюбив, думаю, тут не обошлось без колдуна. Как только он появился, сразу начали происходить странные вещи. Эльфы спятили, во дворце объявился полукровка, поход этот, Ярдос его дери…
— А, по-моему, вы ошибаетесь, — возразил мейстер. — Фархат и раньше хотел завоевать Миловию, а с поддержкой эльфов это станет возможным. Представьте, как навалимся всем миром, так всех и захватим, и тогда… эх, развернемся! Ведь воевать больше не придется! Никогда! Потому что не с кем будет воевать. Я тогда, ваше начальство, в кузнецы пойду. Отец мой, да укроет его всемилостивейшая Айша от всех невзгод и напастей, слепнуть стал, а ученика нет. Видели бы вы, какие штуки он молотом выделывает! Ажуры, тоньше паутинки! Жаль, если пропадет искусство.