ДРЕМ
Шрифт:
С самого начала всё пошло не так... Кресло сработало плохо, меня отшвырнуло по какой-то крутящейся траектории, запасной силогенератор при резком рывке не занял свободное место на моём поясе, а лишь сдвинул уже имеющийся. Оба активировались, потом один отключился, второй же продолжал работать, поскольку я находилась в воздухе. Однако достичь тех слоёв, когда можно использовать обыкновенный воздушный режим, не успела, поэтому заработал вакуумный, как когда мы катапультируемся в космос.
Полоснуло ощущение, будто меня сдавило со всех
Генератор, нужно отдать ему должное, работал, опуская меня вниз, однако из-за сдвига так и не переключился в иной режим, сжимая меня силовым полем.
– Элиш... – прошептала я во всё ещё исправный олореловый прибор. – Вызови Энтони, только строго конфиденциально... Дай ему абсолютный код на вылет из замка...
– Да, да, сейчас...
Пока снижалась, я видела космолёт Элиш – однако мне казалось, что всё небо прочерчивают багряные пятна и всполохи, и сосредоточить свой взгляд ни на чём не могла.
Когда я достигла поверхности, генератор моментально отключился. Надо будет заказать моей лаборатории усовершенствование его изнутри, это же немыслимо...
Лаборатория ещё работала и над приказом растворять содержимое аптечек в скафандринах. Это пока не совсем получалось, однако аптечки уже никуда не крепились, а лекарства были рассредоточены в поясе и специальной зоне на груди, и извлекались оттуда по мысленному запросу – а некоторые даже вводились напрямую.
Элиш подбежала ко мне, хромая – она, не дожидаясь трапа, выскочила из своего приземлившегося корабля, неудачно опустилась на ногу и сломала её. Я слышала её вскрик, потом она достала шарик силовой шины-накладки, прислонила его к колену – тонкое силовое поле обволокло голень, закрепив её.
К тому времени я ощутила лёгкий укол болеутоляющего в руку, и сразу же второй, вероятно, стимулятор. Но даже несмотря на них, только невероятным усилием воли я не уходила из сознания. Земля вокруг горела – так мне казалось, – и лишь прохладные руки Элиш нежно сняли шлем и положили мою голову себе на колени. Вернее, на здоровую ногу...
– Держись, Луэли, держись, – шептала она.
– Какую же глупость мы с тобой делаем, Элиш...
– Ох, Луэли... Ты же... Он был твоим братом...
– Не только, Элиш, – прошептала я, не совсем владея своим сознанием. Да и, вероятно, был бы жив Барел, я давно бы уже не выдержала и поделилась всем с ним – иногда мне казалось, что я не могу больше нести эту боль в себе! Туман набегал на глаза и мысли, и я прошептала:
– Я так любила его, Элиш, так любила! А они... они просто подставили его, понимаешь? Узнали, что он любит меня, и что я... Боги! Какой ужас я пережила, подписывая ему приговор! Я не знаю, где он, что с ним! Как это мучительно, Элиш...
Не видела её лица, ощутила лишь, как она нежно промокнула слетевшую с моего глаза слезинку, но тут прибыл Энтони.
Он
– Ваше величество?!
– Никто ничего не должен знать, Энтони, – прохрипела я. – Опуститесь в королевский ангар – Элиш, дашь ему код... А там слушайтесь моих указаний... Ясно?
– Как прикажете, леди Луэлин.
С трудом переводя дыхание и делая громадные паузы между фразами, я говорила им, куда идти и что открывать в потайном ходе. Энтони перенес меня в мои апартаменты. Бедная Элиш, не подавая вида, что знает хоть какие-то выходы, хромала рядом, но ни слова жалобы, ни стона не слетело с её плотно сжатых побелевших губ...
В апартаментах Энтони усыпил меня, и относительно быстро восстановил организм. Когда очнулась, он лечил ногу Элиш, тоже погруженной в сон, у которой из-за нагрузки на сломанную кость произошло несколько смещений...
...Но даже это не могло остановить нас. Максимально завуалировав пропажу космолёта, я сказала Элиш, что нужно сделать небольшой перерыв. Однако чувствовала – продержусь без таких вот вылетов не больше недели-двух... И тогда мы с Элиш решили изменить свой образ для наших предприятий.
Я приказала Энтони принести данные обо всех последних изобретениях в этой области. А также пересмотрела достижения личной секретной лаборатории.
Глава 4. Телины
Меня всегда интересовали исследования лаборатории, особенно увлеклась одним давно закрытым мной же проектом – я теперь так надеялась на него! Но сейчас искала то, что помогло бы нам радикально менять внешность – и делать это наиболее безопасным и абсолютно невыявимым образом. Сейл-грим, естественно, абсолютно не устраивал меня.
Элиш согласилась, и мы множество вечеров потратили на изучение новейших наработок.
В итоге остановились на препаратах-телинах, влияющих на работу желез, гормональное и ферментальное состояние организма. Эти исследования велись под руководством самого Энтони последние два-три года, и нигде в ООССе о них не должно было быть известно.
Правда, у препаратов имелся один недостаток – хоть они и были абсолютно безопасны для человека и невыявимы, но их способность длительной концентрации предстояло ещё повышать. Потому что при различных потрясениях и таких состояниях организма, в которых тот активно начинает выделять свои гормоны и ферменты, они переставали довлеть и уступали место естественным.
Лаборатория лишь немного успела адаптировать устойчивость своего изобретения к мелатонину, а также адреналину и некоторым другим веществам, количество которых в организме резко повышается при эмоциональных потрясениях, волнениях и стрессах.
Однако Энтони счёл нужным отдельно предупредить нас относительно использования иных гормональных препаратов, дав список тех, которыми пользоваться можно (я сразу же выучила его). А также он долго мялся и ходил окольными путями, но потом выдал комканую фразу: