Драконья традиция

Геярова Ная

Рыжая адептка стояла, смотря себе под ноги. Я стояла рядом. И ощущала себя, будто я тоже учащаяся академии, которую отчитывает её преподаватель. А это ведь первый день моей работы.

– Магистр Тиара…

– Тиана, – поправила я, преодолев себя и посмотрев на декана.

Он на меня глазами сверкнул.

– Магистр Тиана, как вам в голову пришло начать испытания артефакта в аудитории, не предназначенной для практики?

– Это не было практикой, – возразила. – Я всего лишь хотела показать структуру взаимодействия заклятий

и элементов на артефакте.

– Вы подожгли кабинет артефакторики!

– Подожгла я, – тихо пискнула адептка Лиски.

Декан Аш смерил её убийственным взглядом.

– С вами, Жарана, будет отдельный разговор. Это не первое ваше «неудачное» заклятие. Но, надеюсь, последнее. Сейчас же прикажу подготовить документы на отчисление. Иначе вы нам когда-нибудь академию уничтожите. И повезет, если не будет жертв.

Мне стало обидно за тон, которым с нами говорил декан, за себя, за девушку, по конопатым щекам которой побежали слезы.

Я выпрямилась и встала между адепткой и Его Возмущенной Мрачностью.

– Это за что же, позвольте узнать, вы собираетесь выгонять мою учащуюся? Уж не за то ли, что она в полной мере показала мощь одной из сильнейших стихий – огня? Да, переборщила немного. Но не в правилах ли академии быть терпимее и сделать всё, чтобы научить адептов правильно и действенно использовать магию? Или вы не читали, декан Аш? А может, вы не поддерживаете правила и традиции академии ГордДейра?

Декан рот открыл, закрыл. Сощурил глаза, не сводя с меня мрачного взгляда.

Стало очень холодно. Прямо иней по стенам кабинета пошел. У меня зубы клацнули, у адептки Лиски тоже.

– Вы, адептка Жанара, свободны! – леденящим душу голосом произнес декан.

Девушка глянула на меня и вдруг робко произнесла:

– Магистр Фан не виновата. Я перепутала воздействия нулевого уровня с огненным заклятием. Готова понести наказание и…

Я не ожидала, что найду заступника в лице собственной адептки, но была благодарна.

– Вон из кабинета! – рявкнул декан Демиан так, что я пошатнулась и мне почудилось, что за окнами даже грянул гром.

Адептка стала совсем бледной.

Я повернулась к девушке и мягким голосом произнесла:

– Идите, Лиски, на пары, мы сами с деканом Ашем разберемся.

Она быстро кивнула и тенью выскользнула из кабинета.

Я оказалась один на один с Демианом.

Вот же драконище, и вид-то какой, того и гляди сожрет и не подавится. И как его в академии только держат? Мрачнота.

Пока я думала, он пристально всматривался в меня. Потом изучающе скользнул взглядом и остановился на браслете моей руки. Хмыкнул.

– Допустим, артефактор вы неплохой.

Я победоносно про себя порадовалась. Ага, мысли мои прочитать не смог.

– Но… – тут же холодный тон остудил мое ликование. – С этого дня я буду внимательнейшим образом следить за всем, что вы делаете в академии. – Подошёл ближе, склонился ко мне и зловещее прошипел: – Хоть одно отступление

от правил или традиций, и… – Глаза его хищно блеснули. – Будете мыть полы в подвале. Все пять лет. Я постараюсь сделать так, чтобы вы никогда не смогли работать по специальности. Вы меня услышали, магистр Тиана?

– Да, – тихо выдавила я, чувствуя, как у меня лицо от его близкого дыхания холодеет. – Могу идти?

Очень хотелось уйти. Не просто уйти – убежать. Лучше всего туда, где тепло и драконов поменьше.

– Нет. Это не все, – издевательским голосом протянул Аш. – Теперь адептка Лиски целиком и полностью на вашем попечительстве. И если она еще раз…

Я прикрыла глаза, глубоко вдохнула, выдохнула и распахнула их, смотря прямо в лицо Его Мрачности.

– Тогда и вы примите во внимание, – перебила, поражаясь собственной смелости. – Никогда больше, ни при каких условиях, не повышайте на меня голос в присутствии адептов. Мало того, вообще не повышайте голос. Это противоречит правилам академии. Вы дискредитируете меня как магистра в лице учащихся академии. И, если подобное произойдет еще раз, я обращусь с жалобой к ректору Дашрагу. Думаю, ему не понравится, что правила, так навязываемые нам, не поддерживает декан его же академии.

Его Мрачнейшество воздухом подавился и стал еще мрачней.

Откашлялся, едва сдерживая себя. Но глаза выдавали, в их глубине затаился настоящий пугающе-черный мрак. Казалось, еще одно мое слово, и он выскользнет и поглотит меня, обращая в черную-черную ледышку.

– Принято, – глухо пронеслось по кабинету.

– Тогда я пойду, – проговорила торопливо, понимая, что и так уже вляпалась по самые уши.

– Идите, – тоном, которым отправляют на эшафот, произнес декан.

Из кабинета я выскочила. И только в коридоре перевела дыхание.

***

– Хуже не бывает, – грустно проговорила сирена.

– Ужас, – поддержала вторая.

– Просто кошмар, – произнесла третья.

Мы все вместе сидели в отделе кадров и пили чай.

Мне попросту некуда было идти. Расстроенная, едва сдерживающая слезы, я безвольно брела по коридору. Тогда-то меня и увидела одна из сирен, увела к себе и уже здесь, заварив успокоительный чай, они все вместе начали меня отпаивать.

– Поругаться уже на второй день с Его Мрачностью. Ох! – вздохнула первая, как оказалось, её звали Олли.

– Сожрет и не подавится, – поддержала Залли, вторая сотрудница отдела кадров.

– Это нельзя пускать на самотек, – взмутилась Халли, третья сирена. – Он же тебя точно с кафедры выживет!

– А что я могу сделать? – Поднесла к губам мятный напиток. – Мало того, что за мной теперь будут следить внимательно, так еще и по условиям правил академии я замуж выйти должна, иначе конец моей карьере. – Тяжко вздохнула.

– Это обязательное правило, – подсказала Олли.

– Неукоснительное, – добавила Залли.