Драконья Кровь
Шрифт:
— Госпожа Дарг, вы имеете право хранить молчание, всё, что вы скажите, будет использовано против вас.
И всё. Больше ничего вампир и по совместительству офицер стражи тьмы не сказал, а лишь потащил меня к выходу из таверны, оставляя за спиной оглушенных подобным заявлением работников заведения.
Глава 3
Когда-нибудь приходилось бывать в тюрьмах? Вот и я надеялась, как можно дольше избегать контактов с данными местами, куда и муха не залетит, что уж говорить про солнечный свет. Но разве меня кто-то
Спустившись на последний этаж управления стражи тьмы, всё больше думала о том, что здесь явно что-то нечисто. Во-первых, мне сегодня выпала коробка с сюрпризом, включающая две встречи со стражами тьмы и света. Во-вторых, меня арестовали, не объяснив толком причину данного решения. И, в-третьих, что мы забыли на уровне драконов?
По словам брата, управление стражи тьмы состояло из несколько уровней. На первом — приемочная и стражи срочного реагирования. Второй и третий — отводились для страж, имеющих дело с разного рода преступностью. А вот начиная с четвёртого — шли камеры с заключенными. Так на четвёртом уровне содержали воров, на пятом — убийц. Шестой уровень держал троллей, магов начиная с шестого уровня, оборотней, вампиров слабого рода, а также ведьм. Седьмой и восьмой отводился для магов десятого уровня и выше, древних представителей кровососущих, оборотней, подверженных лунному проклятью, василисков и гарпий. На девятом уровне вниз под землю были камеры для высших демонов, тёмных. А уже десятый и самый последний отводился для драконов.
Так я ещё раз спрашиваю, какого Разлома мы делаем на десятом уровне? Когда, если б я нарушила закон, не раскрывая принадлежность к своему роду, меня должны были отвести уровень так на седьмой, ну максимум восьмой, как особо опасного чародея. Потому как дракона во мне, как в вампире человека. Вроде есть, и в тоже время нет.
— Простите, а куда мы идём? — робко подала голос.
Я ж всё же северянка. А в тех краях девушки хоть и сильны духом, но очень наивны, порой трусливы и шарахаются от собственной тени.
Это было известно всем. И чтоб соответствовать легенде, придуманной пять лет назад, мне, как девушке нашей небольшой с братом семейке, приходилось играть роль беззащитной маленькой нимфы, которая и смущается, и прячется в воду, стоит лордам только упомянуть драконов.
Единственное, что радовало в этом семейном спектакле, было то, что каждый раз, когда я начинала свою актёрскую игру, представляла лица тёмных, когда они узнают, что их обвела во круг пальце никто иной, как простая девушка, в жилах которой течет драконья кровь. И всякий раз я получала от созерцания ошарашенных лиц удовлетворение и гордилась собой.
— Мы пришли, — резко остановившись, ни к кому не обращаясь, пояснил офицер.
— Простите, что это всё значит? — если я воспользуюсь ментальной магией, вампир это сразу почувствует. А я сомневаюсь, что помимо него кто-то ещё знал истинную причину моего задержания.
— Дальше я сам, все свободны, — что и требовалось доказать.
И стоило нам остаться вдвоём, как вампир повернулся ко мне и, пробегая оценивающим взглядом, заметил:
— Северянка? — кивнула.
— Я вас не понимаю, — без оков на запястьях говорить стало легче.
— Вы же чародей? — ещё раз кивнула. — Ну тогда вперёд. Вот вам пять камер и в одной из них закован дракон, определите личность и можете быть свободной, — сказал, как отрезал, но делать нечего, пришлось только кивнуть и войти в первую камеру.
***
Еще стоя напротив двери камеры, я ощутила энергию гнома. А когда вошла в помещение убедилась в этом окончательно.
— Мне нужно всего лишь сказать, дракон — этот господин или нет? — уточнила.
В ответ я получила лишь короткий кивок. Хоть на этом спасибо. У них тут всё такие сухие, или только этот вампир такой особенный?
Подойдя ближе к висевшему на стене почтеннейшему гному, заглянула в его темно-желтые глаза.
— Точно не проверяли? — для точной убедительности уточнила.
— Вас это не касается, — значит, проверяли. И кто, скажите мне на милость, приговорил гнома? Какой чародей допустил эту страшную ошибку?
Постояв немного с закрытыми глазами, уловила слабую, уже развеивающуюся магию, что тянулась от незнакомого мне чародея. Но теперь я знала, из кого вытряхивать информацию.
— Чистокровный гном, — открывая глаза, заверила вампира.
— Спасибо, — еле слышно прошептал мастер Лойв. Улыбнувшись, кивнула и вышла за вампиром.
В следующей камере висел маг седьмого уровня. С красными щеками подошла к обнаженному по пояс мужчине, заглянула в его истомно золотые глаза и тихо спросила:
— Позволите?
Мужчина усмехнулся и с издевательством проговорил:
— Вы всё равно там ничего не найдете, но можете постараться.
Проигнорировав его колкость, прикрыла глаза. Как и ожидалось, ничего особенного я там не увидела. А значит и этого мужчину чародеи для чего-то приговорили к смерти. Только что бы это им дало?
Просмотрев его сознание, узнала, что зовут его лорд Рафаэль де Ванс — недавно поступил на службу и чисто случайно пал под подозрение.
— Маг седьмого уровня, — глядя в округлившийся от моих слов золотые глаза, огласила свой вердикт.
— Спа-сибо, — запинаясь, произнес мужчина. А в глазах его запылала надежда.
Да уж эти чародеи своё дело знают.
— Не уж-то и этот чист? — послышалось у дверей.
Обернувшись, увидела трёх истинно тёмных, исходящая аура которых настораживала — слишком все это было подозрительным.
— Чист, — в моих словах была твердость.
— Удивительно, высшие чародеи приговорили его к смерти, а какая-то блоха с улицы уверенно опровергает вынесенный приговор. Кто ты такая? — зеленые глаза блеснули в полумраке камеры, но должно эффекта не произвели.
Тёмные вообще существа острые на язык да только и могут, что убивать и болтать. И по собственному опыту могу сказать, чесать языком они любили больше.
Но это давало им повода кидаться налево и направо оскорблениями любого рода.